Читаем без скачивания Капитан перехватчика (СИ) - Наталья Бульба

Индарс отреагировал несколькими часами позже, но так, что даже невозмутимые Аршан и Искандер оценили его решение по достоинству. Крепкими выражениями.

Старх действовал слишком резко и неожиданно, но явно не без умысла. Посольству Самаринии надлежало покинуть его владения в течение трех стандартных суток.

Те даже не успели добраться до их границ — им не позволили. Когда время истекло, корабль был признан нарушителем и уничтожен.

Узнала я об этом уже позже, в тот момент вела свой корабль к Харабу. Если кто и мог помочь зверенышу, то только Хранитель.

Летели мы без Тараса, он остался с женщиной, которая могла стать матерью его ребенка. Это был мой приказ, которому он был вынужден подчиниться. Так было правильно. Жизнь и… жизнь. Каждый боролся за свою.

На место ангела сел Дарил. Разлука обещала быть короткой, но в душе творилось такое, что спасало только понимание — моя истерика никому и ничем помочь не может. Я должна была быть сильной. Чтобы спасти Тимку, Рауле… саму себя.

— Наташа… — попытался остановить меня отец, но Искандер поднял лист, пробежался по строчкам, словно не знал, что именно там написано.

С Искандером мы о нашем будущем больше не говорили. С того памятного разговора в спальне мнимого Фариха Стураше. Табу, а не тема.

Не сказать, что кто-то из нас был виновен в том, что Рауле пропал именно в то время, когда мы занимались собой, но… как избавиться от осадка, от понимания того, что всего этого могло и не произойти?!

Я не думала об этом, отсекая все, что не имело отношения к спасению Камила.

Я даже ночью не позволяла себе хоть на миг представить, что мне это не удастся.

Но… яд сомнений заставлял вдруг замирать, чувствуя, как опадает от отчаяния сердце.

— Я уважаю ваш выбор, капитан третьего ранга Орлова. Ваш рапорт будет удовлетворен, как и рапорта членов вашего экипажа.

На Харабе мы оказались спустя четверо стандартных суток и три затяжных прыжка. Я рисковала, но у этого риска было имя. Пульс Тимки становился все слабее, надежда успеть — все призрачнее.

Хотелось выть, бить, крушить, но я держалась. Сдавала вахту Дарилу или Валечке, оставляя вторым пилотом Рустама, приходила в медотсек, садилась у реанимационной капсулы, брала лапу звереныша в ладони и разговаривала с ним.

Вспоминала те дни, когда мы свалились на второй Хараб, как он увязался за Тарасом, как приносил мне дань… Как забрался в посадочный модуль, отправившись вместе с нами навстречу той самой минуте, когда меня не оказалось рядом.

Было больно, но это помогало мне верить. Мы справились тогда, справимся и сейчас.

— Искандер! — сорвался отец, но опустил голову, замолчав. Такого ответа от адмирала он не ожидал.

Мы успели. Хранитель сам вышел на контакт еще на входе в систему. Когда на вторжение извне ИИ заверещал сигналом тревоги, я прикусила губу, только бы не заплакать. Расслабляться и радоваться победе было еще рано.

Тимка очнулся спустя двое суток. Вот тогда я позволила себе зареветь. Целовала его мордашку, прижимала к себе и рыдала навзрыд, не обращая внимания на ребят, которые молча стояли вокруг.

А еще через сутки, поблагодарив Хранителя, мы взяли курс на Таркан. Искандер был уже там.

О чем я говорила с ИР древних, никто кроме Тимки не знал. Хранитель был против, звереныш — за. Его мнение стало решающим.

Это был тот самый крайний случай, который стоило иметь про запас.

— Но не сегодня, — неожиданно продолжил адмирал. — По согласованию с императорами Индарсом и Хандорсом, кангором Синтаром и правительством Галактического Союза, я санкционирую спасательную операцию. Совету Жрецов Самаринии передан протест. Им дано семь стандартных суток, чтобы связаться с нами и сообщить координаты места, где наш крейсер заберет Камила Рауле.

То, что это были именно самариняне, Тимка подтвердил. Образы, которые он передал Хранителю, а потом и мне, были очень четкими. Семеро жрецов храма Судьбы в полном облачении, вспышка белого света, похожая на сметающую все волну и… темнота.

Как они попали в дом? Почему скайлы не отреагировали на их появление? Было ли это оружие или способности, о которых мы не имели ни малейшего представления?

Вопросы, вопросы, вопросы… Ответы нам только предстояло найти.

— Он их подданный, — вздохнула я, не торопясь поддаваться чувству облегчения, отражение которого увидела на лицах отца и Таласки.

