Он смотрел на ее губы и думал, сколько мужчин их ласкали, сколько рук прикасалось к этому гибкому, красивому телу. Перед глазами пронеслись фотокарточки, где Лиза — маленькая девочка, которая не любит фотографироваться и все время отворачивается. Что за жизнь она прожила? Ее комната была пуста, ее друзья грубы и неотесанны, ее любовники все слишком разные, ее преподаватели щедры на хорошие отметки, ее отец устал. Она сама точно закладка в любимой книге дьявола. А теперь и в книге вампиров, где точкой должна стать ее смерть.
Бесс открыла глаза — зеленые, лучившиеся светом. Но заметила, что не одна, и радужка окрасилась темно-синим.
— Кого я ви-ижу, — засмеялась девушка. — Потрахаться захотелось, и ты мне все простил?
— Ты пьяна.
— А вот и нет, — снова засмеялась она и выдернула наушники. Музыка не играла.
Он схватил ее за руку и задрал рукав куртки. На вене остался след от укола.
Вильям отшвырнул ее руку, выдохнув:
— Глупая!
Бесс попыталась сесть, у нее не вышло, тогда она закинула руки за голову и немного заплетающимся языком промолвила:
— «Разнообразие — мать наслаждения».
— Зачем тебе жизнь? Чтобы вот так ее промотать?
Она истерично захохотала.
— «Жизнь — это слабый отблеск времени между двумя вечностями». Каким будет мой отблеск — личное дело! Не находишь, вампир?
Бесс насмешливо сделала ударение на последнем слове и, приподняв руку, шлепнула его по щеке. Снова зашлась приступом смеха.
— Проваливай. У меня сегодня уже был мальчик. Два. Хватит. — Она посмотрела на него и сквозь смех выдала: — Три будет перебор? Не хочу, чтобы ты подумал, будто я шлюха.
Вильям схватил ее за полы куртки и усадил. Она смотрела на него, едва сдерживая хихиканье.
— Это домогательства?
— Замолчи, — процедил он сквозь зубы, — я не хочу…
— Что? — толкнула она его в грудь. — Не хочешь сделать мне больно, гребаный вампир? А почему нет? — Бесс снова его толкнула. — Что так? Тебе же хочется походить на своего крутого братца? Он бы мог меня трахнуть прямо тут. А ты что? Слабак! — Она рассмеялась ему в лицо.
Он смотрел на нее и молчал.
Девушка тоже посерьезнела и, ткнув пальцем ему в подбородок, проворковала:
— А знаешь, я тут подумала… Я соблазню его, — она покрутила пальчиком у него перед глазами, — Но тебя мы не позовем. Будет смешно, третья девушка и опять не с тобой.
— Соблазни, — глухо отозвался Вильям.
— Я позволю ему все-все, — шептала Бесс, — мы сделаем это на твоей постели. Ты можешь посмотреть!
Молодой человек кивнул.
— Мне нравится идея.
Солгал ли он?
— Пошел ты! — выкрикнула девушка, отталкивая его руки, сжимающие ворот ее куртки.
Вильям отпустил и поднялся.
— Старейшины придут за тобой.
Она взяла скатившуюся к ногам книгу, раскрыла ее и сделала вид, что читает, бросив:
— Ну-ну, пусть приходят. Братцу передай, пусть готовится. Тренирует свой… талант.
— Ты все это говоришь, потому что находишься под воздействием наркотиков. Когда ты будешь…
Бесс подняла на него глаза, и он осекся.
— Ошибаешься. Вот увидишь.
Вильям отступил:
— Хочешь сделать мне больно? Не я изменил тебе. Не ты стояла под дверью, слушая, как я занимаюсь любовью с другой женщиной!
Пошатываясь, она сползла с памятника, придерживаясь за него, поднялась.
— Какого же черта ты там стоял? — горько засмеялась она. — Ты прав, не я стояла под дверью. А я бы, я бы не позволила сесть тебе тогда в ту машину. И потом бы не стояла… — Она взяла книгу, прижала к груди и побрела прочь.
— Бесс, — выдохнул молодой человек.
Та не обернулась, а просто показала ему средний палец.
— Я думал, что даю тебе право выбрать, — прошептал Вильям ей вслед.
Глава 21
Прости
В белоснежном мраморном зале подземного дворца собралась вся «компания» из Тартаруса, братья, Бесс, Катя, Анжелика с Даймондом и еще один мужчина с бакенбардами, смахивающий на Пушкина. Анжелика звала его «Гера».
Бесс затянулась косячком и медленно выпустила облачко дыма.
Все ждали главаря. Девушку при его упоминании постоянно разбирал смех. Казалось нелепым звать какого-то старика «Создателем». Но вампиры всегда были донельзя серьезными, упоминая его. Поневоле капля уважения передалась и ей.
Бесс переступила с ноги на ногу и огляделась в поисках чего-нибудь, куда могла бы присесть. Не нашла. «Пыточный зал», — раздосадованно подумала она. Тот, первый зал, с трибуной и удобными креслами, понравился ей куда больше. Впрочем, вариант поехать после института в «Rock Cafe» или домой даже не мог сравниться с тем, что ей пришлось тащиться сюда.
У дверей института ее встретила Анжелика и сказала, что ей велено доставить «беса» к Создателю, прибавив: «Ты облегчишь мне задачу, если подвезешь меня!»
Кажется, этой девушке невозможно было отказать, столь нереальным шармом она обладала.
Бесс вздохнула и, обведя взглядом мрачные лица свиты Цимаон Ницхи, пихнув плечом Анжелику, обронила: — Интересно как выглядит член Создателя.
Та с ужасом посмотрела на нее. Лица с каменными выражениями обратились в ее сторону. Лиза пожала плечами.
— Что, никто не видел?
Все молчали и смотрели на нее так, словно за все свое бессмертие не слыхивали ничего более возмутительного.
Не смотрел на нее лишь Вильям, он вообще с момента своего появления уставился в одну точку и не проронил ни слова.
— Какое ханжество, — вздохнула Бесс. — Ведь всем интересно! Вы прожили столько столетий, а словосочетание «Член Создателя» приводит вас в ужас. Вот где ужас-то!
Вампир в черном одеянии, с лицом, закрытым капюшоном, зааплодировал. Когда он заговорил, смотрел на Анжелику.
— Ханжество и снобизм — наше все.
Та натянуто улыбнулась, порекомендовав:
— Если тебе интересно, дорогая, попроси его показать. Уверена, он не откажет тебе.
Наконец появился и тот, кого обсуждали. Старец прошел в центр зала, встал между женами и дал им свои руки, точно подарки вручил.
Затем чуть наклонил голову, к нему тут же склонился великан с мечом и что-то сказал ему. На губах Цимаон Ницхи возникло подобие улыбки.
— Я рад, милая, что ты прибыла, — мягко сказал он Бесс.
Она передернула плечами.
— Да-a, вот только «похороны — единственное светское мероприятие, на которое можно прийти без приглашения». Но все равно спасибо за приглашение!
Он засмеялся. Его свита как по команде повторила за ним.
— Замечательное чувство юмора, — похвалил Создатель и, отняв свои руки у жен, хлопнул в ладоши. — Перейдем к делу. Тебе, девочка, суждено стать нашей освободительницей, ты…
