— Вы… — начал он осторожно, не зная, как обращаться к обычному на вид шахматному вундеркинду, — ученик профессора Громова?
— Да, это мой ученик, — ответил из зала Гель Иванович Громов.
А Электроник уточнил:
— Машина нового поколения.
Болельщики сидели так тихо, словно в зале не было ни единого человека. Только резвый ветер осмелился шелестеть шторами и ошалело кричали на улице какие-то птицы. Некоторым впечатлительным болельщикам казалось, что они слышат, как за окном лопаются на ветках почки.
На электронном табло рядом с фамилиями всемирно известных шахматистов вспыхнуло:
«ЭЛЕКТРОНИК».
Десять больших букв.
Надо было осмыслить, что значило это необычное имя в тысячелетней истории шахмат и как понимать теперь рекордный счет — 5.1/2:1/2 в пользу машины!
— Как вы оцениваете свою победу? — спросил в тишине нетерпеливый болельщик.
Электроник просиял, не скрывая своей радости, и его улыбка понравилась всем.
— Я словно стал другим, — звонко сказал Электроник. — Это большое удовольствие — мыслить по-человечески и знать, что ты мыслишь.
— Электроник, ты вывел формулу гениальности? — крикнул из зала Макар Гусев.
— Я понял, что точной формулы не существует, — признался с улыбкой Электроник. — Но есть основные законы творчества. Тот, кто выполняет их, может одержать победу.
— Какие законы? — раздалось в разных концах зала.
— Трудолюбие! Увлеченность! Знания! Смелость! Дерзость! Минус зазнайство! Все понятия со знаком плюса или умножения… Кроме одного минуса! — Голос Электроника звенел. — Теперь я знаю это точно!..
Обыкновенные гении из восьмого «Б» переглянулись. Злосчастный минус заставил некоторых из них покраснеть. Электроник отметил про себя гибкость формулы: минус может превращаться в плюс — плюс скромность!
— Я многому научился сегодня, — подытожил Электроник.
И снова все вспомнили, кто такой победитель.
— Матч века! — провозгласил главный судья.
А опытный гроссмейстер поправил:
— Возможно, и тысячелетия…
Волны движения и звуков снова захватили зал. Наиболее сообразительные болельщики бросились к сцене за автографами. Ребята из восьмого «Б» кричали «ура». Компьютеры запустили на всю мощь свои микрофоны.
К Электронику нельзя было пробиться, его окружили плотным кольцом. Победитель с улыбкой раздавал автографы, но при этом почему-то странно гудел. В общем шуме речь победителя не выделялась, зато каждый из друзей Электроника отчетливо слышал его голос. Электроник включил свой радиотелефон и говорил сразу со всем восьмым "Б":
— Макар, твои опыты с камерой силы подсказали мне, как сосредоточить силу воли…
— Профессор, я слышал твою музыку по радио, она вдохновляла меня…
— Сергей, теперь я знаю, как закончить проект "Космический корабль «Земля»…
И взрослые отчетливо услышали голос Электроника, звучавший на далекой от них сцене, каждый — именно те слова, которые ему предназначались. Пианист Турин — о прекрасной и нужной людям музыке, ученый Крымов — о близкой разгадке антигравитации, а Таратар — о том, что он лучший в мире математик.
Но самые главные слова Электроник сказал профессору Громову:
— Я изучил ошибки и победы всех великих людей прошлого, но только живые люди, такие, как вы, помогли мне преодолеть трудности. Теперь я знаю, что значит слово Учитель!
Голос Электроника внезапно оборвался. Прекратилось жужжание компьютеров. Чуткие шахматные болельщики насторожились, стихли.
Электроник замер, напряженно вытянулся, словно прислушивался к чему-то очень далекому. Из зала он казался очень строгим. Пожалуй, никогда он не был так похож на робота.
— Внимание! — отрывисто произнес Электроник. — У кого есть экраны, немедленно включите! Это важно… Говорит Юпитер!
По залу со свистом, грохотом и сверканием будто пронесся космический ветер. Компьютеры, державшие связь с Юпитером, показывали на экранах цветные волны. Потом проплыло какое-то дымчатое, отливающее металлическим блеском тело. И вдруг на всех экранах засветилась диковинная и веселая собачья морда!
— Смотрите, наш Рэсси! — крикнул Сергей Сыроежкин. — Вот он!
— Что это?… Какой Рэсси?… Почему там собака? — послышались голоса болельщиков, а восьмиклассники принялись шумно объяснять.
Рэсси, не мигая, глядел на людей. Глаза его горели, каждый волосок светился, пасть была открыта.
