Читаем без скачивания Восточный круиз - Владимир Синельников

Но все обошлось. Из ущелья вылетел на полном скаку всадник, направившийся к головному дозору. После чего последовал сигнал к движению.

Причина короткой заминки стала ясна, когда мы въехали в ущелье. Вдоль караванной тропы через каждый десяток метров располагался всадник. Вереница замерших аскеров тянулась, насколько видел глаз. На их пиках трепетали пестрые значки Зейнальского каганата.

– Как шах заинтересован в благополучном прибытии посольства, – Ли пристально разглядывала растянувшихся вдоль тропы воинов. – Даже позаботился об охране, чтобы оградить от вылазок аббасидов.

– Ты не совсем права, девочка, – раздался с облучка голос Мириам. – Ограждать нас сейчас, я думаю, не от кого.

Джинна пристально разглядывала открывшийся по правую руку распадок. В нем недавно располагался довольно большой кишлак, от которого сохранились лишь закопченные глинобитные стены мазанок. Владыка Зейнальского каганата в знак доброй воли и установления добрососедских отношений провел зачистку ущелий Калидага. Самозваное государство аббасидов приказало долго жить. Интересно, уцелел в этой заварухе сам шейх? По идее, если в его теле действительно находилась душа дяди Мухаммада, она ему должна была оказать хоть какое-то содействие. На крайний случай хотя бы предупредить о карательной экспедиции…

Зейнал

Вначале в этих местах появились жители страны Чин. Тогда здесь была прелестная, поросшая густым тальником и ивняком долина, в зеленых дебрях которой вольготно существовали стада диких свиней, оленей и прочей живности. Многочисленные ручьи, сбегавшие с окрестных, разрушенных временем гор, давали начало полноводной реке, в свою очередь, питавшей буйство растительности.

С приходом человека пейзаж изменился до неузнаваемости. Здешние горы были богаты золотом, и за столетия ручьи нанесли в реку немало этого драгоценного металла. Узкоглазые жители Востока принялись за разработку россыпей, и очень скоро некогда зеленая долина превратилась в беспорядочное нагромождение отвалов пустой породы и песка, что трудолюбиво просеивали люди. Постепенно слухи о богатствах этого места распространились далеко вокруг, и сюда начали стекаться искатели счастья и авантюристы со всех концов здешнего мира. Потом на это место обратили внимание сильные мира сего. Долина несколько раз переходила из рук в руки. В разное время она принадлежала и наместникам страны Чин, и Западному султанату, и северным наро­дам… Эмиры Боркуля тоже пытались наложить лапу на здешние богатства.

Так продолжалось довольно долгое время, пока не появился в этих местах предок нынешнего шаха Зайхана.

Он прибыл во главе небольшого племени кочевников и довольно быстро подчинил своей воле строптивые и воинственные поселения золотоискателей. Когда окрестные правители спохватились, что такой заманчивый кусок уплывает на сторону, было уже поздно. Кочевник легко разгромил посланное для наведения порядка войско Западного султаната и, договорившись с северными племенами, в свою очередь напал на султанат. Султан очень скоро не выдержал стычек с неуловимыми кочевниками, неожиданно налетавшими на селения и купеческие обозы и так же быстро растворявшимися в необъятной степи.

Заключив мир с западными соседями, свежеиспеченный шах новообразованного Зейнальского каганата обратил пристальное внимание на Восток. Империя Чин в те времена переживала не лучшие времена, раздираемая на куски враждующими представителями двух династий, и шаху удалось без особых последствий отцапать приличный кус территории, находившейся под номинальным правлением Чин.

Затем настал черед юга. Северные племена, соблазненные большим вознаграждением, согласились участвовать в походе с войском кагана. Шах вышиб пограничные части эмира Боркуля с равнины и гнал их до гор Калидага. Дальше он не пошел, понимая, что древний и богатый эмират с легкостью перемелет его отборные тысячи. Зато в степь, лежащую за южными отрогами Калидага, хлынули полудикие, алчущие добычи северные племена. Эти орды принесли такую головную боль тогдашнему эмиру Боркуля, что он и думать забыл о спорных и богатых территориях севера. Тем более что у него образовалась своя большая заноза. На южных окраинах эмирата заявило о себе и начало быстро мужать государство свободных женщин – нынешняя Азарея.

Шах Зейнальского каганата в этой ситуации убил сразу двух зайцев: прихватил себе территорию вплоть до гор Калидага и избавился от беспокойных кочевников северных границ, ушедших в набеги на юг и растворившихся в бескрайнем степном мареве.

Другое дело, что со временем шахи Зейнала заимели на северных границах еще одного серьезного противника. На освободившиеся после ухода кочевых племен земли пришли новые народы, получившие презрительную кличку «северные варвары», что не мешало этим самым варварам регулярно громить направляемые на север тысячи Западного султаната или войска шахов Зейнальского каганата. Досталось и сунувшимся на контролируемые ими территории узкоглазым и желтолицым имперцам.

– Все-таки я не могу понять тебя, северянин. – Гайят отставил в сторону опустевшую пиалу и потянулся к кальяну.

Я в свою очередь опрокинул в себя порцию золотистого вина из страны Чин.

– А что тут понимать? Разве я вас не устраиваю в роли охранника?

– Не морочь мне голову, – поморщился купец. – Дураку понятно, что эта работа тебя интересует в последнюю очередь.

– Вы так думаете? – Мне было интересно услышать логические умозаключения моего работодателя.

– Не думаю – уверен, – произнес купец. – Грешным делом, когда мы прибыли в Зейнал, я решил, что больше тебя не увижу.

– Почему?

– До границы с твоими соплеменниками отсюда рукой подать, – пожал плечами Гайят. – Я был готов голову прозакладывать, что ты просто воспользовался подвернувшейся возможностью добраться до этих мест наиболее быстрым и безопасным способом.

– В таком случае вы ошиблись. – Я осторожно поставил пустую пиалу на дастархан. – Меня устраивает нынешняя работа.

– Ой, темнишь, северянин, – погрозил мне пальцем Гайят, затягиваясь из забулькавшего кальяна.

Я молча пожал плечами. Купцу нельзя было отказать в проницательности, но я не собирался ставить его в известность относительно своих дальнейших планов.

– Я могу идти? – обратился я к работодателю.

– Ты свободен, – донеслось из облака дыма, окутавшего купца. – Мы пробудем здесь дней пять, и в городе охрана мне не нужна.

Я поднялся с ковра и двинулся к двери.

– Кстати, – донеслось мне вслед, – как поживает прекрасная госпожа Мириам?