Читаем без скачивания Там, где тепло - Павел Корнев

Ну что ж, насколько понимаю, подтверждение личности Казанцева прошло успешно. А значит, наши шансы выбраться из этой передряги несколько повысились.

Вздохнув, я перебрался на лежак Марины и тихонько потеребил ее за плечо.

— Чего? — отозвалась рыжая.

— Мы сейчас в нормальном мире находимся…

— Ну и?

— Ты можешь остаться. Это мы с Напалмом без магии загнемся, а тебе-то какой резон возвращаться?

— Изыди, змей-искуситель, — отмахнулась Марина. — Не начинай даже лучше.

— Почему?

— Так нельзя. У меня свои обязательства есть.

— Забей.

— И во-вторых, кто меня тут оставит?

— Договорюсь.

— Не надо! — прошипела рыжая и отвернулась. Отчаявшись ее переубедить, я только покачал головой и решил, пока есть время, попробовать подбить на взаимовыгодное сотрудничество кондуктора.

— Слушай, Игорь, — перебрался я к нему, — так как насчет небольшого левака?

— В сложившихся обстоятельствах, — тяжело вздохнул Фомин, — отклонять такое предложение было бы не слишком умно, да?

— Разделение труда — великая вещь. Узкие специалисты рулят. Ты тащишь, я продаю. И у тебя время нормально отдохнуть будет, и я за счет эксклюзивных предложений клиентскую базу расширю.

— Договорились.

Успокоившись, я вернулся на свое место, но сон не шел, а когда только-только удалось задремать, о нас вспомнили, и караульные принесли три миски с перловкой, железные кружки и термос с горячим чаем.

Вяло поковырявшись вилкой в каше, я отставил миску, выпил чай и попытался взять себя в руки. Не то чтобы особо нервы расшалились, просто чем дольше находился в палатке, тем сильнее становилось не по себе.

Надо было двигаться. Куда-то идти. Бежать. Да хотя бы и ползти. Главное — не оставаться на одном месте.

Как акуле для дыхания необходимо все время находиться в движении, так и моему отрезанному от магического поля сознанию требовалось постоянно получать новую информацию.

Поэтому, когда заглянувший к нам караульный вызвал меня на допрос, я выбежал на улицу чуть ли не вприпрыжку. Наконец-то, наконец-то хоть какие-то новые ощущения!

Немного поплутав по лагерю, конвоир указал на палатку с красным крестом; откинув полог, я шагнул внутрь и невольно дернулся, словно от резкого удара в нос. Из глаз потекли слезы, в голове зашумело, а крохи витавшей в помещении магической энергии начали жечь сознание крупицами раскаленного металла.

— Сейчас пройдет, — предупредил Скользкий. Предупредил он, разумеется, вовсе не меня — а то я не знаю, что сейчас пройдет? — а того самого прилетевшего на вертолете мужчину, успевшего сменить кашемировое пальто на более подходящий обстановке армейский бушлат. Находившийся тут же Казанцев моей болезненной гримасе нисколько не удивился.

Я помотал головой и, немного очухавшись, подошел к лежавшему под капельницей пироманту. Напалм по-прежнему находился без сознания, но дыхание у него выровнялось, да и лицо перестало цветом напоминать прокисшее молоко. А все благодаря странному прибору, усиленно качавшему в пространство магическую энергию.

— Да, — кивнул заметивший мое удивление Лед, оказавшийся таким же лысым, как и пиромант, — это бласт-бомба.

— Она не рванет? — поежился я, прекрасно представляя возможные последствия единовременного выброса закачанной в накопитель энергии.

— Нет, накопитель полностью экранирован, — улыбнулся Скользкий. — Мы эти штуки специально для реабилитации переходящих с той стороны уников и колдунов используем. Заряда как раз до открытия окна хватит.

— Это вы замечательно придумали, — разминая пальцы, поморщился я из-за начавшего расползаться по телу покалывания.

— И не говори, — кивнул Лед и указал на прибывшего в лагерь мужчину. — Мы уже почти во всем разобрались, но Владимир Николаевич хочет задать тебе пару вопросов.

— Собственно мне больше интересно услышать рассказ целиком, — поправил парня Владимир Николаевич. — Желательно с самого начала…

— Да не проблема, — пожал я плечами, усевшись рядом со стоявшим в изголовье пироманта чемоданчиком. Находиться здесь было одно удовольствие; магическая энергия накатывала легкими волнами, и совершенно не хотелось никуда уходить. — В общем, мне по состоянию здоровья потребовалось покинуть Форт…

— Дабы избежать острого переизбытка свинца в организме? — догадался Лед.

