Уитни помолчала, наблюдая, как на лице девушки восторг сменился страданием… а затем надеждой, пусть робкой и смутной. Вне себя от радости, Уитни тем не менее сочла своим долгом предупредить Шерри:
— К несчастью, мужчины в семье Уэстморлендов приходят в бешенство, если им причиняют неприятности без всяких на то оснований. Боюсь, Стивен давно в таком состоянии.
— В бешенстве? Уитни кивнула:
— К сожалению, да.
Она снова умолкла, выжидая момент, когда Шерри потребуется все ее мужество, чтобы попытаться исправить ошибку.
— Не сомневаюсь, — сказала она наконец. — Теперь все будет зависеть от вас. Попробуйте наладить с ним отношения. Но помните. В лучшем случае вы найдете в Стивене отчуждение и холодную враждебность. В худшем — он выплеснет на вас весь свой гнев.
— Понимаю.
— Он не желает иметь с вами ничего общего, даже слышать о вас не хочет.
— Он… ненавидит меня? — Голос ее дрогнул. Разумеется, ненавидит, и она сама в этом виновата.
— Да, конечно.
— Но он… вы думаете, не всегда ненавидел меня?
— Я думаю, он вас любил. Помните, я как-то сказала вам, что ни к одной женщине он не относился с такой нежностью. Он вами увлекся по-настоящему. Такого с ним еще не бывало.
Шеридан потупилась, даже не смея надеяться вновь разжечь в нем угасшее чувство. Однако надежда умирает последней. И, подняв глаза на Уитни, Шерри спросила:
— Что же мне делать?
— Снова завоевать его.
— Каким образом?
— Это как раз самый деликатный момент, — сказала Уитни, пряча улыбку при виде тревоги на лице девушки. — Конечно, он не имеет ни малейшего желания вас видеть. И, узнав, что вы здесь, не задумываясь уехал бы, если бы не торжество по случаю дня рождения Ноэля и не мысль о том, что внезапное исчезновение повредит его репутации.
— В таком случае я должна благодарить судьбу, что все так складывается.
— Дело не в судьбе. Вы не ошиблись, предположив, что весь этот праздник тщательно спланирован. Но никто не собирался вас унижать. Мы лишь хотели, чтобы вы со Стивеном встретились и имели достаточно времени объясниться. Поэтому я предложила леди Скефинггон, чтобы за детьми присмотрели две другие гувернантки, а вы во время праздника стали бы компаньонкой Джулианы. В этом случае вы смогли бы прогуливаться вокруг дома, кататься верхом, словом, быть на виду.
— Н-не знаю, как и благодарить вас.
— Это ни к чему, — с нервным смешком ответила Уитни. И, чтобы девушка не растерялась при встрече со Стивеном, от которого можно было ждать чего угодно, рассказала ей одну семейную тайну.
— Несколько лет назад отец, не спросив моего согласия, пообещал Клейтону выдать меня за него замуж. А я в то время, совсем еще молодая и глупая, без памяти влюбилась в одного местного парня, решила до конца дней хранить ему верность и намеренно совершила поступок, из-за которого Клейтон отказался на мне жениться. Но тут я поняла, что от моей безумной страсти и следа не осталось. А Клейтон даже раскланиваться со мной перестал.
— Но, насколько я понимаю, он в конце концов передумал.
— Не совсем так, — покраснела Уитни. — Это я передумала. Он уже собирался жениться на другой, но я… приехала в Клеймор и постаралась отговорить его от этой женитьбы. В дело вмешался Стивен и убедил меня остаться здесь. Вот я и затеяла этот праздник, надеясь, что мой план сработает, как это было у нас с Клейтоном.
— И он вас сразу простил, как только увидел? Герцогиня звонко рассмеялась и покачала головой:
— Он даже смотреть на меня не хотел. Ни разу в жизни я не испытывала такого унижения, как в ту ночь. Зато потом, когда победила — то есть когда оба мы победили, — я забыла об унижении. Потому что он принадлежал мне.
— Вы хотите сказать, что со мной может случиться то же самое?
— Думаю, да.
— Спасибо за доверие. Как бы то ни было, приятно сознавать, что женщина допустила ужасную оплошность и сама же исправила положение.
— Я ни за что не доверилась бы вам, — мягко возразила герцогиня, — лишь для того, чтобы вызвать ваше сочувствие. У меня причина более серьезная.
— Понимаю.
Подумав, Шеридан выпрямилась и, слегка улыбнувшись, решительно спросила:
— Что я должна делать?
— Прежде всего постараться, чтобы он вас увидел. И забыть об условностях.
— Забыть об условностях?
— Совершенно верно. Сделать так, чтобы он не устоял перед вашими чарами. Снова завоевать его. Ведь после случившегося он вряд ли захочет с вами общаться.
Охваченная страхом, надеждой, сомнениями, Шеридан кивнула, пытаясь унять гулко бившееся сердце. Наконец она повернулась к женщинам, с которыми поступила так бестактно, однако прочла в их глазах симпатию и понимание.
— Я проявила непростительную грубость, — начала она, обратившись к старой герцогине и мисс Чарити, но мать Стивена жестом остановила ее.
— В создавшейся ситуации, моя дорогая, — сказала она, — я, пожалуй, поступила бы так же.
— Ради всего святого простите меня… — И Шерри обеими руками крепко пожала руку герцогине.
Тут поднялась Виктория Филдинг, обняла Шеридан и, смеясь, сказала:
— Мы собрались здесь, чтобы поддержать вас. Поверьте, это вам не помешает, когда появится Стивен.
— Не пугайте ее, — вступила в разговор Александра Таунсенд, тоже смеясь и пожимая руку Шерри. И, поежившись, будто ей страшно, сказала:
— Оставим это Стивену.
Улыбка сбежала с лица Шерри, и она спросила:
— А ваши мужья в курсе того, что вы задумали? Женщины словно по команде кивнули, и Шерри была глубоко тронута тем, что даже мужчины ей сочувствуют.
Перед девушкой стояла трудная задача. Она почти не сомневалась в том, что Стивен любил ее, иначе не прождал бы целый день и, как только она сбежала, отпустил бы викария. При мысли об этом у Шеридан разрывалось сердце, но никогда еще она не чувствовала себя такой счастливой.
Глава 50
Вслед за Шеридан гостиную покинули Александра и Виктория, там остались женщины, которые, часом позже заслышав шум подъезжавшей кареты, как ни старались, не смогли сдержать охватившее их волнение.
— Должно быть, это Стивен, — сказала старая герцогиня, поставив дорогую чашку из севрского фарфора так, что она со звоном опрокинулась на изящное блюдце. Большинство гостей, включая и Скефингтонов, уже прибыли, а Стивена все не было и не было: то ли задержался, то ли вообще не смог или не захотел приехать. — Если он не ранен и на него не напали разбойники с большой дороги, — раздраженно продолжала старая герцогиня, — надо бы задать ему хорошую трепку! Просто нервы не выдерживают. Слишком я стара, чтобы испытывать мое терпение.
Не в силах ждать, пока дворецкий доложит о вновь прибывшем, Уитни поспешила к окну.
