порезвиться в Сочи, именно в это же время там убивают Глеба Данилина – последнего из главных акционеров вашего фонда. И мне очень хочется проверить, Мариэтта Ароновна, ваше с Додоновым алиби на это время. Так кто может подтвердить, что вы были в шестнадцать ноль-ноль в воскресенье у себя в номере, или на пляже, или, скажем, в ресторане? Неважно где – важно, кто вас там видел и кто может это подтвердить.
– А у вас есть ответ на вопрос: какой нам с Ильей Андреевичем смысл убивать Глеба Данилина? – снова ответила вопросом на вопрос Пашиян и с вызовом посмотрела на Крячко.
– Выгода всегда есть, когда имеешь дело с деньгами, – спокойно выдержал ее взгляд Станислав. – Ведь выгодно же было Додонову жить с Галиной Данилиной? Да и вам тоже сейчас выгодно жить с Ильей Андреевичем. Не так ли? А уж как выгодно вам обоим прибрать к рукам все активы фонда, я уже и говорить не буду.
– Да, я живу с Додоновым из-за денег, – согласилась Мариэтта и облизнула красивые полноватые губы, накрашенные яркой помадой. – Но ведь это законом не запрещено?
– Законом запрещено красть деньги из фонда, которые люди отдают для больных детей, – нахмурился Крячко. Он уже начинал терять терпение. Не нравилась ему эта ушлая дамочка, но ведь и каких-либо доказательств у него ни против нее, ни против Додонова не было. А на одних антипатиях дело не возбудишь.
– У вас есть доказательства? – по-змеиному улыбнулась Мариэтта, словно бы прочитав его мысли.
– Пока нет. – Крячко встал, поняв всю бесполезность дальнейшего разговора с Пашиян. – Но я так думаю, что в ближайшее время вам придется очень поволноваться, чтобы ответить на некоторые вопросы аудиторской проверки. А насчет того, где и как вы с Додоновым проводили время в Сочи, мы обязательно установим. Всего доброго. – Крячко встал и направился к выходу.
– Ну-ну, – услышал он за спиной голос Пашиян. – Потрясти чужим бельишком – это как раз работа для уголовного розыска.
«Вот ведь чертова баба, – зло подумал Крячко. – Что за женщины нынче пошли – ни стыда, ни совести! Хорошо, что у меня Наталья не такая».
На поиски родителей одноклассницы Перцева Станислав отправился сразу после разговора с Мариэттой Пашиян. Поиски нужной квартиры не заняли у него много времени. Но Перцев все-таки ошибся. Он назвал Станиславу неправильный номер квартиры, а те жильцы, которые жили в двести двенадцатой, конечно же, не знали никаких Залесских. Соседи в современных многоэтажках хорошо если знают друг друга визуально, но вот по фамилиям – редко. Пришлось Станиславу звонить подряд всем соседям и спрашивать, не знает ли кто, где может жить семья с такой фамилией. Как оказалось, Залесские жили в двести четырнадцатой, а не в двести двенадцатой квартире.
– Да здесь живут, – ответила на вопрос Крячко, не здесь ли живут Залесские, стройная женщина средних лет, одетая в строгий костюм.
По всей видимости, она только недавно вернулась с работы и даже не успела переодеться. Женщина внимательно и настороженно оглядела Станислава с ног до головы, а потом сказала:
– Если вы что-то продаете, то нам ничего не нужно.
– Нет, – отчего-то смутился Крячко. – Я ничего не продаю. Неужели я похож на того, кто что-то продает?
– Мало ли, – пожала плечами женщина и выжидательно посмотрела на оперативника.
– Старший оперуполномоченный уголовного розыска полковник Крячко, – представился Станислав и показал женщине удостоверение.
Та удивилась, но пригласила его войти в квартиру.
– Спасибо, но входить я не буду, – отказался Станислав. – У меня к вам только один вопрос. Скажите, у вас есть в Краснодаре родственники по фамилии Тихомировы?
– Нет, – решительно ответила женщина и покачала головой. – Ни у меня, ни у мужа родственников ни в Краснодаре, ни в Краснодарском крае нет.
– Это точно?
– Да уж куда точнее, – усмехнулась Залесская. – Старшая дочь у нас живет в Питере, а сын еще учится в седьмом классе. У меня только сестра и мама, которые также живут в Москве, а у мужа вся его многочисленная родня – в Тамбове и Перми. В любом случае знакомых Тихомировых у нас нет.
– Что ж, тогда к вам вопросов у меня тоже больше нет, – развел руками Станислав. – Извините, что побеспокоил, всего доброго.
– Ничего страшного, – улыбнулась Залесская и закрыла двери.
– Дела… – задумчиво протянул Крячко и начал спускаться по лестнице, совсем забыв о таком полезном изобретении, как лифт.
Глава 21
Одним глазом Лев Иванович Гуров смотрел видеосъемки со свадьбы Данилиных, а другим исподтишка наблюдал за молодой вдовой. Лицо у Арины оставалось бесстрастным на протяжении всего времени, что она комментировала происходящее на экране, и Льву Ивановичу казалось это удивительным и неестественным. Он не понимал, как молодая женщина, которая только два дня назад потеряла любимого, причем в самый разгар свадьбы, могла быть столь спокойной и малоэмоциональной.
«Возможно, это стресс, – думал он. – Бывает ведь и так, что в горе душа человека как бы застывает и даже для слез не находится выхода, не говоря уже об эмоциях. А может, она просто сама по себе просто очень сильная и стойкая особа. Все-таки заниматься стрелковым спортом могут не все девушки, а уж стать чемпионками России в молодом возрасте – здесь точно нужно иметь большое самообладание и умение сконцентрироваться на достижении цели. Впрочем, точно такие же качества можно приписать и профессиональному убийце».
– Смотрите, вот она. – Арина нажала на «паузу», и экран замер. – Это и есть та самая Полина, – с усмешкой сказала она и указала на девушку в легком брючном костюме и с букетиком фиалок, которая шла по проходу между стульями с сидевшими на них приглашенными на церемонию регистрации.
– Ну-ка, ну-ка, – нагнулся ближе к экрану Лев Иванович, пытаясь получше рассмотреть девушку, но картинка была не слишком четкая, и он махнул рукой. – Ладно, сейчас я запишу время, обозначенное на счетчике, и мы потом со специалистом рассмотрим нашу красавицу поближе.
При слове «красавица» Арина фыркнула и отвернулась. Но потом снова повернулась, включила «воспроизведение», и они с Гуровым еще полчаса смотрели видеозапись.
– Что ж, Арина Витальевна, вы мне очень помогли, – поблагодарил Данилину Лев Иванович и, получив из ее рук обратно флешку, собрался уходить. – Вы сегодня уже улетаете. – Он на мгновение задержал ее руку в своей. – Но наверняка мы с вами еще увидимся. Возможно, в Москве. Какие у вас планы? Куда собираетесь после похорон? К родителям?
– Да, заеду в Красногорск, проведаю маму. Но как долго там пробуду – не знаю. В любом случае у вас есть мой телефон. Вернее, у майора Примакова, – поправилась она.
– Ну, я пока еще поброжу по территории, – сообщил Гуров и, развернувшись, пошел к выходу, но у дверей резко повернулся, почувствовав
