я ему. — И я могу сделать несколько довольно удивительных прыжков, — я отстранилась, разрывая его теперь уже ослабленную хватку. — Я могу показать тебе…
— Ну, уж нет, — он схватил меня за руку и притянул к себе. — Мне не нужна демонстрация. Мы здесь патрулируем, а не выпендриваемся.
— Но я хочу повыпендриваться, — сказала я, потянув свою руку, но его хватка лишь усилилась. — Я могу миновать переулок и перебраться с крыши на крышу. Возможно, даже через улицу, если хорошенько разбегусь.
— Я крайне не советую тебе пытаться это сделать.
— А что же мне делать, если мы увидим внизу демона или Баэля? Ты просто прыгнешь, а я должна медленно пробраться к пожарной лестнице и спуститься вниз?
Зейн потянул меня к центру крыши, его крылья были сложены за спиной.
— Ты можешь быстро спуститься по пожарной лестнице.
— И это сделает меня очень полезной, если тебе понадобится помощь, — я закатила глаза.
— Я предпочёл бы, чтобы ты была жива, чем полезна, — и потом Зейн отпустил мою руку. — Кроме того, последние пару ночей здесь было тихо.
Зейн был прав насчёт этого.
Но сегодня всё было по-другому, потому что теперь мы знали, что Баэль был здесь.
Когда я отошла от центра здания, Зейн следовал прямо позади меня, как тень… как Миша. Моё сердце сжалось и, подняв руку, я потерла грудь.
Я скучала по Мише так сильно, что это была физическая боль, и я удивлялась, как Зейн мог быть так далеко от своего клана. Я резко повернулась к нему.
— Можно тебя кое о чём спросить?
— Знаешь, я бы подумал, что с тобой что-то не так, если бы у тебя не было ко мне вопроса, — ответил он.
Я фыркнула.
— Ну, ты всегда можешь сказать, если я перегнула палку.
— