Ты меня уже наказал, сам того не ведая, ещё до нашей первой встречи. — губы вольной исказила горькая улыбка. — Те шприц-капсулы, с золотым сиянием, это было моё задание. И я провалила его. Итог — меня приказали устранить, свои же. Так что я при любом раскладе не жилец. Да, группу, что должна была меня прикончить, перебили твои люди, но придут другие. Видишь ли, я слишком много знаю, чтобы про меня просто забыли.
— Зачем нужны были эти шприц-капсулы? — спросил я, понимая — соврёт вольная, или скажет правду, подтверждения этому не найти.
— Контроль. Золотое сияние даёт контроль над нейросетью, а значит и носителем.
— А вот теперь поподробней. — я опустился на колено. — Как осуществляется этот контроль?
— Главное не как, а над кем. Ты знаешь про синдикат? — Ягда стала говорить тише, и теперь её слова слышал только я. — Так вот, шприцы предназначались трём вольным, получившим элитную мутацию. В эту троицу входила и я. Понимаешь, золотое сияние создается из золотого мутагена, и имеет одно крайне ценное свойство — позволяет контролировать любого носителя элитной мутации, кроме владельцев золотого ранга.
— Стоп. Это сияние, оно настроено на подчинение конкретному хозяину? — меня прошиб холодный пот. Твою же ежовую впадину, Саян ведь вколол мне эту дрянь…
— Ну да. Я слышала, что сбросить контроль можно лишь одним способом — установить мутаген золотого ранга. Поэтому сияние ставят только тем, кто уже ввел себе элитный мутаген других цветов. Постой, а ты почему расспрашиваешь? — в глазах вольной промелькнуло подозрение. — Ты что, сам себе вколол ту шприц-капсулу?
— Сам я до такого никогда бы не додумался. Зато один товарищ, который, как выяснилось, оказался вдруг не товарищем, вколол мне эту гадость. Объяснил тем, что так кое-что работать лучше будет.
— Чушь. Кто этот твой товарищ? Работник корпорации? Он запросто мог подменить тот шприц, что был у тебя, на другой, или внести изменения в состав. И теперь, стоит тебе обзавестись элитной мутацией, сработают ментальные установки, от которых ты не сможешь отвертеться. Будешь выполнять директиву, словно искин первого поколения, или умрёшь. Воздействие идёт на нейросеть.
— Значит шанс только один, верно?
— Золотые мутанты? Даже не надейся. За ними охотится спецназ корпорации, используя свои шагающие танки и авиацию. Да, ты не ослышался, у корпов есть атмосферные истребители, и тяжёлые машины.
— Видел я их, эти танки. И как черные мутанты форпост разнесли, тоже видел. Если уж с элитниками трех рангов можно справиться, то и золотых имеются способы одолеть.
— Я здесь уже сорок пять больших ночей, и пока что не встречала тех, кто смог добыть золотой мутаген в одиночку. Слышала, что добывали большой группой, с потерями до пятидесяти процентов состава.
— Аудрэй, ты уже расспрашиваешь новую самку? — раздался у меня в голове голос питомца, с которым мы уже успели перекинуться парой фраз. Бедный зверь, сейчас он лежал в одной из палаток, и, со слов Виктора, большей частью спал. — Извини, не смогу прочесть её мысли, очень сильная защита.
— Отдыхай, Драк, ты и так молодец! — так же мысленно ответил я, и почувствовал волну благодарности от питомца.
— Меченый, так что вы собираетесь со мной делать? — воспользовавшись паузой, спросила Ягда. — Вряд-ли прикончить, зачем тогда нужно было спасать? Впрочем, я…
— Недоразумение вышло. — оборвал я вольную. — Из-за моего отсутствия. А теперь даже и не знаю, что с тобой делать. Нам ты точно не нужна живой. Но и просто прикончить будет глупо. Ты, как я понял, далеко не рядовой исполнитель в иерархии синдиката, так что давай, рассказывай.
— Я — один из трёх кураторов фронтира. Тебе это ничего не говорит, но поверь, мне известно достаточно, чтобы обрушить всю сеть синдиката. Ты уже раскрыл себя, как агент приёмных детей. Сведи меня с ними. Поверь, и им, и тебе я могу предложить многое.
— Ну, про многое я бы не говорил. У меня нет никаких дел с вольными. Жалкие падальщики, желающие урвать кусок со стола корпорации.
— Как насчёт места и времени прибытия космических кораблей? — спросила Ягда, прищурившись. — Не корповских, нет, и даже не контрабандистов, контролируемых корпорацией. Я говорю про корабль, на котором можно свалить из этой дыры. Причём без риска попасть под огонь крейсеров и боевых платформ аурумцев.
— Зачем мне это, если я и так смогу покинуть аномалию?
— Покинуть сможешь, это да. Чтобы после навеки стать служащим Аурум, приумножив её могущество. Или ты решил, что корпы легко расстануться со столь ценным рабом?
— Что тебе известно о заключённых, покинувших аномалию? — спросил я, стараясь сдерживать эмоции.
— Практически все находятся под контролем корпорации, лишь единицам удаётся остаться свободными. — Ягда смотрела мне прямо в глаза, и я мог бы поклясться, что она не врёт.
— У меня несколько иные сведения. — я не отвел взгляда.
— От кого? Приёмыши рассказали? Тебя уже обманули с золотым сиянием, неужели ты думаешь, что не обманут ещё раз?
— Виктор, где Сан? — спросил я, поднимаясь на ноги. Ягда может и не врёт, просто ошибается. Как и земляне. Ведь они, в отличие от вольных, не жили в содружестве, и не получали массу информации из первоисточников. Чёрт, идеальный вариант — прихлопнуть эту вольную, и продолжить двигаться к своей цели, не заморачиваясь с этими шпионскими играми. Увы, даже в столь короткой беседе эта стерва наговорила достаточно, чтобы сохранить ей на время жизнь. Похоже мне придется передать пленницу Саяну. Ох не люблю я, когда ситуация стремительно теряет контроль. А именно это сейчас и происходит.
— Командир, я разве не сказал? — егерь вполуха слушал наш разговор, и, едва я обратился к нему, тут же очутился рядом. — Наш Чингачгук ушёл спрашивать совета у Эмао. Сказал, что ни он, ни Дракот не могут прочесть мысли раненой.
— Да что ж там за Эмао такая! — с раздражением произнёс я. — Вселенский разум, мать его растак!
— Эмао может многое. — прозвучал у меня в голове сонный голос питомца. — Эмао друг.
— Командир, успокойся. Придёт Саян, сплавим мы ему эту проблемную девку, раз уж она так тебя раздражает.
— Раздражает? — мой голос от злости охрип. — Эта сука готова была меня на ленты резать, лишила кисти, бросила подыхать. Ты не представляешь, каких усилий мне стоит не прикончить её прямо сейчас. Не из-за моего личного к ней отношения, а так, чтобы избежать дальнейших проблем.
— Ты здраво взгляни
