— Скажите, вы видели в последнее время госпожу Лиони? — спросил я у бывшего бургомистра.
— Не мог я ее видеть. Она еще три недели назад уехала к племяннице в Жмут, — сказала душа, знавшая все городские сплетни.
Мы с Львенком переглянулись.
— Вы уверены? — уточнил я.
Это никак не вписывалось в схему. Если дама уехала три недели назад, то она не могла говорить с погибшим стражем за день до его смерти.
— Разумеется, я уверен! Она на моих глазах садилась в дилижанс, и я слышал, о чем она разговаривала.
— Хорошо. А где мы можем найти ее дочь? Бургомистр вытаращился на нас:
— Какая дочь?! У нее отродясь никакой дочери не было! Эй! Вы куда?!
Но мы, не слушая его, выбежали вон.
Я чувствовал себя идиотом. Львенок, как оказалось, тоже. Художник обвел нас вокруг пальца. А быть может, обвели его. Спросить у Нэлса не получилось — хозяйка дома не видела того с прошлой ночи, когда от него ушли монах и страж. То ли сбежал, то ли его заставила исчезнуть эта самая дочь госпожи Лиони. Не удивлюсь, если тело несчастного найдут поближе к весне, когда сойдет снег.
— Мы тоже дураки, — сказал Вильгельм. — Следовало меньше полагаться на его слова и все проверить самим. Даже не спросили у соседки Лиони о дочери! Узнали бы об этом еще утром!
Я ничего не сказал. Мы слишком много думали о демоне, и в итоге эти страхи сыграли с нами злую шутку.
— Спорю на что угодно, что девчонка и есть та, кого ищут, — продолжил Львенок. — Якобы приехавшая из Косынки. Тварь, выпущенная из ада в образе девицы, чтобы указать дорогу одному из слуг Сатаны.
Я был с ним согласен. В легенде не сказано, что это был мужчина, но мы отчего-то решили именно так.
Когда мы вернулись обратно в «Под подковой», ни инквизитора, ни монаха уже не было. Хозяин сказал, что священники заходили и тут же ушли. Отец Март и брат Курвус явно сочли, что. мы передумали и драпанули из города так, что пятки засверкали.
Мы шли, почти бежали, сквозь густую ночь по дороге, ведущей к Чертову мосту, и огни Дерфельда за нашей спиной становились все ниже, а затем и вовсе скрылись за скалой.
Впереди, в свете тусклых звезд, на фоне белоснежных пиков, появилась фигура в знакомой широкополой соломенной шляпе.
— Решило посмотреть финал истории? — спросил я у него.
Оно пожало плечами, словно говоря, что это еще неизвестно, закончится история или нет. Пугало было настроено гораздо более оптимистично, чем следовало ожидать. Право слово, судя по его виду, нам предстоит столкнуться с какой-то мелочью, а не со сверхъестественным существом, воевавшим на стороне Люцифера в последней битве на Небесах.
Когда стал слышен гром Волос хульдры, мы несколько замедлили шаг, чтобы отдышаться, и за двадцать шагов от моста нас окликнули. Убежище, расположенное на склоне и скрытое от тех, кто идет по дороге, массивными камнями, выпустило во мрак грузную фигуру монаха. Брат Курвус махнул нам рукой, приглашая присоединиться.
— Мы думали, вы решили поступить разумно, — произнес инквизитор, сидевший прямо на земле, расчищенной от снега.
— Вы ошиблись, святой отец. У нас возникло дело, и пришлось отлучиться.
Львенок сухо пересказал все, что мы успели узнать, и священник, переглянувшись с монахом, кивнул:
— Значит, все-таки девушка.
— Она придет?
— Конечно.
— И у вас получится ее остановить?
Брат Курвус кивнул в сторону прислоненного к камню арбалета, заряженного золотистой стрелой, с церковными письменами на наконечнике:
— Удастся.
— До полуночи еще два с половиной часа. — Инквизитор поплотнее запахнул свой теплый плащ пилигрима. — У нас есть время.
— И что будем делать? — Львенок подул на озябшие в перчатках пальцы.
— Советую вам помолиться, страж. Попросить у Господа терпения и сил, чтобы выстоять перед слугой Дьявола. И вам, Людвиг, это тоже не помешает.
Я порядком замерз и удивлялся, как святоши сидят, почти не двигаясь, на холодных камнях. Вновь пошел снег, мелкий и колючий. По дороге гулял злой ветер, и за неимением путников он бросался на торчавшее там Пугало, которое плевать хотело на подобные неприятности.
Львенок ежился, грел руки дыханием, косился на коленопреклоненного каликвенца, истово молившегося все это время, и лишь диву давался подобной стойкости к холоду. Облака закрыли звезды, и я не слишком хорошо представлял себе, который час. По всему выходило, что до полуночи осталось немного.
— Людвиг, — негромко позвал святой отец.
— Да?
— Относительно нашего разговора в замке Кобнэк. О Солезино. Помните?
— Прекрасно.
— Хочу сказать, что я допросил стража Шуко…
— Допросили? — удивился я, подняв брови.
— Простите, издержки работы. Поговорил со стражем Шуко. Меня полностью удовлетворили его ответы, так что больше ни к вам, ни к Братству у меня нет вопросов.
— Я рад, что все разрешилось, — сказал я, хотя, если честно, и думать забыл об этой проблеме, когда на нашу шею вот-вот готовится свалиться демон. — Вы создали ловушки?
— Да. Одну, еще когда мы были в ущелье, под мостом. Другая начертана на дороге. Вон там. — Пес Господень указал куда-то в сторону водопада. — Возьмите.
Он протянул мне какой-то моток.
— Что это?
— Веревка святого Иоанна. Он сам вязал на ней узлы. Ее вымочили в соленом море Святой земли еще во времена Крестовых походов. Она должна помочь против демона.
— Благодарю. — Я убрал подарок в карман. — Далеко до полуночи?
— Не больше пяти минут.
Последние минуты заставили меня понервничать. Внезапно брат Курвус, забыв о молитве, оказался на ногах и приложил палец к губам. Я ничего не услышал из-за гула водопада, поэтому просто выглянул из укрытия и увидел, что по дороге быстро идут двое. Я не видел их лиц, но, судя по фигурам, это были мужчина и женщина.
— В девушку, — негромко сказал инквизитор на молчаливый вопрос монаха.
От рук Пса Господня потянуло легким запахом ладана — он пробудил магию, которой обладал. Люди, о чем-то негромко беседуя, прошли мимо нашего укрытия, и брат Курвус, пристроив арбалет на камень, прицелился в спину девчонки, задержал дыхание и нажал на спуск.
Золотистый болт рассек воздух, но незнакомка, словно у нее глаза были на затылке, с непостижимой скоростью отскочила в сторону. Болт ударился в дорогу, на мгновение осветив скалы золотистым светом, я разглядел девушку и узнал ее. Булочница!
Ее лицо исказила злоба, и в следующее мгновение она опрометью бросилась бежать в сторону моста.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
