Читаем без скачивания Айлин (СИ) - Авонадив Анель

Мои фантазии заводят меня слишком далеко, не нужно смотреть на ее лицо, знаю она кусает губы, а это просто пиздец для моего терпения и самоконтроля.

Ни одна полностью раздетая женщина, которых я лицезрел до знакомства с Айлин и вполовину не выглядели так, как сейчас эта молодая девчонка в полотенце.

В душе планирую снять напряжение, член предательски напрягается.

Под струей прохладной воды, закрываю глаза, стараюсь привести мысли в порядок, упираясь головой в холодный кафель.

Пытаюсь перебирать какие-то юридические термины, всякую хренотень лишь бы успокоиться и не думать: впереди целая ночь в одной постели, а у меня слетели предохранители спустя секунду, как малышка появилась передо мной в полотенце.

Я не сразу замечаю, что в душе не один, шум воды не позволяет мне слышать посторонние звуки, я сосредоточен на том, чтобы вернуть себе самообладание.

Холодные ладошки касаются спины. Не поворачиваюсь, потому что боюсь если увижу ее голой перед собой и ядерный взрыв в моей голове не остановит ничего.

— Егор, можно я…, - она не дожидается ответа, ступает босыми ногами и оказывается со мной в ванной.

Поворачиваюсь, Айлин стоит голая, рассматривает особенности строения мужского тела, фокусируя взгляд на возбужденной плоти.

Моргает.

Я могу, конечно, сказать что в данный момент моя жена, невероятно красивая и сексуальная, притянуть ближе и поцеловать, но при таком раскладе мои мысли покинут эту галактику окончательно. Я где-то далеко в вакууме пространства и вот-вот сорвусь.

Рассматриваю ее тело: у нее аккуратный втянутый живот с чуть заметным пупком, маленькая упругая грудь с твердыми сосками коричневого цвета.

Я от ее вида с ума схожу.

Господи дай мне сил. Уговариваю себя:

Егор, двадцать пять дней, это три недели и четыре дня.

Я не успеваю продолжить подсчеты, стараясь переключить себя хоть немного, Айлин делает шаг вперед, подходит ближе и делает то, от чего остатки разума испаряются.

Обнимает шею, касается кожи, царапая мою грудь острыми сосками. Мои ладони на ее бедрах сильно сжимают кожу.

Терпение покидает меня стремительно, я просто молюсь не сделать ей больно.

Она указательный пальцем ведет моей по нижней губе, осторожно спускаясь к линии скул, говорит почему-то шепотом, как будто, боится что нас могут подслушать:

— Покажи мне…., — я теряюсь от ее слов

— Показать что?

— Как целовать тебя там? — она переводит свой взгляд ниже, спускается на колени на, царапая меня ногтями вдоль линии моего тела.

Все что происходит дальше это неконтролируемые инстинкты без участия мозга.

Она касается губами моего живота, целует, ее горячее дыхание щекочет кожу.

Снова поднимает голову, ее беззвучное: «Скажи», которое читаю по губам. Поскольку здравые мысли отсутствуют и я вижу перед собой женщину заведенную до предела, которая касаясь моей плоти пальцами выбивает из моей груди неконтролируемый стон, отказываю себе в оценочном суждении.

Ох… бля….

Стискиваю челюсть, ее осторожные движения, она сжимает меня у основания, обхватывая двумя ладонями образуя два тугих кольца водит вверх и вниз.

Опираюсь плечом в кафель.

— Тебе нравится? — она шепчет, растирая влагу большим пальцем на головке

— Очень, — не узнаю свой голос с элементами хрипоты.

После моего ответа, она касается губами основания, ведет языком вдоль ствола.

Я просто перестаю дышать, наблюдая как она насаживается ртом.

По красным щекам, я знаю — для нее это смелый жест.

Говорю что-то бессвязное, впитывая в себя ощущения от того, как она лижет меня тугим языком, ведет по венам, будто это самая вкусная карамель в ее жизни.

Ее рот мое наслаждение: каждое ее движение приближает меня к разрядке, я подыхаю от своих собственных ощущений и эмоций, которые скручивают мою волю в бараний рог.

Она насаживается головой, но берет не глубоко. Влажные звуки наслаждение для моих ушей.

В моих стонах теряется ее имя: я растягиваю буквы, каждое ее движение вытравливает остатки самообладания.

