Незнакомец склонился к приборной доске со множеством ламп. На взгляд Хостина, он ни до чего там не дотрагивался, а только распростёр ладони над лампами. Однако приборная доска замигала, засияла жёлтым с одного края, в лампах засветились спирали накала, всё новые и новые лампы приходили в действие, так что вся приборная доска вскоре стала похожа на светящиеся ветки странного дерева. Излучаемый лампами свет заполнил весь пульт. Хостин почувствовал, как вокруг концентрируется, ища объект приложения, огромная сила.
Где-то вдалеке раздался раскат грома. Хостин пригнулся, прячась за ближайшей машиной. Он прикрыл глаза, представляя себя в эпицентре бури, вообразив молнии, рвущие чёрное небо и бьющие в скалы. А он, слабый человек, так нуждался в защите от равнодушных сил природы.
Хостин открыл глаза. Поблизости не было никого, кроме человека в комбинезоне. Незнакомец по-прежнему рассматривал приборную доску. Вот он опять протянул ладонь к лампам, те стали угасать, светящееся дерево увяло. Буря миновала.
Однако незнакомец не оставил приборную панель в покое. Он отступил на шаг, глядя на огоньки. Затем вновь коснулся нескольких клавиш. Может, подумал Хостин, он просто изучает собственное воздействие на малознакомую технику?
Незнакомец подошёл к краю пульта, ближе к Хостину, и остановился на небольшой платформе с рядом светящихся индикаторов. Здесь он наклонился и хлопнул в ладоши прямо над огоньками. Будто аплодировал собственному умению овладевать чужой техникой.
Хостин отступил подальше в тень механизмов, бессознательно чувствуя необходимость спрятаться. Незнакомец за пультом исчез! Он испарился, как призраки, охотившиеся за Хостином в тех жарких горах наверху.
Вряд ли исчезновение незнакомца было связано со спиральным переходом, хотя Хостин не исключал и такой возможности. Правда, чтобы реализовать такой переход, следовало овладеть магией, подобной по силе той, какой владел дед Хостина задолго до того, как Землю превратили в обугленный шлак.
Хостин заставил себя подняться и подойти к пульту. В полу не было ниши или ступенек, по которым незнакомец мог бы улетучиться. Значит, следовало повторить то, что сделал незнакомец, чтобы исчезнуть. В индейце снова проснулась неприязнь к машинам. Но он должен выбраться отсюда, вновь попасть в ту иссушённую долину. И руки Хостина, едва он встал на заветную платформу, поднялись сами собой. Он хлопнул в ладоши прямо над огоньками индикаторов.
Его охватило головокружение. Снова слабость, снова пустота от чувства отсутствия пространства. Но он был рад тому, что сумел воспользоваться чужим мастерством, и страха не было.
Хостин открыл глаза. Он перенёсся к выходу из туннеля, ведущего на открытую местность. Никакого искусственного освещения, солнечный свет арзорского дня разливался над ним. Хостин пригнулся, прячась от возможной опасности, потому что расслышал какой-то шорох.
Снаружи, видимо, было раннее утро, так как солнце ещё не жгло, как это бывает в безводных горах днём, как это было в той выжженной долине. Впрочем, возможно, таинственные устройства древних обитателей Запечатанных Пещер и в этом месте управляли погодой, делая жару вполне переносимой, точно так же, как в глубине Пещер. Рассуждать дальше не было времени. Хостин ползком добрался до ровной площадки возле входа в пещеру и осторожно выглянул из-за камня.
Весь склон горы был запружен пришедшими сюда Норби. Они стояли небольшими отрядами, построенными вокруг шестов мира. Каждый отряд возглавляли вождь и Барабанщик. Такое единство кланов и племён поразило бы любого поселенца, однако Хостин уже наблюдал аналогичное, когда его самого вели вместе с Логаном в жертву Пещерным духам. Хостин разглядел шесты мира, принадлежавшие племенам и кланам, враждовавшим промеж собой со времён Первого Корабля. Только величайшая магия могла собрать вместе этих закоренелых неприятелей.
Шошонна, Нитра, Уопт, Ранаг из южных степей, даже Глуссака — все эти кланы обитали на далёких равнинах и проделали неблизкий путь, добираясь в Синий Сектор, через бездорожье, через тяготы Великой Суши. А дальше, за ними, высились шесты мира племён, которые и вовсе были неизвестны Хостину.
Из своего укрытия он насчитал около двадцати шестов мира. На самом деле здесь собралось гораздо больше кланов, просто он не мог сосчитать всех, оставаясь по-прежнему незамеченным. Можно было точно утверждать: здесь представлены все племена Арзора.
Барабанщики уже взялись за привычную работу, выбивая леденящий кровь ритм. В такт музыке тощие загорелые тела воинов покачивались в стороны. До землянина донёсся традиционный удушливый дым горящих растений. Над горами, как и в прошлый раз, пронеслась громадная молния.
Грохот, грохот, грохот, нарастая и нарастая. И вдруг — тишина. Зловещая и выжидательная тишина. Такая бывает, когда после грома падают первые капли тяжёлого дождя.
Внезапно немного ниже того места, где прятался Хостин, появился тот самый незнакомец из машинного зала. Он держал над головой барабан, отбивая на нём собственный ритм. И в такт ему заговорили всё новые и новые барабаны клановых Барабанщиков.
Глава 14
Незнакомец распростёр обе руки над толпой. В лучах поднявшегося солнца над головой незнакомца что-то ярко светилось, почти с тем же блеском, что и падающие молнии.
Незнакомец начал речь, обращённую к собравшимся. И он не объяснялся на языке жестов, он говорил как Норби! А ведь учёные авторитеты утверждали, будто голосовые связки человека неспособны воспроизвести речь Норби.
Едва незнакомец умолк, послышались крики одобрения. Норби потрясали тотемными шестами, на которых Развевались клановые вымпелы. Речь незнакомца была Речью повелителя, вот что следовало из поведения Норби.
Из своего укрытия Хостин пристально следил за событиями. Ему было не по себе. Слова говорившего были такими же, какие произносят вожди перед подданными всех рас, перед всеми вицами так называемой разумной жизни во всех мирах. Оратор желал от Норби безоговорочного выполнения приказа. И оратор желал от Норби немедленных действий во исполнение приказа. Магия, большая магия жила и действовала. Но ей мешали жить и действовать отдельные люди. Мало того, что Куэйд и Келсон совали свой нос в дела равнинных Норби, так теперь их лазутчики безнаказанно проникли в Синий Сектор! Они пробрались в святыню!
Дальнейшую речь заглушили удары множества барабанов.
Хостин не мог понять всю речь, более того, он в основном улавливал только общий эмоциональный настрой. Но теперь его сомнения удвоились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
