Испуганно поглядывая на врата, я погрузился в быструю переписку. Раздал множество указаний и попросил держать стадо на расстоянии. Пока, вроде бы, мои дистанционщики справлялись.
Ворота вздрагивали от каждого удара. Через несколько секунд появилась первая трещина. Я срочно вызвал ко входу пачку Ланцелота и поставил задачу принять весь урон на себя, если всё же граф и его сынок прорвутся. А если сработают умения агрессии, удержать.
- Они через нас не пройдут, - уверенно заявил Ланцелот.
Но я не был столь уверен. Поэтому, после того, как от ворот отлетел очередной кусок и просто растаял на земле, я вызвал на помощь свою пачку. Поставил Лисандера и остальных в ряд и приказал наливать по полной, лишь только покажется уродливая мордаха графа Лаури.
И она-таки показалась: после очередной серии ударов в правой створке образовалась зияющая дыра. Граф оказался в прицеле и тут же отхватил по самые помидоры. Но его это мало напугало. Он зарычал, конечно. Даже заметную часть "жизни" потерял. Но рубить врата не прекратил. Покрытый защитными и атакующими аурами, он пробивал дорогу захватчикам.
- Ну же! Ну же! Давайте! - скакал я, призывая всех выдавать максимум.
Но на стенах дела уже шли не так хорошо. Там чаще пригибались, уходя от ответных умений, чем атаковали сами. Враг заставил наших пулемётчиков прижаться к земле.
Здесь же граф Лаури добивал правую створку. Если он её разрушит, лишь вопрос времени, когда стадо просочится внутрь.
- Мочите Эламона!!! - заорал я. Только сейчас до меня дошло, почему всё идёт так туго. - Сынульку мочите! Залейте уроном! Отключите ауры!
Это помогло мало, если честно. Хоть вектор атаки моей группы сменился, всё же Эламон тоже был не простой игрок, а именной неигровой персонаж с уникальным искусственным интеллектом. Очередной рейдовый босс, туды его в качель...
Треск ломающегося дерева послужил звуковым сопровождением великолепной картины: отец и сын, находясь под чудовищным обстрелом, сломали правую створку. Оба выглядели, как избитые и измученные путники. Но оба не отступали и не убегали. Оба успешно выполнили именно то, что задумали.
Где-то вдали раздался многоголосый вопль. Я не видел, но понял, что Антошкино "мясо" узнало, что появилась очередная брешь. И, видимо, выдвинулось на штурм.
Но и мы не пальцем деланные. Никто из нас не дрогнул. А группы "милишников", ждавшие своего часа, плотным кулаком ударили по графу и его сыну. Они были готовы заклеить брешь своими телами, если придётся.
Иероним Лаури скрестил перед собой мечи и встретил атаку. Но справиться с таким входящим уроном уже был не в силах даже он: ему реально так напихали, что полоса "жизни" стремительно понеслась вниз.
Его сын Эламон, находившийся в фокусе моей группы, лишь успел броситься к отцу на помощь. Но закрыть своим телом не смог. Смог лишь несколько раз взмахнуть мечами, кого-то зарубить даже. Но его более тонкая полоса "жизни" неслась в сторону дна ещё стремительнее.
Последним их подвигом стал шаг, который они всё же смогли сделать в сторону королевского дворца. Они попытались расширить плацдарм ценой своей жизни. И им это даже удалось.
А затем, собравшаяся у врат человеческая масса и магические умения, погребли их обоих. Граф Лаури картинно выгнулся, будто за сцену гибели планировал получить "оскар", а Эламон попытался закрыть отца своим телом. И вот так - чуть ли не в обнимку друг с другом - они упали на землю у самых врат.
Но не успели тела упасть, раздался протяжный вопль:
- Н - Е - Е - Е - Е - Е - Е - Е - Т!!!
Голос был женский. Истеричный такой, надрывный. Никто ничего не понимал до тех пор, когда буквально через полсекунды с места гибели двух неигровых персонажей во все стороны брызнула магия. Зародился переливающийся магический шар. Он вырастал и вырастал в размерах, а когда достиг пика, разорвался мощностью в тротиловом эквиваленте не меньше мощности ядерного взрыва.
