Любой человек делится с миром частью себя самого, каждым выдохом говоря: вот сейчас я чувствую то-то и то-то, а чуть раньше было так-то и так-то. А за пластами чувств лежат пласты памяти, выступающие наружу, когда какое-то ощущение в окружающем мире напомнило об испытанном прежде. Оставляя в воздухе шлейф дыхания, человек рассказывает о себе. Как много? Достаточно, особенно для того, кто умеет читать. Но страницы ЭТОЙ книги совершенно пусты!
Так могли бы дышать лес, луг, река, наконец: что-то, не имеющее строгих границ и плавно перетекающее друг в друга. Не понимаю... Он стоит передо мной, и в то же время все мои ощущения уверяют: его нет. Есть море. Есть ветер. Есть пирс. Есть Рэйден Ра-Гро, застывший посреди этого пирса. Но больше нет никого. Если закрыть глаза, впечатление становится особенно отчётливым. И что же делать? Я не могу пропустить в город безумца, но этот человек вполне здоров в той мере, которая должна волновать меня: ни малейшей сладости не ощущается. Ххаг подери, да вовсе ничего не ощущается! Отказать во въезде? На каком основании? Потому что я растерялся? Засмеют. И как поступить?
— Вы, должно быть, тот офицер, что проводит досмотр?
Это он ко мне обращается? А к кому же ещё... Надоело, наверное, ждать у моря погоды.
— Да. Прошу пройти со мной.
Парень кивает и охотно отправляется следом, на шаг позади, вежливо придерживаясь заданного темпа. Услужливый? Робкий? Да мне-то какая разница?!
— Присаживайтесь.
Указываю на стул, сам сажусь через стол напротив и кладу перед собой чистый лист бумаги для составления протокола.
— Благодарю. Конечно, я предпочёл бы походить по твёрдой земле, но если необходимые действа займут много времени...
Поднимаю взгляд. Нет, он вовсе не шутит: широко открытые глаза (зелёные, но не морской, а скорее, лесной зеленью) смотрят по-прежнему спокойно и учтиво. Разве что, с лёгким сожалением. Торопится? Попробую узнать, куда и зачем:
— Правила придумывал не я, dan, но следовать им необходимо.
— Правда? А мне казалось, что по правилам играют.
Ххаг подери! Он что, издевается надо мной? Если бы я учуял хоть крохотную тень глумления, задал бы ему, но... Всё то же участие и неподдельная готовность выполнить всё, что ни попрошу.
— А ещё иногда правила играют нами, — буркаю в сторону, но мой невольный собеседник слышит, и тёмные вихры вздрагивают от согласного кивка. — Назовите своё имя.
— Джерон.
Записываю, потратив несколько мгновений на обдумывание, как именно изобразить произнесённое слово на бумаге. Можно и так, и эдак, а отдельные придирчивые персоны готовы душу выесть, если сделаешь ошибку хоть в единой букве. Парень смотрит, как я вывожу чернильные узоры, и рассеянно улыбается.
— Дальше!
— Дальше?
Зелёные глаза округляются. Простейший вопрос вызвал удивление? Странно.
— Ну да! Извольте сообщить и своё родовое имя.
— Оно вам так необходимо?
Клянусь, будь последняя фраза произнесена чуть менее невинным тоном, любой на моём месте счёл бы её издёвкой и приглашением к поединку. Но парню удаётся удерживаться на самой границе между наивностью и наглостью. Завидный талант, ничего не скажешь!
— Я должен занести его в протокол.
— О!
Задумывается. Несколько вдохов смотрит в сторону, и на протяжении этих размышлений его лицо словно мертвеет: черты лица теряют подвижность. Но как только парень переводит взгляд на меня, всё преображается и снова наполняется жизнью:
— Право, вы меня озадачили, офицер.
— Вы не знаете, как вас зовут?
— Обычно я прихожу сам.
И теперь не шутит. Да что с ним такое? Ну хорошо, положим, злобство ему не свойственно, но и поводы для искреннего веселья он тоже пропускает мимо. Так сильно увлечён собственными переживаниями? Всё может быть. Однако новоявленный гость города настораживает меня всё больше и больше.
— И всё-таки, сообщите...
— Если настаиваете, можете записать: Дьовис.
— И что сие означает?
Кажется, он немного рассердился. Ну, слава богам! Возможно, сильные чувства смогут расшевелить память воды, находящейся в пределах его тела и я... Нет, ничего не получится: сдвинувшиеся было брови вернулись на свои места, и парень покорно пояснил:
— В переводе со старых наречий — «дремлющий».
— Так называется ваш род?
— Один из.
Чуть было не спросил: и как их много, этих родов. Впору бить себя по губам. Что меня тянет за язык? Неуловимое, но явственное ощущение, что могу получить ответы. На любые вопросы. Да, раз уж не выходит читать других, копаюсь в личных заметках. А что, полезно: глядишь, узнаю о себе много нового!
— Цель вашего приезда в Антрею?
Он снова задумался. Ухмыльнулся (не сказал бы, что по-доброму, но язвительность гримасы предназначалась вовсе не мне).
— Выполняю поручения своих близких родственников. Можно сказать, занимаюсь семейными делами.
— Сколько времени вы пробудете в городе?
— О, это зависит не от моего желания!
— А от чего? Поймите, мне нужно знать срок, чтобы выписать вам пропуск и...
— От того, смогу ли я помочь одной даме получить удовлетворение.
Настал мой черёд вытаращиться. Дама? Удовлетворение? Он что, наёмный любовник? Вряд ли: с такой внешностью рассчитывать на успех у женщин трудновато. Впрочем, возможно, берёт другим. Например...
Парень, не замечая моей изумлённой физиономии, поднял с пола ношу, с которой прибыл, поставил на стол и сдвинул кисейный платок, которым был закрыт верх корзинки. Над плетёным краем приподнялась пушистая голова, повела ушами, зевнула, показав некрупные, но острые клыки, и спряталась обратно. Кошка?
— Вы хотите сказать...
— Эта красавица сейчас сидит тихо, потому что её слегка укачало, но как только отдышится, начнёт петь свадебные песни.
Он приехал в Антрею, чтобы устроить кошачью случку? Бред.
— И у вас есть на примете... жених для вашей кошки?
— Вообще-то, не у меня, — он улыбнулся, на этот раз чуть виновато. — Но одна добрая госпожа присоветовала мне найти в этом городе человека по имени...
Тут он полез в кошелёк, висящий на поясе, достал клочок пергамента и прочитал:
— Рэйден Ра-Гро.
Предчувствуя подвох, уточняю:
— И зачем вам понадобился именно этот человек?
— Госпожа Амира рассказывала, что в его доме живёт очень красивый кот, который...
Эта несносная толстуха! Мало я из-за неё натерпелся: даже под смертью ходил, можно сказать, так теперь ещё должен выступить кошачьим сводником! Ну, daneke Навигатор, только появись в Антрее: мало вам не покажется!
— Вас что-то расстроило?
О да, и «что-то», и «кто-то»! Хорошо, отправил писаря восвояси: хотел уберечь от возможной опасности, раз уж не могу быть уверенным в своих ощущениях. А получилось, сам себя уберёг. От вечного позора. Если бы кто-нибудь услышал... Даже думать не хочу, как бы я прославился на весь город!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
