наследникам или доверенным лицам хорошие и стабильные доходы на долгие годы вперед" - Ламонту нравился этот тонистический стиль с шикарными клиентами. Но, выдвинув свою идею, он отступил и сделал вид, что беспристрастно предлагает ее на рассмотрение Форда. Через несколько недель Форд сердечно подтвердил письма, выразил заинтересованность, но оставил дело без внимания. Это был благородный провал, в итоге показавший лишь бесстрашие амбиций Ламонта и его редкую способность манипулировать словами.
После того как предложение Форда было отклонено, Дом Морганов продолжал искать возможности в автомобильной сфере. Наконец появилась такая возможность благодаря связям Моргана с дю Понтами, чей бизнес по производству взрывчатых веществ и химикатов был выгоден экспортному отделу Моргана. После войны у дю Понтов появились деньги и крупные заводы по производству красок, лаков и искусственной кожи. Они увидели потенциальный рынок для этой продукции в автомобилях и стали накапливать акции General Motors, пока в 1919 г. не стали владельцами 23-процентного пакета. Они занимали все места в финансовом комитете GM, кроме одного - места основателя компании Уильяма Крапо Дюранта.
Красивый, спортивный мужчина с ослепительной улыбкой и склонностью к изобретательству, Дюрант начинал как богатый производитель колясок. В сентябре 1908 г., получив отказ от Джорджа Перкинса, он сам профинансировал создание новой компании General Motors, объединив автомобильные предприятия Рэнсома Олдса и Дэвида Бьюика, а затем приобретя Cadillac. В отличие от Генри Форда, штамповавшего бесконечные модели "Т", Дюрант выступал за диверсификацию модельного ряда. Он был убедительным и обаятельным человеком - "мог уговорить птицу прямо с дерева", - сказал однажды Уолтер Крайслер, - но при этом катастрофическим менеджером, импульсивным и непостоянным. Этот сын неудачливого банковского клерка был также заядлым биржевым игроком, специализировавшимся на акциях GM. По словам Ламонта, он швырялся миллионами, как бильярдными шарами.
В 1920 г. банк J. P. Morgan and Company выступил спонсором размещения акций на сумму 64 млн. долл. для финансирования расширения компании General Motors. Чтобы угодить дю Понам, банк оставил себе значительный пакет, а остальные акции передал в частные руки. Затем Бен Стронг из ФРС Нью-Йорка организовал рецессию 1920 года. Генри Форд снизил цены на автомобили, и непроданные автомобили GM скопились в дилерских центрах. Когда акции GM резко упали, андеррайтеры, включая Дом Моргана, дю Понов и самого Дюрана, столкнулись с огромными потерями от непроданных акций. Дюрант также сформировал пул для поддержки GM - фондовый синдикат, который держался в секрете от дю Понтов и Дж.П. Моргана.
Хладнокровный, как флиртующий артист, Дюрант сделал вид, что спокойно воспринял катастрофу. Он не перестал посещать оперу и изображал беспечность. Между тем ему грозило разорение, поскольку он использовал свой огромный пакет акций GM в качестве залога по кредитам. Если бы ему пришлось продать акции, чтобы расплатиться с кредиторами, он не только обрушил бы курс акций, но и вызвал бы панику на бирже и подорвал бы кредит GM. Еще хуже то, что он свободно предоставлял акции GM в качестве залога по чужим займам. Если бы он разорился, то одновременно разорил бы и многих других.
Если дю Понт доверял Дюранту, то Дуайт Морроу и другие партнеры Morgan относились к нему с подозрением. Когда акции GM упали ниже отметки 20, Дюрант продолжал пытаться сдержать прилив сил, скупая акции на марже. Он продолжал отрицать наличие проблем. По мере того как акции опускались до 12, его убытки неуклонно росли. К вечеру 18 ноября 1920 г. Дюранту потребовалось около 1 млн. долл. для удовлетворения маржинальных требований до открытия рынка на следующее утро. Как и Генри Форд, Дюрант презирал банкиров, считая их самодовольными людьми с туннельным зрением, которые грабят изобретения более оригинальных умов. Теперь ему предстояло позвонить в дом Моргана и спросить, купят ли они его акции GM по цене 12 долл. за штуку на момент закрытия рынка. Пьер дю Пон и партнеры Моргана, считавшие Дюранта некомпетентным, опасались обвала рынка, если он не будет спасен.
Когда Дуайт Морроу, Джордж Уитни и Том Кокран пришли в офис Дюранта на Пятьдесят седьмой улице, они увидели сцену из мелодрамы. Долги Дюранта достигли невероятной суммы в 38 млн. долларов, а его прихожая была переполнена кредиторами, требовавшими возврата долга. Партнеры Моргана предвидели возможность повторения паники 1907 года, когда дефолты Дюранта привели к закрытию целого ряда брокеров. В ходе лихорадочной, продолжавшейся всю ночь спасательной операции люди Моргана выкупили акции Дюранта по цене 9,50 долл. за штуку - со значительной скидкой от цены закрытия. Дю Понты внесли 7 млн. долларов, а Дом Морганов собрал еще 20 млн. долларов, чтобы спасти Дюрант от маржинальных требований. К рассвету была создана новая компания, купившая акции Дюранта. Доля Дюрана в новой компании составляла всего 40%, дю Поны владели 40%, а банкиры, возглавляемые Морганом, взяли 20% в качестве комиссионных. Пьер дю Пон был готов к снисходительному отношению к Дюранту, но безжалостные партнеры Моргана настояли на его уходе из GM. В одночасье дю Поны и J.P. Morgan and Company похитили промышленную империю. Через две недели Пьер дю Пон вышел из отставки и стал президентом General Motors, который занимал эту должность до тех пор, пока через три года его не сменил Альфред П. Слоун-младший.
Это был двойной переворот в истории Morgan, поскольку он подтвердил отношения банка с General Motors и завоевал лояльность дю Понов. Как писал Пьер дю Пон своему брату Иренею, "на протяжении всей сделки партнеры Morgan проявляли себя с самой лучшей стороны. Они с головой окунулись в ситуацию, с самого начала заявив, что не требуют никакой компенсации. Они действовали с поразительной быстротой и успехом: всю сделку на сумму 60 млн. долл. или более они спланировали и практически завершили менее чем за 4 дня".
А как насчет Уильяма Крапо Дюранта? Непримиримый поршень, он потерял половину своего состояния во время краха 1929 года. В более поздние годы он управлял боулингом во Флинте, штат Мичиган. Бедный и почти забытый, он умер в Нью-Йорке в 1947 году.
В 1920-х годах Америка, богатая наличными деньгами, начала активно покупать иностранные облигации - новый опыт для страны, которая долгое время полагалась на европейские рынки капитала для финансирования собственного развития. Увлечение инвестициями началось с того, что Казначейство продавало облигации Свободы и Победы номиналом до 50 долларов, завлекая публику, только начинавшую покупать облигации. После войны привычка инвестировать сохранилась. Если раньше американцы вкладывали свои деньги в сберегательные кассы, страховые полисы и старые матрасы, то теперь они массово покупали облигации. Брокерские конторы
