с учетом опыта предыдущих его экспедиций на Эверест, что сила в количестве. Если у команды «Горного безумия» начнутся проблемы, будет хорошо, если рядом окажутся такие опытные альпинисты, как Роб Холл и его проводники Майкл Грум и Энди Харрис.
В один из дней отдыха Нил Бейдлман и Скотт отправились в сторону Пумори, красивого семитысячника, находящегося через долину от базового лагеря. Они взяли с собой только спальники, коврики, немного еды и фотокамеру, поднялись по склону и расположились на ночлег. Прислонившись к валуну, Нил и Скотт сидели в спальниках и смотрели, как заходящее солнце освещает горы вокруг. Далеко внизу мерцали огни базового лагеря, полная луна заходила за Эверест. «Мы находились высоко на горе, и это было действительно здорово, – вспоминал Нил. – Здесь никто не доставал Скотта. Мы просто сидели и вели глубокий философский разговор. Он рассказал мне о своих планах на бизнес и на жизнь».
Скотт поделился с Нилом видением стратегии для «Горного безумия», в которой экспедиции на Эверест станут одной из важных составляющих. «На Пумори мы также обговорили, кто, что и как будет делать при штурме Эвереста, – говорит Нил. – Некоторые клиенты и критики впоследствии заявляли, что какие-то моменты были пущены на самотек, он они не знали всей картины». Нил рассказал, что они обсуждали, где будут храниться кислородные баллоны, кто что будет делать и как будет организовано собственно восхождение. Они обсудили желание Букреева взойти на вершину без кислорода, но собирались сказать ему, что это не получится. Они также договорились, что Лопсанг и еще один шерпа выйдут из лагеря IV заранее, чтобы проверить и закрепить веревки выше по склону. «Мы со Скоттом проанализировали все основные элементы плана», – говорит Нил. Конечно, планы на Эвересте могут сильно отличаться от реальности.
Команда «Горного безумия» вышла из базового лагеря утром 6 мая, намереваясь попасть сразу в лагерь II к середине дня. Отдохнув там, они поднимутся по склону Лхоцзе и заночуют в лагере III. На следующее утро доберутся до Южного седла, а 10 мая отправятся на штурм Эвереста. Если все пройдет хорошо, то еще через несколько дней все спустятся в базовый лагерь и будут праздновать успех.
По мере набора высоты альпинисты рассредоточились. Скотт и Нил первыми прибыли в лагерь II. Несмотря на некоторые трудности с дыханием, Пит Шёнинг не отставал от своего племянника и Лин Гаммельгард. Еще один альпинист, идущий снизу, сообщил Скотту, что Дейл Круз почувствовал себя плохо и остался в палатке в лагере I. Дейл попросил передать Скотту, что останется на ночь в первом лагере, а на следующий день надеется догнать команду, которая к тому времени еще будет в лагере II. Группа обсуждала, что делать, понимая, что состояние Дейла может как улучшиться за ночь, так и ухудшиться. Скотт всегда был предан своим друзьям. Они с Дейлом знали друг друга очень давно. И Дейл скрупулезно выполнял все, что от него требовалось, на восхождении. Но его организм, по всей видимости, в силу физиологических особенностей просто не мог адаптироваться к большим высотам, и здесь поделать ничего было нельзя.
«Дейл – мой друг, – сказал Скотт Лин Гаммельгард, которая предложила ему послать шерпа помочь Дейлу спуститься, а не тратить силы. – Я руководитель экспедиции и должен лично сказать ему, что восхождение закончено». Нил сопровождал Скотта до лагеря I, затем Скотт отправился через ледопад вместе с Дейлом в базовый лагерь, куда они оба прибыли в конце дня. Скотт расслабился, пообщался с друзьями и выпил пива. Он позвонил Джинни в Сиэтл, они поговорили об Энди и Кэти Роуз, потом Джинни спросила: «В чем дело, почему ты вернулся в базовый лагерь?» Он рассказал ей, что переживает из-за того, что Дейлу пришлось уйти с горы. Остальные участники восходили согласно плану, сообщил он, и добавил, что скоро он их нагонит и отправится на вершину. «Он был в очень хорошем настроении, и я не пыталась его переубедить, – вспоминает Джинни. – Однажды я спросила, не может ли он просто остаться в базовом лагере и руководить восхождением оттуда по рации, но он ответил, что не может так поступать».
На следующее утро Скотт прошел ледопад и поднялся во второй лагерь, чтобы присоединиться к команде. «Мы собирались обсудить планы в день отдыха в лагере II, – сказал Нил, – но Скотт пришел поздно и очень устал. Я пытался донести до всех информацию, как мог, после прихода Скотта мы обсудили все дела, но, вероятно, организовать все должным образом уже не получалось».
Нил также обсудил с Анатолием важность использования кислорода и дал ему регулятор и маску, чтобы он мог использовать кислородные баллоны, занесенные на Южное седло. «Он нехотя взял оборудование», – вспоминает Нил.
В 1996 году не существовало четко определенных правил работы гида в коммерческой экспедиции на Эвересте, тогда это все находилось на этапе становления. Большинство гидов использовали искусственный кислород выше Южного седла, считая, что это поможет им сохранять силы и работать более эффективно. Анатолий знал, что идущие на кислороде альпинисты могут показывать хорошие результаты, но, если кислород иссякнет или оборудование выйдет из строя, воздействие окружающей среды на организм будет очень серьезным, поскольку содержание кислорода на высоте Эвереста составляет лишь треть от нормы на уровне моря. Букреев понимал, что он в состоянии эффективно работать на больших высотах без баллонов, и его успехи на Эвересте, Макалу и Дхаулагири были тому доказательством. Не полагаясь изначально на искусственный кислород, он полностью исключал тяжелейшие последствия оказаться на высоте более восьми километров без баллона.
Еще одним альпинистом, для которого восхождение закончилось досрочно, стал Пит Шёнинг, который сказал Скотту, что приключение на Эвересте получилось отличным и он чувствовал себя нормально вплоть до лагеря II, но потом стало понятно, что он не в состоянии адаптировался к высоте. Пит попрощался с товарищами и на следующий день вернулся в базовый лагерь. Скотт с командой отправились в противоположном направлении. На пути в третий лагерь они смешались с клиентами «Консультантов по приключениям» Роба Холла, тоже шедшими вверх, и участниками команды IMAX film, которые шли вниз. Эд Вистурс и Дэвид Бришерз сообщили Скотту, что на Южном седле очень сильный ветер, который не позволял ни идти дальше, ни снимать фильм, поэтому они решили переждать. Кроме того, в верхней части Эвереста уже находилось много альпинистов, которые бы при съемке попали в кадр. Так что альпинисты IMAX спустились в базовый лагерь.
Ранним утром 9 мая более двадцати альпинистов вышли из лагеря III, прошли «желтую ленту» и направились