— Именно. И люди, с которыми я работал, предложили плевую работенку.

— Кто именно? — немедленно уточнил Владимир Николаевич.

— Некто Гамлет и Илья Степанович Линев. — Я отметил для себя, что эти имена никаких вопросов не вызвали, и продолжил: — Но задачу ставил отец Доминик из «Несущих свет»…

Поначалу мой рассказ вопросов не вызвал, и только потом, хорошенько все обдумав, Владимир Николаевич поинтересовался:

— Вы уверены, что Нагаева и Куренкова устранили горожане?

— Это единственное разумное объяснение.

— А у этого Крестовского, — задумался Лед, — шрамы как две пересекающиеся линии?

— Нет, просто левая щека исполосована, — покачал я головой.

— Можешь его описать? — попросил парень, а выслушав меня, досадливо махнул рукой. — Ладно, проехали. Похоже, не он.

— Виктор Борисович, вы что скажете? — уточнил делавший какие-то пометки в блокноте Владимир. — Почему Доминик решил привлечь к этому делу постороннего?

— У нас сорвалась последняя операция, — признался Казанцев. — Группа, которая должна была встретить перебежчиков-кондукторов, просто пропала, и те вернулись в Северореченск. Всей информацией обладали только Куренков, Нагаев и я, поэтому возникла мысль о предательстве.

— А на самом деле вас переиграли горожане… — Владимир Николаевич поднялся на ноги и поморщился. — Но Хозяин уверен, что его людей переманили в Форт, и это чревато серьезными осложнениями.

— Да прям! — фыркнул Лед.

— Не скажи, — покачал головой Казанцев. — Нам еще торговой войны не хватало…

— С другой стороны, одного кондуктора завербовать все же удалось, — пожал плечами Скользкий. — Да и разведывательную ячейку горожан вскрыли…

— Вскрыть мало, — кровожадно улыбнулся Виктор Борисович, — надо ее ликвидировать.

— За этим дело не станет.

— Ладно, — подошел ко мне Владимир Николаевич, — не будем вас больше, Евгений Максимович, задерживать…

— Вы когда к окну отправить нас планируете? — немедленно поинтересовался я.

— Через три часа, — глянул Скользкий на часы. — Тут недалеко, а окно самое раннее откроется в начале десятого.

— Тогда я лучше здесь побуду, — заявил я. — Иначе могу и не дотянуть.

— Оставайся, — разрешил Владимир Николаевич и окликнул уже направившегося на выход Казанцева: — Виктор Борисович, я на минуту задержусь, а потом уже спокойно пообщаемся.

— Хорошо.

Оружейник покинул палатку, а Владимир отвел Льда в дальний угол медицинской палатки и понизил голос. Без толку — расходившаяся от бласт-бомбы энергия создавала эрзац пусть и очень разряженного, но все же прекрасно улавливаемого ясновидением магического поля.

— Раз уж я здесь, — сразу перешел к делу Владимир Николаевич, — давай вопросы организационного плана обсудим. Не против?

— Да нет, разумеется, — пожал плечами Лед.

— Ты вот сейчас группу подготовишь, дальше чем заниматься планируешь?

— Не решил пока. Есть предложения?

— Мы сейчас активно продвигаем создание министерством обороны бригады специального назначения для ведения боевых действий в Арктике. Перспективная тема…

— Нет, — сразу отказался Скользкий. — Это не для меня.

— Никто и не настаивает, — ничуть не расстроился Владимир. — Нам больше интересно твое участие в другом проекте.

— И каком же?

— При федеральной пограничной службе будет создан научно-исследовательский институт, ну, скажем, уникальных природных территорий. НИИУПТ, звучит неплохо, как считаешь?

— Нормально звучит.

— По понятным причинам базироваться он будет в Ямгороде. Там граница с Казахстаном, лишних вопросов такое размещение не вызовет. Со стороны все будет выглядеть, как обычный попил бюджетных средств, а транспортный цех прикроет наши грузоперевозки на ту сторону. Да и резерв для заброски в Приграничье в нормальном учебном центре готовить будет гораздо проще.

— Не уверен, что Ямгород — самое подходящее место для учебного центра, — поморщился Лед.

— Учебный центр разместим где-нибудь здесь. Заодно появится возможность более оперативно контролировать окна. Вы ведь в этот раз всего на несколько часов опоздали?

— Совсем чуть-чуть не успели, да. Так что конкретно вы предлагаете? Какое мое место в этой структуре?

— Есть вакансия заместителя начальника учебного центра.