— Доказательств этого нам не представлено, — жестко отрезал Искандер. — Камил Рауле является старшим офицером отдела розыска Службы внешних границ.

— Это не выход, — качнула я головой в бессильной ярости. Неужели они не замечали очевидного! — Они будут тянуть время, искать зацепки…

— Мы это знаем, — несколько разочарованно посмотрел на меня Шторм. Искандер усмехнулся и… кивнул. Кажется, я запаздывала с пониманием ситуации.

— Но ведь Рауле насолил не только им. — Это был уже адмирал.

Но мне было уже все равно, кто говорил, мысль этой парочки я «поймала». Похоже, самой последней.

Оправдывать себя не торопилась, просто приняла как факт.

— А ведь ты прав, у него столько врагов… среди вольных.

— Мы пока проигрываем в борьбе с ними, — демонстративно тяжело вздохнул полковник, перехватив у меня эстафету. — Нам будет очень жаль, если кто-то из капитанов сочтет их своей добычей.

— Единственное, что не позволяло нам действовать раньше, сектор, в котором их стоит искать. Но теперь, когда Тимка…

Договорить Искандеру я не дала.

— Он не может пробиться к разуму Рауле, его полностью блокируют.

— Артур — тоже, — без всяких эмоций заметил Аршан.

С Гордона он, как я ожидала, не отправился в кангорат, предпочел поучаствовать в поисках Камила. В причины я не вдавалась, но обратила внимание, что Искандера его присутствие поблизости не радует. Напряжение было едва заметным, не научись я скорее чувствовать, чем видеть, пропустила бы.

Оставалось надеяться, что не я стала поводом для него. Мне предстояло стать инорой для сына Кими, Аршану — инороком. Встречаться придется часто, вторые родители принимали участие в воспитание детей не меньше, чем настоящие.

— Значит, будем искать, — резко отрезала я, четко понимая, что отступать практически некуда.

Или потерять Рауле, признав свою слабость перед теми кто, проиграв войну, продолжал диктовать свои условия, или…

Нам с Дарилом предстоял нелегкий разговор.

* * *

— Прекращай мельтешить, — перехватил меня демон за руку. — Выкладывай, что задумала, а там посмотрим.

Скривившись, выдернула запястье из его захвата, вновь двинулась к переборке.

Прежде чем начинать рассказ, мне нужно было успокоиться. Давалось это с трудом, слишком тяжелыми были последние дни, чтобы нервы не сорвало с резьбы. Я хоть и продолжала внешне держаться, но о том, чего мне это стоило, знал лишь Тимка. Остальные могли только догадываться и… ошибаться.

Все было значительно хуже, чем казалось.

Допрос, который мне устроили по возвращении на Таркан отец и Искандер, очень напоминал незабываемую встречу с Шахином. Ту самую, после которой Ивар сделал из меня курьера айо, отправив на виселицу. Отличие было лишь одно — эти обещали заменить «смертную казнь» дальнейшим участием в заварушках Службы, но требовали за это вывернуться наизнанку.

Интересовал их и второй Хараб, и мое мнение о Хранителях и… правда о звереныше. Знали они о нем достаточно, чтобы делать выводы, но рассчитывали на подтверждение и некоторые мелочи, о которых я предпочитала даже не заикаться.

Мне все чаще казалось, что малыш понимает в происходящем вокруг значительно больше не только меня, но и высокопоставленных любителей игры в хатч. Это пугало, заставляя возвращаться к одной и той же мысли… не открыла ли я сама дверь в тот кошмар, последствия которого видела на планетах, населенных когда-то древними.

Тимка о моих опасениях не мог не догадываться, скрыть от него что-либо можно было одним способом — умереть, но убеждать в обратном не торопился. Это был вопрос доверия. Либо есть, либо… Ответить категорично у меня пока не получалось.

Настойчивость адмирала была понятна: чем больше ему известно, тем проще меня же и защитить. Он первый, но далеко не последний, кому эти тайны не давали спокойно спать. Что уж говорить об отце. Тот был готов добиваться своего любыми способами, лишь бы меня обезопасить.

В этот раз им обоим не повезло. Я молчала. Разводила руками, невинно улыбалась, намекала, что не стоит будить силы, справиться с которыми будет невозможно и всем миром, угрожала, кляла последними словами Рауле, который подставился так не вовремя…

Сошлись на том, что сначала я верну Камила, потом мы попробуем поговорить еще раз. Если, конечно, не будет поздно. Что имел в виду генерал, когда заикнулся об этом, было ясно без объяснений. Если за меня возьмется Индарс, кангор, главный демон или правительство Союза, все может закончиться совершенно с иным результатом.