— С Юпитера сообщают, — раздался усиленный микрофонами голос Электроника, — что Рэсси принимает информацию от кита Юпитера… Кит является первой известной нам искусственной системой на этой планете… Академика Крымова и профессора Громова срочно разыскивает Центр космической связи-
Ученые направились к выходу. Их обгоняли, обмениваясь быстрыми репликами, спешащие компьютеры.
— Хотел бы я знать, — задумчиво произнес Громов, — сколько миллионов лет этот кит молчал и почему он заговорил?…
Он вспомнил, что Электроник держал связь с Рэсси.
Возможно, Рэсси и обучался новым способам переработки информации. А может, именно блестящая победа электронной машины пробудила кита Юпитера?
В эти минуты с Юпитера шла важная для людей информация. Для людей с космического корабля «Земля».
Вместе с восьмым «Б» — Сыроежкиным, Гусевым, Смирновым — возвращался Электроник. В меховой шапке, сдвинутой набекрень, он казался обыкновенным мальчишкой. Размахивая руками, разговаривал, слушал Рэсси, осмысливал ответы.
— Вы не представляете, как много значите для меня, — говорил Электроник ребятам. — Когда я готовился к матчу, то вспоминал наш класс. Завтра продолжим работу над нашим проектом. Так, Семен Николаевич?
— Так. — Таратар улыбнулся, представив на мгновение новые опыты своих гениев. — Точнее, начнем сначала?
— Начнем, — уверенно повторил Электроник.
Десятки вопросов посыпались на него. Никто не мог ждать ни минуты. Ребята понимали, как важен для будущего человечества этот обыкновенный апрельский день, в который родился Победитель невозможного.
Апрель сверкал.
Апрель бросил на просторный аквамариновый холст солнце, облака, снег с дождем.
С края этого холста лениво наползала лилово-черная туча. Казалось, отдерни за край тучу — и увидишь ночь, звездный космос, далекий Юпитер, а на нем — Рэсси.
Пронзив тучу, сверкала серебряная игла мачты, которая принимала сигналы из космоса.
Кто— то из прохожих включил транзистор, и аллею заполнила музыка. Без слов было ясно, что говорят звуки рояля: «Электроник нужен всем!»
Электроник взглянул смущенно на друзей:
— Спасибо вам, Победители невозможного!
ЧТО ДАЛЬШЕ?
Неужели забудутся эти истории? Нет, не забудутся!
Вон стоит в просторном дворе на Липовой аллее белая школа. Если мы заглянем сюда через много-много лет и попадем на урок математики, то увидим Электроника. Он все такой же, ничуть не изменился. Все эти годы он не только учил ребят вместе с Таратаром, но учился сам. Помощнику учителя никак нельзя отставать от времени!
А если мы придем в школу юных кибернетиков после уроков, то застанем Электроника во дворе в окружении мальчишек и девчонок. Они любят посмеяться и часами слушают Электроника. И тот — в который раз! — вспоминает, как встретился с первым другом, удивительно похожим на него, с Сергеем Сыроежкиным.
Электроник не забывает уточнить время действия:
— Это было еще до того, как был заселен Марс, Луна стала электростанцией Земли, а машина обыграла в шахматы чемпиона мира.
— Это вы победили в конце концов чемпиона? — спрашивают ребята, хотя и знают, что именно Электроника называют Победителем невозможного.
Электроник рассказывает, как открыл он главные для машины законы.
… Ночью в школе светится одно окно: это Электроник в кабинете математики листает том за томом всю ночь напролет. И ему очень завидуют те, у кого под подушкой лежат книги, прерванные на самой интересной странице.
… Проходит месяц за месяцем, год за годом… Все больше становится друзей у Электроника.
И в рассказах о его приключениях никогда не понадобится слово
КОНЕЦ
НОВЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЭЛЕКТРОНИКА
Электроники, Сыроежкины и другие
Шли последние кадры телефильма «Приключения Электроника». Серебряный мальчик и собака медленно направились к школе. К стеклянно-торжественному зданию, стоящему на зеленом поле среди жилых домов.
«Приехал!» — крикнул с экрана телевизора никогда не дремлющий рыжий мальчишка Чижиков. И его сразу услышали на всех этажах. Пустая как будто школа неожиданно ожила, засверкала распахнутыми окнами, загудела привычным многоголосьем, загремела топотом спешащих ног. Из дверей хлынули потоки ребят. Они струились со всех сторон к смущенно остановившимся, вернувшимся в свою родную школу путешественникам. «Приехал! Приехал! Приехал!» — летели в самую вышину неба звонкие голоса, пронзая облака, убыстряя полет голубей, а потом, подхваченные весенним ветром, неслись все дальше и дальше над городом: «Прие-ха-а-ал!»