— Малышка стоп, больше не могу…, - она по-своему понимает мои слова, выпускает изо рта, ведет языком сверху вниз, поднимает глаза. Мое сердце делает кульбит, чувствую себя марафонцем в забеге, который слишком быстро остановился, не добежав каких-то пару метров.

Оттягиваю ее волосы, она часто моргает, не понимая.

Перехватываю основание, делаю несколько поступательных движений и кончаю ей на грудь.

Меня шатает, когда вижу, что моя Айлин размазывает остатки семени по груди.

Поднимаю ее.

В голове желе.

Мне так хорошо, что я не могу произнести ни слова.

Включаю воду смывая с нее остатки семени. Отодвигаю занавеску, вытираю себя, затем Айлин. Выношу ее на руках, кладу на кровать, накрываю одеялом.

У меня нет сил, пошевелить языком выше моих сил. Ложусь рядом, подтягивая Айлин на себя, обнимаю за плечи. Она кладет голову мне на грудь:

— Еще хочу, — ее тихий голос с игривыми нотками возвращает меня в реальность.

Я не ослышался она просит еще?

Мне наверное придется сегодня сдохнуть… ее слова превращают меня в гору за секунды.

Планки срывает.

Я дурею от нее. Она кладет ладони на мою грудь, смотрит затуманенным взглядом, ведет ладонями ниже до дорожке волос, поглаживает кожу, трогает каменный член

— Айлин, нам лучше не начинать я не смогу остановиться, — перехватываю ее ладони, — ты не понимаешь к чему это может привести

— Понимаю…, - тихо с придыханием отвечает и снова начинает провоцировать, трется бедрами о мой член. Кажется, я начинаю слышать собственные стоны отчаяния. До ее ответа, я был уверен, что собственные стоны отчаяния присутствуют только в моей голове.

Меня ломает от бешеного желания овладеть ее телом.

Отголоски разума орут, что нельзя, не сейчас, рано….

Двадцать пять дней и четыре дня…

Похер….

Я вообще ничего не соображаю….

— Возьми меня, — Айлин хаотично цепляется за меня, ищет губами мои, поддаюсь и накрываю ее собой.

— Ты не понимаешь, … — она перебивает

— Пойму, когда покажешь, я хочу сейчас, Ег-о-о-о-р, — обхватываю ее лицо ладонями, смотрю в глазах коллайдер желания. А может, она просто отражает меня и это мои желания…

— Ты такой красивый, — она ведет ладонями по груди, не понимая, что не оставляет мне ни единого шанса ей отказать… я просто не могу…она нарушила всю систему внутреннего контроля.

— Айлин, это больно…, - собираю остатки разума, ведь я хотел, чтобы она вспоминала этот день с улыбкой на лице и ничего не омрачало воспоминания такого важного для нас события.

— Я хочу этой боли, — ее голос дрожит

— Айлин что же творишь…я ведь держусь на честном слове…, - реальность сжирает меня изнутри.

Подхватываю ее бедра, тяну на себя, чувствую себя мальчишкой, который делает это впервые.

— Я тебя люблю, Егооор…, - мне хочется всего и сразу, но я торможу себя и свои хотелки.

Целую ее, терзая губы.

Возбуждение на пределе.

Давно со мной такого не было, чтобы от невинных прикосновений тело сводило судорогами.

Как мальчик.

Все, что угодно мог предположить, но чтобы в сорок лет понять, что у меня с этой девочкой все по- другому… это нечто… я никогда не испытывал того что чувствую сейчас!

Раздвигаю ее ножки.

Помещаюсь между ними, рассматриваю ее.

Вижу, нервничает, ее щеки горят.

Вокруг свечи, обстановка романтическая, полумрак, а у меня в голове персональная сказка, и все мысли мои сосредоточены на Айлин.

Она как наркотик тянет, и сколько не добавляй доз, знаю, будет мало.

А я ведь только — только начинаю узнавать какая она.

Сдерживаю порывы взять ее сразу, для себя давно решил, что хочу оставить положительные воспоминания о первом разе, на сколько это возможно.

Зарываюсь ладонями в волосы, вдыхаю ее ванильный запах.

— Моя нежная девочка, — шепчу слова, покрывая поцелуями ее кожу, — ты такая отзывчивая и чувствительная, если что-то не так, дай знать, я остановлюсь, — говорю ей это, а в голове истерическая паника.