немалое влияние на это оказывают богоборцы, которые до сих пор ведут подрывную деятельность. И спесь дворян, и равнодушие отупевших от Глобала горожан, и многие другие факторы. Все это имело место быть. Но основная проблема, как считал Синге Шу, в неурядицах, коррупции и внутренних распрях, которые поразили культ Гирхана. Плевать, насколько талантлив и предан своему богу молодой жрец. Если нет за спиной покровителя, достойную должность ему занять сложно. Высшие иерархи давно не сталкивались с серьезными проблемами и ни с кем не воевали. Они заплыли жиром и окружили себя роскошью. А тех, кто реально всей душой болеет за развитие культа и готов к переменам, объявляют еретиками и ссылают в отдаленные храмы. Это в лучшем случае, ибо случалось, что внутренние противоречия перерастали в кровопролитные стычки. Одна из таких произошла всего восемь лет назад, когда второй иерарх приказал перебить полтора десятка молодых послушников. И пусть никто посторонний об этом не узнал, в самом культе кровавую бойню обсуждали многие. А ведь молодые жрецы хотели встретиться со своим богом, дабы донести до него, что второй иерарх украл половину от средств, которые были выделены на реконструкцию нескольких старых храмов. Справедливости хотели. А в итоге погибли, и никто за это злодеяние так и не ответил.
Ну а бог? Что бог? Где Гирхан? Неужели он не видит, что происходит рядом с ним? Наверняка, он знает, что творят его иерархи. Конечно же, ему обо всем известно. Ведь он Древний. Сверхсущество. Великое и Всемогущее. Однако божество занято другим. Гирхан все чаще погружается в глубокую медитацию, а последователи лишь по праздникам видят одну из его ипостасей. А еще в культе считали, что бог надеется на простых смертных и верит в своих жрецов, которые смогут очистить культ от грязи самостоятельно. Так считал Синге Шу. И так думали многие жрецы. Особенно молодые. Но пока у них ничего не выходило. Не было того, кто возглавит разрозненные группы реформаторов и четко обозначит вектор оппозиционного движения. А раз такого человека нет, то все шло своим чередом. Старые жрецы, особенно потомственные настоятели крупных храмов, предавались греховным утехам и воровали деньги культа, позволяли себе публичные пьяные загулы и, порой, находясь в неадекватном состоянии, гоняли по улицам на непомерно дорогих спортивных авто и сбивали обычных граждан. Все эти случаи вызывали в обществе резонанс. Но каждый раз иерархи прикрывали своих жрецов. На время все затихало, а потом происходило очередное скандальное происшествие. И чем дальше, тем их становилось больше.
— Нет, — остановившись возле памятника павшим в одной из битв прошлого столетия бойцам героического 65-го Кулетенского пехотного полка, сам себе сказал Синге Шу, — культ необходимо очищать.
Впрочем, его слова ничего не меняли и ни что не влияли. В его душе по-прежнему было неспокойно, и он понимал, что нужно делать. Однако бороться с системой сложно. Тем более религиозной. И размышляя об этом, Синге Шу бродил по городу до самого утра. После чего перекусил в приличном кафе, вызвал своего водителя и отправился в гости к Райнеру Северину.
* * *
Мортимер стоял в центре просторного плаца. В его руках были обнаженные мечи, с которых на серый бетон капала кровь. Он плохо соображал. Не понимал, где именно находится. А его взгляд блуждал по сторонам и никак не смог сфокусироваться на чем-то одном.
— Что со мной? — прошептал Мортимер и опустил голову.
Под его ногами лежал Шеферс. Голова белокурого паладина была разрублена пополам, а его отсеченные руки валялись под ногами.
— Как же так? — снова подал голос Мортимер. — Шеферс… Брат мой… Неужели это я тебя убил? Этого не может быть… Нет… Это не я…
— Убийца!!! — раздался усиленный магией голос. — Он убил нашего господина!!! Схватить его!!!
— Кого схватить!? — прорычал Два Меча, привычным движением ловко крутанул в руках клинки и осмотрелся.
Разум стал возвращаться к Мортимеру, по крайней мере, ему так показалось, и он понял, что находится на военной базе, которая принадлежала Шеферсу. Здесь находилось более пяти сотен отборных вояк. Но Мортимер для них не командир. Да, он тоже паладин Светоносного Энги. Но подчинялись эти люди, среди которых хватало сильных чародеев и опытных воинов, только Шеферсу. Поэтому, когда командир одной из сотен заметил, что Мортимер вывел командира на плац, а затем показательно его прикончил, естественно, он поднял тревогу и отдал приказ задержать преступника.
К Мортимеру со всех сторон бросились воины, и пусть он осознавал, что это неправильно, оболваненный паладин вступил с ними в бой. Его клинки запели песню смерти. Кровь полилась ручьями и Мортимер показал все, на что способен. Однако противников было больше. Они не собирались его убивать, все-таки перед ними паладин, а завалили его телами. Трое повисли на левой ноге. Сразу четверо схватились за правую. А чародей в странном белом костюме, который напоминал фрак, смог парализовать руки паладина. Еще немного и воины покойного Шеферса добьются своего, а затем наденут на него кандалы и вызовут других паладинов Светоносного.
«Нет! — промелькнула у Мортимера яростная мысль. — Я так просто не сдамся!»
С трудом разорвав невидимые оковы, которые на него накинул чародей, Мортимер потянулся к подпространственному хранилищу, волевым усилием извлек все энергокапсулы, которые хранились внутри артефакта, и отдал приказ на дистанционную активацию…
Вспышка! А потом тьма! Мортимер погиб, а вместе с ним еще несколько десятков элитных вояк из отряда паладина Шеферса.
Глава 29
Очередное утро началось с того, что я проснулся в спальне законной супруги. Спал недолго, часа два. Но этого вполне хватило. В принципе, с учетом того, что я не совсем человек, сон мне не очень-то и нужен, ибо мой биологический конструкт способен восстанавливаться и без него. Это на первый взгляд. Однако сон это не просто отдых. В данном вопросе все несколько сложнее. Во время сна мозг переходит в режим автономного функционирования и самостоятельно налаживает свою работу, закрепляет изученный за время бодрствования материал и реализует подсознательные модели вариативного развития будущих событий. Кроме того, убираются ненужные нейронные связи, выводятся вредные для жизнедеятельности мозга вредные продукты, укрепляется иммунитет, повышаются анаболические процессы и проводится частичный ремонт ДНК. Так что совсем обходиться без сна не рекомендуется. Не то что мне, а даже богам. Поэтому, когда организм требует сна и мне не грозит опасность, я даю ему заслуженный отдых.
Впрочем, я отвлекся. Спать уже не хотелось, а будить
