Хоть Норвегии удалось остаться вне первой мировой войны, Нансен жестоко страдал из-за ежедневного истребления людей, из-за будущего, которое сулит война человечеству. Он писал: «Должно наступить возрождение, новая эпоха придет с новыми идеалами, духовные ценности снова будут почитаться, а материальные — ничего не будут стоить. Будут уважать только разум. Тогда толпа и посредственные люди не будут править миром, а великие личности поведут человечество навстречу величественному золотому веку».
Германия объявила о начале неограниченной подводной войны, и маленькая Норвегия, обладавшая большим торговым флотом, жестоко страдала. Положение страны стало отчаянным, когда в 1917 г. США заявили о прекращении снабжения продовольствием нейтральных стран из-за необходимости поставлять продовольствие своим союзникам. Нансен был командирован в Вашингтон. После длительных переговоров он обеспечил Норвегии наиболее благоприятные условия в соглашении с США.
Во время первой мировой войны Нансен выступал за нейтралитет Скандинавских стран. Он говорил, что великий долг малых стран, стран нейтральных, — бороться за сохранение лучших сторон человеческой морали, хранить и развивать свое культурное наследие и во время войны, и после нее. Нансена чрезвычайно заботило то, что воюющие страны нарушали этические и возвышенные стремления людей в отчаянной схватке за существование и победу. «Без подлинной морали, — говорил Нансен, — подлинная культура обречена».
Каннибальские оргии первой мировой войны окончились. 13 миллионов растерзанных тел было погребено. Бесчисленное множество людей стали калеками, больными, контуженными, безумными, горе и отчаяние пришло в миллионы прежде счастливых семей. Хаос, уныние овладели Центральной Европой. Революция пылала на востоке Европы. Спекуляция и озлобление расцвели в других уголках континента. Наука стала производить во все большем количестве страшное оружие для уничтожения еще больших масс людей в случае новой мировой войны.
Предпринимались попытки борьбы с безумием, попытки предотвратить новую войну. Нансен был избран Англией и США арбитром в случае спора этих держав-победительниц. Он мужественно поддержал идею Лиги Наций и был главным действующим лицом в движении за вступление в Лигу Норвегии и остальных Скандинавских стран. На предварительных переговорах в Лондоне и Париже Нансен представлял взгляды нейтральных стран и поднимал свой голос против планов превращения Лиги Наций в расширенный блок держав-победительниц.
В 1919 г. Нансен писал: «Спасение и будущее человечества — в союзе народов, в объединении наций».
В 1920 г. была создана Лига Наций со штаб-квартирой в Женеве, а спустя два месяца здесь же обосновался Международный Красный Крест. В это время проблема военнопленных казалась неразрешимой. Национальные организации Красного Креста были беспомощны, и Международный Красный Крест обратился к Лиге Наций, которая занялась этим трудным вопросом еще до своей первой ассамблеи. Секретарь Лиги Наций Филипп Ноэль Бейкер был направлен в Норвегию, чтобы уговорить Нансена оставить научные занятия и посвятить себя организации репатриации сотен тысяч исстрадавшихся военнопленных.
В свое время Нансен обратился к соотечественникам с призывом принять в свои семьи голодающих детей из Германии и Австрии. Более шестидесяти тысяч детей были доставлены поездами в Скандинавские страны. Но задача, возложенная теперь на Нансена, была неизмеримо более обширной и трудной. Самый благородный период его жизни начался, когда Нансен приближался к своему шестидесятилетию.
В России — в Сибири и Туркестане — более полумиллиона пленных уже гибли от тифа, холода и голода. В дополнение к бесчисленному множеству пленных солдат царское правительство переселило в различные области России около 350 тысяч гражданского населения — мужчин, женщин, детей и стариков — из Польши и Галиции. Их страдания были неописуемы. Скандинавский Красный Крест оказывал им медицинскую помощь и еще до победы Октябрьской революции вывез 60 тысяч тяжело раненных пленных. После революции в России пленные, захваченные царскими войсками, неожиданно стали свободными гражданами, и переполненные поезда везли их на запад, навстречу свободе. Из отдаленных районов Сибири и Причерноморья бесконечные толпы пленных пробивались пешком через гигантскую страну в поисках свободы. Многие находились в плену уже пять лет. Восстали чехословаки, захватили Сибирскую магистраль и присоединились к белым армиям, на помощь которым пришли державы Антанты. Белые наступали с юга — к северу от Украины — и с востока. В Польше и Прибалтике кипела ожесточенная борьба. Красные и белые схватились в смертельной борьбе, а измученные и вырвавшиеся из плена люди оказались в ловушке, снова отрезанные от родных рубежей.
Первым делом Нансена было добыть средства на репатриацию пленных. После отчаянных призывов и долгих переговоров отозвались некоторые из малых стран — Норвегия, Швеция, Дания, Голландия, Швейцария, а позднее также Англия и Франция. Нансену удалось обеспечить средства (полмиллиона долларов) для начала своего колоссального труда. Сам Нансен работал без вознаграждения, он разъезжал в вагонах третьего класса и останавливался в самых дешевых гостиницах.
Лига Наций не признавала Советскую Россию, и в качестве ответной меры Советское правительство отказывалось вести переговоры с Нансеном, действовавшим по поручению Лиги Наций. Без тесного сотрудничества советских органов с властями западных держав усилия Нансена были бесплодны. Однако русские были готовы сотрудничать с Нансеном как уполномоченным отдельных правительств.
В самый короткий срок Нансен создал частную центральную организацию путем координации работы Красного Креста с существовавшими благотворительными обществами в США — с квакерами и другими корпорациями, представительства которых вместе с уполномоченными от Советского, германского и австрийского правительств были собраны в Литве, в Каунасе. Созданная Нансеном организация получила название «Помощь Нансена» и пользовалась непосредственным правом сношений с Западом и Востоком — с Советской Россией. Товарные составы с продовольствием, одеждой, медикаментами под контролем Советского правительства шли в лагеря военнопленных в Сибирь, Туркестан и Причерноморье. Пломбы и подпись Нансена на опечатанных в вагонах грузах должным образом уважались всеми. Все грузы доходили по назначению. Поезда, доставлявшие освобожденных военнопленных, немедленно возвращались для дезинфекции в сборный пункт — порт Нарву.
