И как бы у меня ни разрывалось сердце на части от того, что делаю Незабудке больно, мне пришлось оставить её и улететь.
До Терказара добирался я двое суток. С погодой, и правда, повезло. Все два дня полёта не переставал думать о моей Амайе. Как она пережила трагические новости? Что делает в данную минуту? Надеюсь, она в порыве бешенства не взялась за старое и не накурилась лунариса? Нет, моя девочка сильная. Она точно со всем справится. Но одно знаю наверняка: в момент, когда ей донесли о смерти брата, она возненавидела меня навечно. Амайя уже никогда не простит меня. Ну и пусть! Её ненависть ко мне — это малая цена за безопасность любимой, и я готов заплатить её сполна. Готов больше никогда не увидеть свою Незабудку, но знать, что теперь её не будет избивать и насиловать неадекватный «родственничек». К тому же, теперь она стала Королевой Арнорда. Амайя заслужила трон по праву. Праву рождения. А этот урод, не оценивший милости своих усыновителей, так и не смог достойно влиться в королевскую семью, за что и поплатился. Будь он более сговорчивее и адекватней, Вилан бы не стал отдавать мне приказ о его смерти.
Вилан… Интересно, насколько он зол на меня за игнорирование приказа вернуться в столицу? Вот, скоро и узнаю, поскольку на горизонте завиднелись высокие башни Терказара.
(Audiomachine — Redshift)
Терказар — столица Тартаса и мой родной город. Самый красивый из всех, что мне приходилось видеть. Он совместил в себе все возможные культуры и взял от каждого мира самое лучшее. Так, например, высотные и невероятно красивые мраморные башни те, что словно парили в небесах — у Аваллона, инновационную надёжную систему безопасности внутри столицы — у орков, и способность менять своё географическое положение, словно город призрак, — у ведьмаков. В Терказаре улицы и дома освещены электричеством, как у людей, а ночью: строгая и чистая столица превращается в город греха. Увеселительные заведения на любой вкус, бордели и казино, шикарные гостиницы с индивидуальным подходом к каждому клиенту. Да… Терказар — особенный город. Но больше всего я в нём люблю свой дом. Дом, в котором родился, вырос. Друзей, которых приобрёл за годы жизни. Короля своего люблю как брата и думаю, это взаимно.
Однако, впервые приземлившись на родной земле, я не почувствовал себя дома. Всё дело в ней. Теперь мой дом там, где она. А в Терказаре её нет.
Пока летел, наверное, около сотни раз порывался развернуться, направиться обратно. И только небо ведает, почему так и не полетел. Струсил? Побоялся, что казнит? Нет! Не боюсь! Смерти я уж точно не боюсь. Дело не в этом. Просто прекрасно понимаю, что своим возвращением сделаю Амайе только больнее. Одно дело: просто возненавидеть меня, а уж совсем другое — отдать приказ о казни любимого и наблюдать за его смертью. И ведь знаю, что казнит. С её врождённым чувством ответственности и справедливости она не сможет поступить иначе. А может, действительно вернуться? Пускай убивает! Мне нахуй не сдалась эта грёбаная жизнь без неё, когда знаю, каково быть с ней!
Может, и вернусь… но чуть позже. Когда выиграем войну, Тартас будет в безопасности и я со спокойной душой и чувством выполненного долга смогу покинуть этот мир, пусть и по приказу любимой.
Судя по тому, что мне удалось заметить во время полёта, до Терказара орки так и не добрались. Нетронутый город величественно возвышается посреди адской пустыни и завораживает своей красотой.
По прилёту направился сразу во дворец Короля. Не́чего тянуть с объяснениями по поводу миссии. Распахнул двери приёмного зала и склонился перед Его Величеством. Вилан, окружённый охраной, восседал на троне, выслушивая советника по внешней политике. Увидев меня, встрепенулся и, заткнув советника жестом руки, подорвался в мою сторону со словами: «Рэнн, как я рад тебя видеть!».
В растерянности, удивлённо глядя на Короля, выпрямился, а тот подошёл и заключил меня в дружеские объятия, похлопывая крепкой рукой по спине.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Не понял. А как же выговор? Наказание? Даже моралей не будет? Король выгнал всех из залы и усадил опешившего меня рядом с собой за стол переговоров.
