– А я ему не рассказывал, – покачал головой ректор. – Понимаю, что это важно для вас. Но стоит ли нам разговаривать здесь? Я даже в своих апартаментах не уверен…
– Не волнуйтесь, – отозвался светловолосый демон. – Мы сейчас под куполом защиты Истинной феи. Так что из любопытных ушей – только его… Но тут уж мало что поделаешь. У нас с ним Сделка, глядишь и чего умного заметит, что я могу упустить.
Из-под потолка донесся ехидный смешок.
Ректор резко поднял голову, разглядывая повисшее верх ногами на его потолке пестрое создание. Зеленые глаза, острые зубы, фиолетовый гребень…
– Привет, льдинка, – помахал когтистой рукой фея.
Соарен только головой покачал. С феями ему приходилось сталкиваться, и не раз. И он знал всего один случай, когда они заключали добровольную Сделку с демонами… Это история с Повелителем Металла, который сам нес в себе кровь Истинных и отличался особым вывертом мышления, который был близок феям.
Ректор перевел взгляд на Повелителя Иллюзий и выпрямился на стуле. Он только сожалел, что не успел накинуть рубашку. Разговор предстоял долгий, а сидеть перед одним из самых приближенных к Императору демонов в одном шелковом халате… Но демон и не в таких ситуациях бывал.
– Что вы хотите услышать?
– Начните с самого начала, – предложил светловолосый демон. Какая-то темная тень пролегла в глубине его глаз, и они изменили свой оттенок. Цвет уже не был таким насыщенно ярким, зато приобрел глубину…
Соарен задумался… с начала.
– Тогда я еще не был ректором Академии, – начал он, и… погрузился в болезненные воспоминания.
Он был тогда молод. Очень молод. Старше по годам, чем Повелитель Иллюзий, сидящий за его столом сейчас, но моложе… душой что ли. И он был наивен, потому что поверил в любовь. Любовь демонессы – Повелительницы Чувств. Талант её клана распространялся в сфере не просто чувств – скорее манипулирования эмоций, одурманивания. Кажется, где-то в их генах были примеси пленных суккубов. Но тогда Соарен еще этого не знал.
Зато он хорошо помнил, когда начал осознавать, какую ошибку совершил, превратившись в настоящего раба демонессы.
Диск полной луны был кроваво-красный. Как и всегда в полнолуние в Темной Империи. Привычный… Но неправильный. Почему неправильный, Соарен не мог объяснить даже себе. Просто он всегда так ощущал, когда любовался полнолунием. Он ждал его всегда с нетерпением, словно мальчишка сладости, но каждый раз испытывал смутное разочарование, словно его надежда не оправдалась.
– Ты снова выглядишь грустным.
Он повернул голову. Поток волос, словно водопад, свет луны окрашивал их в багровый оттенок – благородный и прекрасный. Она стояла, чуть повернувшись, и смотрела на него через плечо. Это было правильным.
Остальное нет. Как и луна.
– Прости, моя Леди, – он склонился в глубоком поклоне. – Луна навевает на меня грусть.
– Тогда не смотри на неё, – тихо заметила она.
– Не могу… – он снова перевел взгляд на кровавый диск. – Не могу. Он завораживает меня. Так же, как и вы, моя Леди.
Она улыбнулась, сверкнув белоснежными идеальными зубами.
– Ты умеешь делать комплименты, Рен. Не то, что Ринир. Он все больше молчит.
– Ринир, – Соарен вздрогнул. – Он хороший солдат.
– Вот именно – солдат, а не рыцарь, – демонесса вздохнула. – Мне так не хватало тебя, Соарен.
– Не хватало, моя Леди? – удивился он. – Я всегда был и буду с вами.
– Да, конечно, – она насторожилась. – Что это?!
Соарен прислушался и улыбнулся:
– Мышь, моя Леди. Она тоже любит полнолуние. Я иногда её угощаю…
В луче багрового света появилось маленькое существо, смешно шевеля усами.
Демон улыбнулся, но улыбка быстро погасла, когда он услышал голос демонессы, полный зла:
– Убейте её, мой рыцарь. Я ненавижу мышей.
Он поднял голову и встретился с алым взглядом.
– Конечно, моя Леди, – тихо ответил он. Поднял руку. Между пальцев мелькнула черная игла стилета.
Все же было что-то неправильное в этой луне, в рыжих, с багровым отблеском, волосах королевы. А главное, что-то было в корне неправильно в маленьком сером комочке в луже крови, пришпиленном черной иглой к полу.
Да… та ночь стала переломной. Он еще не знал, что это просыпался его собственный дар – ментальная идеальная защита от любого вторжения или воздействия рода Повелителей Разума. Ринир, о котором тогда говорила Леди, тоже был её рыцарем, таким же запутавшимся в паутине, как и сам Соарен. Ринир умер. Соарен до сих пор помнил его недоуменное выражение лица, когда волна огненной магии, сорвавшейся с пальцев Леди Чувств, уничтожила юношу. Он так и не узнал, что ни в чем не был виноват перед своей Леди. Просто… наскучил.
А ведь именно Ринир вытащил его… Был тем, кто помог сохранить ему разум, несмотря на то, что продолжал верить своей Леди Индире и безоговорочно любить ее.
Хуже было только тогда, когда он узнал, что Индира – его рыжее наваждение, как и основная часть её клана, связана с кланом Крови… Уже в коконе Вечного сна. А до этого…
– Вы помните, что предшествовало наложению заклятия?
– О да… – Соарен поднялся из кресла. – Когда я поддался чарам Леди Индиры, я сделал очередную глупость – дал ей клятву рыцарства. Сам понимаете, что это такое, когда закреплено магией. А эта демонесса ничего не упускала, и связь была почти нерушимой. Когда стало ясно, что я постепенно выхожу из-под контроля… мне дали невыполнимое задание. В мире смертных.
Усталое движение рукой, и стопка бумаг белыми шуршащими птицами стаей взвились возле стола. Он не спал уже третью неделю. Провал за провалом не позволяли ему рассчитывать на такую роскошь.
Расчеты, списки, траектории, стратегии… Это все бесполезно. Против непредсказуемого противника, чья глупость поддерживается удачливостью… Здесь нужен кардинально другой подход. Нельзя недооценивать даже таких нелепых врагов. В конце концов, в прошлой жизни они были великими воинами. И проиграв, все же не дали победить себя окончательно. Ему не хватало данных. Изучение мира смертных только началось. Возможно, что-то можно было бы сделать, если бы у него было больше времени. Но вчера прозвучало самое страшное. Вечный Сон.
Это холод. Это вечное бдение и вечное безумие в неподвижности. Проклятье, он сжал голову обеими руками, сдавливая с такой силой, словно пытался выдавить из неё все мысли, касающиеся Вечного Сна. Но слова Индиры мешали сосредоточиться. Они грохотали в сознании, как угрожающий набат. Оставался лишь один выход… поддаться эмоциям. Первому порыву. Так же, как делали это воины, которых он должен устранить. Может, если использовать их собственную тактику, это сработает?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