Створки снесло подчистую. Как ещё целую левую, так и почти уничтоженную правую. Всех тех игроков, кто кромсал графа Лаури, смело. Чудовищная взрывная волна разметала и сотни тех, кто приближался к вратам с внешней стороны, и десятки тех, кто топтался у внутренней.
В том числе меня и Вику.
Но если "ватную" Вику унесло в космос, то я взрыв пережил. Я один.
Очки жизни: 80/1450
Эту информацию я прочёл уже лёжа на спине и отлетев на несколько метров. Наверное, всё же не зря перед самой осадой я получил бонус от магистра, не зря обзавёлся лучшей бижутерией, не зря беспокоился о экипировке. Ведь я единственный, кто не превратился в безжизненную тушку. Я единственный, кто смог увидеть то, что произошло затем.
В эпицентре взрыва, сидя на коленях, самыми натуральными слезами рыдала магесса Элария. Она держала на руках голову беловолосого юноши, гладила его чёлку и нежно прикасалась к щекам.
Испытав очередной впрыск гигантской дозы охренина, я наблюдал за неожиданным зрелищем в течение долгих двух секунд. И чуть меньше времени понадобилось, чтобы во всём разобраться.
Так вот оно что! Вот, кто та самая "недолгая эльфийская подруга", как говорил о ней Иероним Лаури. Вот та, кто бросила и его, и собственного сына. Вот та, кто поведала, каким образом можно разделить усиливающую магию.
Хоть доказательств материнства у меня не было, да и генетическую экспертизу я не успел заказать, сомнений в предположениях не испытывал. Мать Эламона Лаури - магесса Элария! Факт!
Теперь понятно, почему она ненавидит мужиков. Гражданский брак неудачный... Да и сам граф Лаури - тот ещё козёл... Упокой Италан его мерзкую неигровую душонку.
Спустя две секунды после взрыва, магесса всё ещё рыдала над ликом сына. Но на третьей секунде, её брови злобно нахмурились. На четвёртой она с презрением посмотрела на лежавшее рядом с телом сына тело отца. Привстала, и со всего размаху засадила по телу ногой. Да так засадила, что тело графа Лаури впечаталось в стену. По-настоящему впечаталось. Слилось с ней и застыло, как орнамент в засохшем цементе.
Узрев очередной ужас, я замер. Кажется, я начал понимать, кто самый великий из пяти Высших магов.
Поставив окончательную точку в неигровом существовании графа Лаури, магесса, наконец-то, обратила свой взор на меня. Она склонилась над Эламоном, уложила его в свои руки, как в люльку, и медленно вознеслась над землёй. Зависла в полуметре, наверное. И уже оттуда наградила меня таким взглядом, что я подумал немедленно выйти из игры, спуститься в подвал и затаиться в самой тихой щели, которую бы обнаружил. Взгляд магессы, злобный и полный неприкрытой ненависти, не обещал Серому Ворону ничего хорошего.
Но всё же магесса ничего не сказала напоследок. Она или была убита горем, или сейчас просто не хватало слов. Вокруг неё начал материализоваться магический кокон. Он заключил её в объятия и забурлил внутри молниями. А ещё через секунду и она, и лежавший на её руках Эламон просто исчезли. Исчезли, оставив мне на память весьма запоминающуюся картинку. Взгляд магессы более чем откровенно намекал, что она ничего не забудет. Ничего не забудет и ничего не простит.
Глава 31.
Когда лопнул магический пузырь, передо мной открылась весьма невесёлая картина. Сила взрыва смела обе створки, и теперь на их месте появился незащищённый проход. И в этот проход, победно крича, спешила ворваться толпа воодушевлённых игроков.
Всё ещё сидя на заднице и пребывая в состоянии шока, я чисто машинально выхватил и испил зелье "жизни". Но меня это не спасло совершенно никак: стадо ворвалось и меня растоптало. Я даже не разобрался, чей башмак наступил на эльфийское лицо последним.
А затем в течение следующих десяти секунд в образе призрака я смотрел, как лавина растекается по внутреннему дворику. Кто-то пнул меня напоследок, конечно. Как можно не ударить того, кто уже лежит?.. Но львиная доля игроков двумя рукавами разошлась по сторонам.