— До нас дошли радостные вести. Ты всё-таки пришил этого эльфийского молокососа. Друг, я и не знаю, как выразить тебе свою благодарность. Проси, что хочешь, кроме моего трона и моей женщины.
Вилан громко и раскатисто засмеялся, похлопав меня по плечу. Очень смешно… И что, я сейчас должен пошутить в ответ? Ещё и спрашивает, чего хочу.
Её хочу! Только её! Больше ничего мне на этом свете не надо! Готов сам отдать, что угодно.
Так и хотелось выкрикнуть это Королю, но сдержался. Крепко стиснул зубы так, что от напряжения скулы задрожали, но не съязвил.
Да-а-а… Королевская разведка исправно работает. Я порешил эльфийского Короля. Вот только не так всё просто, как кажется со стороны. Мир не чёрно-белый. И если для нас он всего лишь неадекватный эльфийский Король, то для кого-то любимый брат, а его убийца — предатель.
— Не стоит благодарности, мой Король. Я всего лишь выполнил твой приказ. Ты ведь для этого отправил меня в тот каньон за принцессой Амайей.
— Для этого, — смотрит на меня, хитро сощурившись, — однако, помнится мне, когда на Тартас напали орки, я изменил твою миссию и велел вернуться домой.
Ага! И при этом бросить любимую на верную смерть. Зашибись расклад!
— Правда? Хм-м-м… Не припомню таких приказов, — наигранно изобразил святую невинность, и пусть знает, что специально ослушался его, — видать, я тебя плохо расслышал. Связь сбоила.
Смотрит на меня исподлобья и улыбается одними лишь губами. А в глазах столько злости и искр гнева, что мог бы прожечь меня ими насквозь.
— Допустим, не расслышал. Мы оба, конечно, не глупцы, но — допустим. Как бы то ни было, мы и без тебя задали оркам неплохую трёпку, а ты в это время выполнил не менее важную миссию. И за достойное выполнение моего приказа я вознаграждаю тебя денежным бонусом и непродолжительным отпуском. В общем, деньги, бабы, любое развлечение на твой вкус — всё, как ты любишь. Ты заслужил.
— Спасибо, ваше Величество. Но не стоит.
Мне сейчас не до развлечений. Мне сдохнуть хочется от осознания, что потерял её навсегда. Вилан схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул.
— Ты себя в зеркало видел? Исхудал у этих эльфов, осунулся, ослабел. Да и по бабам наверняка изголодался.
Смотрит с немым упрёком, а мне не нужны другие. Мне она нужна — моя девочка. Её тело, запах, поцелуи — всё в ней заточено и откалибровано под меня. Потому, что она дана мне свыше. И никакие другие нахрен не сдались!
Быстро замотал головой в отрицании и, устав от напора Короля, резко выпалил:
— Никакие бабы мне сейчас не нужны!
Вилан неодобрительно свёл брови и сверкнул сердитыми глазами.
— Ну же, брат, ты ведь до похода трахал всё, что движется, а что не движется — двигал и трахал. Всё! Решено! Отпуск, и ещё какой! С вкусной едой, выпивкой и отборными девочками. И это не обсуждается. Это мой приказ! — Снова обнял меня и похлопал по спине. Да что с ним такое? Нападение орков из великого демона всех времён сделало сентиментального друга? Или это его баба так постаралась в моё отсутствие? Вилана просто не узнать. Я ведь не в первый раз из сложных миссий возвращаюсь. С хуя ли он тут так расчувствовался? — У меня к тебе только один вопрос: эта девчонка — принцесса эльфов, — она справится с Арнордом в военное время? Какая она, как правитель?
ОНА — справится как никто другой. Даже не так: только она и справится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я не видел, как она правит государством, но в походе мне довелось наблюдать, какой из неё военачальник. И я тебе скажу, что нашим генералам есть, чему у неё поучиться. Амайя достаточно рассудительна и обладает трезвым рассудком в стрессовых ситуациях, однако при этом она невероятно отважная и хороший стратег в бою. Так что, думаю, и с Арнордом справится.
Вилан задумчиво потёр заросший щетиной подбородок.
