Читаем без скачивания Кошачьи врата : Преданья колдовского мира. Кошачьи врата - Андрэ Нортон

— Серый. Спрячь свой камень! У них глаза, которые видят во тьме, — она и сама спрятала собственный камень, приоткрыв платье на шее и опустив туда сверкающий комок. Келси последовала её примеру и чуть не закричала. Камень был горячим, она словно прижала к обнажённой коже груди раскалённый уголь.

Казалось, Виттл считала, что это единственная необходимая предосторожность, потому что снова двинулась вперёд. Келси, по-прежнему повинуясь принуждению, следовала за ней.

Так они добрались до ручья, который прорывался сквозь горы навстречу реке Долины, здесь колдунья подобрала полы своего длинного платья, так что худые белые ноги обнажились до колен, и знаком велела Келси сбросить мягкие полусапожки, в то время как сама она сняла сандалии.

Сняв обувь, колдунья вошла в мелкую воду и уверенно пошла вперёд, Келси как привязанная шагала за ней. Может, чтобы окончательно утвердить своё превосходство, Виттл прошептала:

— Бегущая вода враждебна Тьме. Пока можно, лучше держаться её.

Стараясь говорить немного, Келси собралась с силами и спросила:

— Куда мы идём?

Правда, девушка шла за ней вопреки своей воле, но, может, с помощью камня ей удастся освободиться от принуждения. А пока не нужно раздражать колдунью.

— Куда нас ведёт… — последовал неутешительный ответ. — Как ты знаешь… нет, — тут же поправилась она.

— Ты одна из нас и в то же время нет… и, может, вместе с камнем тебе не дано знание. Мы ищем источник древней силы — ‘тот, что сформировал в самом начале наш союз сестёр; он снова должен собрать нас, чтобы мы смогли соединиться и воспрянуть. Мы знаем только, что он на востоке. Сестра Мэйкизи искала его…

— И она теперь мертва! — холод страха боролся с теплом камня. — Но была ли у вас надежда добраться?..

— Она шла с охраной, ехала открыто, хотя предупреждение было ясное. Но она не захотела прислушаться к словам жителей Долины… — Виттл снова заговорила резко и холодно. — Этот поиск нельзя совершить силой, с помощью неуклюжих мужчин. Она ошиблась и заплатила за это. Мы будем искать ночами, и это… — она прикрыла рукой тусклое сияние, пробивающееся сквозь одежду, — это станет нашим проводником. Потому что свои камни в древности мы принесли из этой земли, и их влечёт туда, где они получили свою жизнь. В этом мы уверены. Внимательно наблюдая, как они разгораются и тускнеют, мы найдём путь.

— А что, если источник, который вы ищете, во власти Тьмы? — Келси смочила кончиком языка губы.

— Он может быть осаждён Тьмой, — согласилась Виттл, — но не взят, иначе наши камни умерли бы. Свет и Тьма не могут совмещаться.

— Но ведь тени и лунный свет совмещаются, — Келси пыталась найти подходящие слова для своих возражений.

— Луна полная, и в ней мы можем найти подкрепление. А вот когда она начнет увядать, — колдунья заколебалась, — тогда нужно быть осторожнее.

Ясно было, что она очень уверена в себе, и Кейси, хоть и очень опасавшаяся, всё же слегка успокоилась, узнав, что они будут двигаться по ночам и использовать ручей как указатель пути. Когда на горизонте появились первые признаки рассвета, колдунья указала вперёд, где в ручей вдавалась песчаная отмель. С трёх сторон она была окружена водой, и течение здесь было очень быстрое. А с четвёртой стороны песчаная коса соединялась с сушей узкой перемычкой, на которой лежало много плавника: недавняя буря принесла сюда множество ветвей и деревьев.

Колдунья вброд зашагала на этот перешеек, и Келси последовала за ней, хотя старалась идти по гравию и песку. Оказавшись на отмели, Виттл сбросила мешок, Келси тут же последовала её примеру, чувствуя, как болят от напряжения плечи. Но если она устала от ночного перехода, Виттл, казалось, этого не чувствовала. Она уже подошла к плавнику и начала строить баррикаду в самом узком месте соединения с берегом. Келси не думала, чтобы такая преграда могла их спасти. Но так как колдунья считала это важным, девушка тоже принялась за работу.

Только когда баррикада достигла высоты им по грудь, колдунья удовлетворилась и вернулась к своему мешку, развязала его и достала что-то завёрнутое в увядшие листья. Женщина сняла листья, и Келси увидела, что та держит в руках лепёшку из какого-то тёмного теста. Виттл стала отламывать небольшие кусочки лепешки и жевать их.

— Ешь, — сказала она с набитым ртом и указала на мешок Келси. Девушка нашла в нём такую же лепёшку и осторожно откусила. На вид не очень привлекательно, но вкус неплохой; Келси села и стала запивать еду водой из ручья.

Однако здесь, на открытой песчаной отмели, хотя и за изгородью из ветвей, она не чувствовала себя в безопасности. И когда колдунья улеглась, подложив под голову мешок, и собралась уснуть, Келси удивилась её беззаботности. Неужели она полностью уверена в их безопасности?

— Верь своему камню, девочка, — глаза Виттл оставались закрытыми, но она словно читала мысли Келси. — Тьма охотится по ночам…

— Тогда почему мы?.. — удивлённо начала было Келси.

— Тоже идём в темноте? — закончила за неё Виттл. — Потому что в полнолуние мы можем надеяться скорее отыскать тропу. Там, где собирается Тьма, и мы можем найти то, что ищем.

Виттл могла быть уверена в себе и своих методах поиска, но Келси с ней не соглашалась. Колдунья уже ровно дышала во сне, а девушка продолжала сидеть, глядя по сторонам с настороженностью, которая стала здесь частью её существования.

Ручей протекал по равнине и углублялся в холмы, которые они преодолели ночью. Видны были какие-то движущиеся крупные туши на востоке; Келси решила, что это пасутся животные. Небо было ясное, ни следа облаков, время от времени по нему неторопливо пролетала крупная птица.

В ручье тоже кипела жизнь. Время от времени поверхность воды разрывала рыба в погоне за просвечивающими крылатыми насекомыми, заполнившими воздух в нескольких дюймах над рекой; они были заняты каким-то сложным воздушным танцем. На берег выползло существо, похожее на ящерицу, длиной с руку до локтя, оно не обратило никакого внимания на двоих уже занявших эту территорию, свернулось головой к воде и, по-видимому, уснуло на быстро теплеющем песке.

Равнина уходила далеко на восток, но за ней видны были неправильные линии холмов или гор, тут и там росли небольшие рощи деревьев, словно сознательно посаженных. В полумиле виднелись каменные руины; Келси решила, что это развалины очень древнего здания; его очертания теперь определить было почти невозможно. Высокая трава на лугах уже начинала вянуть под жарким солнцем, время от времени она шевелилась, но не от ветра (утренний бриз стих, и теперь воздух стал совершенно неподвижен). Эти качающиеся ветви и листья обозначали движение каких-то небольших животных.