Прости меня, мой мальчик. Ты мне близок и дорог, но всё равно отвечу отказом. Помочь новому ХРАНИТЕЛЮ, если таков будет, помогу, но не более.
— Расстроил ты меня, деда. Надеялся, если честно.
— Если возник такой вопрос — есть у меня ученик двадцати годов. Умный и спокойный. Теорию я дал, и он знает не менее моего, а вот практики… Он лес и зверей чувствует, понимает, а вот «разговоривать» пока не может. ШАГ сделал и остановился. Ему инициация нужна. А главное — у него равновесия нет, а ты, Олег, сам знаешь, что ХРАНИТЕЛЕМ без этого не стать. Парень сейчас как Чапай из фильма — шашку наголо и вперёд, крушить врагов, да я и не просто так говорю — имеет уже на счету три твари. Сам пострадал, но их одолел без моей помощи. И не подставные те были, а случайно забредшие к нам, так что вот тебе задача — устроить такое, что б у моего ученика все мозги в кучку собрались. А парень он хороший. Не подведёт.
— Деда, ты садист. У меня самого мозги в раскоряку. Не знаю, за что хвататься в первую очередь. Надо самому прийти в норму, Катю загрузить самым необходимым, да и других дел полно. А ты мне ученика своего подсовываешь Спасибочки тебе за такой «подарок». Не знаю, помогу тебе или нет, но твою просьбу положу на «полочку».
— Спасибо, сынок. Поверь, плохого я тебе не предложил бы.
— Верю, деда. Плохие люди от тебя сами бегут сломя голову. Не уговорил ты меня, но подумаю.
— Ну ладно тогда, пойду малыша. Ему тоскливо одному. Составлю компанию.
— Давай, деда. Удачи тебе.
- -
Закончив разговор, Олег вытянулся в спальнике, расслабился, и мысли в его голове опять заметались со стороны в сторону.
— Подкинл дед задачку, как буд-то своих мало…. Инициацию ему подавай для ученика.
Белый закрыл глаза, а мысли сами собой вернули к той, первой инициации, которую пришлось ему пройти самому.
- -
Ему было двадцать три года, когда он после ВУЗа, отслужив в армии срочную, демобилизовался и, вернувшись в город, только-только начал снова привыкать кгражданской жизни. Сложилось так, что в конце службы его и ещё двух сослуживцев с высшим образованием, отправили под Нижний Новгород на курсы офицеров запаса. Там он и познакомился с будущими товарищами из Питера, которые так же, как и он, закончили высшие учебные заведения, где не было военных кафедр. Эти полтора месяца курсов для него стали самыми смешными и забавными за всю службу. Совсем немного военной практики, а потом весь их курс разделили на бригады и отправили занимать всем, кроме самой военной службы. Так потом они, четверо товарищей, и вернулись домой, а через пару месяцев, созвонившись, решили встретиться где-нибудь на природе. Отдохнуть, рыбки половить, грибов пособирать, ну и… «расслабиться».
- -
Олег не напивался никогда. Нет, выпить он мог, но потом становился грустным и или уходил тихо из компании, если была возможность сделать это незаметно, или тихо забивался в какой-нибудь угол и наблюдал за другими.
- -
В эту поездку к ним, четверым, присоединилась пара девушек и, уже шестером, поехали на залив Вуоксы. Проводником был не Олег, а другой парень, Сергей, который в те места ездил много лет до армии.
У компании было две четырёхместных палатки и так получилось, что две пары заняли одну, а Олег с Сергеем — другую.
Вечер провели хорошо. С костром, шашлыком, танцами под магнитофон и особо никто не напивался. Можно сказать, что были все почти трезвые.
Утром, проснувшись, позавтракали и отправились кто куда — кто на рыбалку, а кто за грибами. Олег был в числе последних. Он с детства любил лес. Прекрасно разбирался в грибах и ягодах, немного понимал в лечебных травах. Всему этому он был обязан маме, которая с самых ранних лет брала сына с собой и учила бережно относиться к лесу.
- -
Олег шёл один, еле слышно, словно перетекая с одного места на другое. Почти не касаясь веток деревьев и кустов. Такой ходьбе, выживанию в лесу, его обучал с юности отец. И сейчас Белый двигался, словно исконный житель леса — не ломал ни веток, ни кустов, старался не наступать на цветы. Если можно было обойти кустарник, не проламываясь сквозь него, он это делал не задумываясь.
Набрав уже полкорзины грибов, внезапно услышал какой-то чуждый звук. Похоже было на плач котёнка или, точнее, мяуканье.
Сделав несколько шагов вперёд, Олег вышел на заросший берег небольшого залива, полностью покрытым растениями и превратившемся практически в болото. И там, буквально метрах в пятнадцати от него, из воды и травы торчал небольшой кусок хвоста и мордочка маленькго лисёнка. Белый, не раздумывая, понадеявшись на свою спортивную подготовку, сделав чуть больше десятка быстрых шагов по этому болоту и… провалился по плечи. Его не засасывало, не тянуло вниз, но двигаться в плотной густой массе было очень тяжело. Побарахтавшись, правой ногой случайно наткнулся на камень. Преодолевая сопротивление грязи, в которую порой окунался с головой, хоть и медленно, но смог сдвинуться и встать на камень уже обеими ногами. Повертев головой по сторонам, не увидел на поверхности никаких упавших деревьев. Чуть отдохнув, попытался нащупать ногами рядом другие камни или твёрдое дно, но, окунувшись в очередной раз с головой, понял, что вокруг глубина была больше двух метров.
Освободив себя от обмотавших его растений, Белый немного успокоился от мысли, что его товарищи в любом случае пойдут его искать и найдут, тем более что он показал в каком направлении пойдёт.
Услышал опять мяуканье, глянул в сторону тонущего лисёнка. Он был не так далеко, но достать его руками Олег не мог. Подумав, снял с себя ветровку и рубашку, связал рукава узлом. Потом выдернул ремень из брюк и ещё больше удлинил спасательный «трос». Несколько раз, неудачно кинув в сторону зверя, всё же изловчился и, в очередную попытку, попал кончиком рукава прямо по морде лисёнка. Тот от неожиданности цапнул зубами тряпку, и Олег быстро потащил зверя на себя. Вытянув застрявшую лису, он чуть медленнее стал тащить еёна себя, но лис, разжав внезапно зубы, извиваясь, порой прыжками, непонятно от чего отталкиваясь, прошмыгнул мимо Олега на берег. От сознания, что он спас маленького зверёныша, парень улыбнулся, и в душе у него стало радостно.
Простояв так еще больше часа, стал чувствовать, что замерзает. Ног уже почти не ощущал. Мысль попробовать добраться до берега вплавь отмёл.
