ее трусы, пора от них избавиться. Скольжу рукой, стягивая их, а заодно снимаю свои.
Ее руки оставляют меня, я на секунду поднимаю взгляд и вижу, как она теребит свои соски, наблюдая за мной, но мне не до этого, вагина истекает соками, которые я пью, и мои нетерпеливые пальцы стремятся к дырочке у нее в попке.
Ее ноги раздвигаются еще шире, и мой член предвкушает продолжение. Но я пока повременю, поиграю с ней еще немного.
Я приподнимаюсь, а она тянет подбородок, чтобы сократить дистанцию. Приоткрывает губы, но за секунду до того, как мой рот должен был встретиться с ее, я быстро погружаюсь в изгиб нежной шеи.
Она издает тихий стон, и я сдерживаю дрожь, целуя ее от плеча до линии волос.
Но у нее свои планы. Ее пальцы скользят по моим волосам, собирая их в горсть, и она тянет, пока мои глаза не встречаются с ее.
Глаза у нее мрачные и требовательные, какими и должны быть. Она берет меня за щеки и удерживает. Кажется, ей хочется что-то сказать, но я не даю ей такой возможности. Мои губы опускаются на ее губы в страстном поцелуе, и я понимаю, как отчаянно она хотела этого.
Она водит языком у меня во рту, а потом как-то очень ловко двигает бедрами и опускается прямо на мой член.
Я рычу, моя рука взлетает, чтобы схватить ее за задницу, и она вскрикивает, ее голова откидывается назад.
Ви двигает бедрами, и пальцы на моих ногах поджимаются.
– Черт, – хриплю я, пока она погружается в меня толчок за толчком.
Я помогаю ей, вгоняя в нее свой член, и она стонет.
– Боже, так хорошо, красавица…
Наклоняюсь вперед и втягиваю ее сосок в рот.
Она тяжело дышит.
– Продолжай, продолжай… – умоляет она, и ее пальцы дрожат на моих плечах.
Удерживая мой член в себе, Ви целует меня дико, страстно, оставляя синяки и заставляя меня стонать.
Потом она сползает с меня, поворачивается и встает на четвереньки.
Встретившись со мной взглядом через плечо, Ви опускается так, что ее сиськи касаются покрывала, и я вижу только одно – загорелую и подтянутую задницу.
Мой пульс выходит из-под контроля, когда я снова проскальзываю внутрь; несмотря на весь свой опыт, я никогда не испытывал ничего подобного.
Я полностью в ней, и дело не только в моем члене.
Гребаный жар разливается по моим венам; стон Виктории заставляет меня открыть глаза.
Пробегаю пальцами по ее спине, сжимаю ее волосы в кулаке и тяну.
Она поворачивается и снова смотрит на меня.
– Смотри, детка, – говорю я ей. – Смотри, как я тебя трахаю. Смотри, что ты со мной делаешь.
Трахаю ее сильнее, быстрее, нет больше ничего, кроме шлепков моих яиц по ее заднице, пьянящих всхлипов и сочных стонов, которые разносятся по всему дому.
Ви начинает дрожать, и я обхватываю рукой ее живот, продолжая трахать.
– Уже близко, – выдыхает она. – Уже почти…
Двигаюсь короче и еще быстрее, мои пальцы скользят, чтобы ухватить ее клитор.
– Кончи со мной, Кэптен, – стонет она, быстро работая бедрами. – Кончи…
И я делаю это.
Я кончаю мощно и так же громко, как она.
Потом я разворачиваю ее и проскальзываю обратно, и она снова дрожит подо мной.
Ощущения почти невыносимые, мое тело на пределе, но я еще не готов отпустить ее.
Не сейчас.
Касаюсь губами ее шеи, и она вздыхает; этот звук проникает мне прямо в душу.
Она подо мной, ее ноги опустились, руки скользят по моей спине.
– Это было чертовски хорошее «да», красавица.
Она смеется, а я приподнимаюсь, чтобы посмотреть ей в глаза.
Моя красавица.
Моя девочка.
Мое будущее.
Эпилог
Виктория
– Эй, Зо-Зо, – шепчу я.
– Что? – Она тоже говорит шепотом, но все равно привлекает внимание всех в машине.
Так и есть, я не единственный человек, который начинает смеяться.
– Зо-Зо, Рора пытается заставить тебя проговориться о нашем секрете? – спрашивает Кэптен с водительского сиденья. – Вообще-то я просил Рору сидеть с закрытыми глазами.
– Рора! Ну что ты смеешься? Это плохо! Папа сказал не подглядывать! – Малышка поднимает руки, чтобы прикрыть мне глаза. – Она не смотрит, папа. Я все исправила.
Ройс смеется рядом со мной, и судя по скрипу кожаного сиденья (я же не вижу), Рэйвен тоже повернулась, чтобы посмотреть назад.
– Хорошая работа, Зо. Почти готово, солнце мое, подержи ей глаза закрытыми еще пару минут, – говорит Кэптен.
Зо-Зо держит, мы съезжаем с шоссе, и я чувствую, что дорога становится ухабистой.
– Не открывай глаза, – говорит мне Кэп, когда двигатель затихает.
И не буду, раз он просит.
Я слышу, как он отстегивает сиденье Зо-Зо, слышу, как она говорит кому-то «подожди, Бро».
Рука Кэптена скользит по моему бедру к замку ремня безопасности и отстегивает его.
– Зо становится Ройсом в миниатюре, я уже опасаюсь, – шутит он.
Я смеюсь, и он тащит меня за руку, пока мои ноги оказываются снаружи.
– Глаза не открывай, просто послушай, – говорит он, сжимая мои руки. – Всю свою жизнь до недавних пор ты делала то, что тебе говорили другие, вернее даже так – что тебе приказывали другие, и ничего – для себя самой. – Его лоб прижимается к моему, и я переплетаю свои пальцы с его.
– Кэп…
– Подожди, Ви. Сегодня я хочу, чтобы ты огляделась и нашла то, что тебе нравится. Что найдет отклик в твоей душе, и я хочу, чтобы это было твоим.
Мои мысли начинают метаться, когда я пытаюсь пред-ставить, где мы находимся и о чем он говорит, но развязка близка.
Кэп помогает мне выйти из машины, дверца внедорожника с легким стуком закрывается за моей спиной.
Губы Кэптена находят мое ухо, и сначала он просто дразнит меня, вдувая горячий воздух, а потом целует.
Его легкий смешок говорит, что мой тихий стон, дрожь, пробежавшая по коже, – это то, чего он добивался.
– Моя красавица всегда хочет меня.
– Тебя невозможно не хотеть, – хриплю я. – Ты умеешь возбуждать.
– И всегда буду.
– Обещаешь?
Вместо ответа он говорит:
– Открывай глаза, красавица.
Я делаю это и замираю.
В нашу сторону дует легкий ветерок, и до меня доносится бесподобный аромат. Цветы… Множество цветов, целые поля цветов, любой формы, любого цвета… А по бокам стоят большие теплицы, и я подозреваю, что там собраны самые редкие виды.
Я хочу, чтобы ты огляделась и нашла то, что тебе нравится. Что найдет отклик в твоей душе.
У меня перехватывает дыхание, Кэп кружит меня в своих объятиях, а когда опускает на землю, его пальцы скользят
