— Ну, и как там дела?
— Темно тут и воняет, — послышалось в ответ.
Олф скатился вниз как раз в тот момент, когда Веллет нашел-таки дверь и вошел в зал, освещенный красными огоньками хрустальных шариков, лежащих на столе. Олф глянул из-за спины Веллета на огоньки, и ему сразу вспомнились глаза оборотней. На всякий случай он обнажил меч и, отстранив эллора, шагнул вовнутрь. Сзади послышался шум — это лорд и Гордог тоже спустились вниз.
— Не знаю, чье это хозяйство, но мне здесь не нравится, — сообщил им Олф.
— Похоже, здесь что-то вроде лечебницы для оборотней, — предположил Гордог, прошел к столу и заглянул в лежащую на нем раскрытую книгу.
Первая страница была чиста, а на следующей, перелистнув, он прочел фразу, которая, на первый взгляд, показалась ему совершенной чушью, а на второй — полной глубокого смысла: «Земляной орех необычайно вкусен в жареном и печеном виде, но приготовить его надлежащим образом способен не всякий. Я, например, не могу. Но зато я всегда сумею выбрать ту кухарку, которая сделает всё в полном соответствии с моим вкусом, а это гораздо сложнее, чем овладеть собственно поварским искусством…»
— Элл, я бы не хотел, чтобы мы стояли слишком далеко друг от друга. Мне кажется, здесь это опасно, — прервал лорд Бранборг его размышления о вкусовых качествах земляных орехов и достоинствах кухарок. — И тем более не стоит здесь ничего читать. В нечистых местах часто встречаются надписи, в которых скрыты заклятия, направленные против того, кто читает.
— Верно. Мне Служитель Герант то же самое говорил, — поддержал его Олф.
— Если это заклинание, то я кухарка, — ответил Гордог, которого надпись почему-то развеселила. — Давайте-ка лучше поищем следы этого пропащего эллора.
Все сразу же начали смотреть под ноги, и следы тут же обнаружились. Каменный пол был покрыт слоем пыли, и на ней сохранились отпечатки сапог по меньшей мере двух человек и какие-то странные следы с крохотным каблуком и неестественно заостренными носками. Отпечатков на полу было множество, следы покрупнее вели к еще одной двери и обратно, потом нашлось место, куда явно упало чье-то тело, которое дальше пошло на четвереньках, а после… Олф, который лучше других разбирался в следах, людских, звериных и прочих, даже рот открыл от удивления и лишь потом сказал:
— Они ушли в стену! Вот в эту. Все трое. Первым — тот щеголь в странной обувке.
Стена была самой обыкновенной — обычная каменная кладка в проеме между стеллажами, уставленными всякой всячиной, но, присмотревшись, лорд заметил начертанные на камнях странные знаки, которые начинали искриться золотыми искорками, стоило обратить на них внимание.
— Может, тут механизм какой-нибудь, — предположил Веллет, поднимая с пола какую-то странную шляпу с широкими изогнутыми полями.
Он приблизился к стене и начал ощупывать ее ладонью, и вдруг рука его по локоть провалилась в камень, он уперся левой ладонью в стену, надеясь оттолкнуться, но в итоге упал, и теперь по эту сторону торчали только ноги. Олф и Элл Гордог схватились за них и начали тянуть Веллета обратно, но стена не пожелала расстаться со своей добычей. Когда из камня остались торчать лишь пятки, пришлось его отпустить.
— У нас есть две возможности, — сказал лорд, когда прошло первое ошеломление. — Или последовать за ним, или прибегнуть к помощи тех, кто больше нашего смыслит в таких делах, — ведунов, Служителей, книжников…
— А можно одним последовать, а другим прибегнуть, — тут же предложил Олф. — Вот я, например, последую, а вы оба прибегнете.
— Я не прощу себе, если второй раз оставлю Веллета наедине с опасностью, — спокойно и решительно сказал Гордог. — Если до ночи мы не найдем оттуда выхода, отправляйтесь за подмогой.
Ни Бранборг, ни Олф не успели ничего сказать, как стена поглотила Хранителя Ворот…
Гордог едва сумел увернуться от здоровенного булыжника, которым Веллет со своей стороны колотил по стене, упорно не желавшей пропустить его обратно. Успехи его были невелики, и, судя по обилию каменной крошки, разбросанной вокруг, это был не первый булыжник, который Веллет сокрушил о неподатливую каменную кладку.
— Мой дорогой друг! — воскликнул Веллет. — Не стоило так рисковать. Я уже убедился в том, что выйти отсюда гораздо труднее, чем войти.
— Если есть вход, должен быть и выход, — обнадежил его Элл. — Тот, кто всё это придумал, наверняка ходил и туда, и обратно.
И тут где-то за углом послышался топот, а потом приглушенные крики и звон металла. Где-то неподалеку явно происходила стычка, и оба эллора прислушались, стараясь определить где. Шум постепенно приближался, начали доноситься обрывки фраз: «…пригнись!..отродье поганое……не возьмешь!»
— Я думаю, что если там идет бой, значит, свои сражаются против чужих, — предположил Веллет.
— Совсем не обязательно — могли и чужие что-нибудь не поделить.
— Но всё равно…
— Да — всё равно.
И, больше не говоря ни слова, они побежали в темный тоннель, из которого и доносились звуки. Несколько раз они останавливались перед развилками каменного коридора, прислушиваясь, а потом мчались дальше. Гордог, бежавший впереди, вдруг притормозил у очередного изгиба лабиринта, осторожно глянул за угол и сделал Веллету предостерегающий знак. Он увидел спины нескольких меченосцев, наседавших на загнанных в тупик троих людей. В одном из них, который отбивался мечом от троих врагов, он узнал Фертина, здоровенный детина во вполне приличных доспехах, но почему-то без меча, швырял в мертвяков здоровенные булыжники, которые почему-то именно здесь валялись в больших количествах. Три меченосца уже валялись на полу — один разрубленный мечом пополам, и двое барахтались придавленные к полу камнями. А позади у самой стены стоял… Ос, тот самый парнишка, с которым он познакомился в Холм-Готе, приемный сын Служителя Геранта…
Они напали одновременно. Собственно, схватка кончилась, едва успев начаться. Меченосцы уже не были людьми, и поэтому все приличия, которые люди старались соблюдать, когда воевали между собой, здесь не имели никакого смысла. Три меченосца были за несколько мгновений изрублены на куски, а те двое, которые наседали на Фертина, попытались скрыться, но одного из них настиг камень, а второму бросился под ноги мальчишка. Правда, это едва не стоило ему жизни, но Гордог успел подставить свой клинок под серый меч мертвяка.
Когда последние обрубки меченосцев перестали шевелиться, появилась наконец возможность удивиться. Некоторое время они стояли в оцепенении друг напротив друга, а потом Ос узнал-таки Гордога. Он подошел к нему, но вместо того, чтобы выразить бурную радость, спросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
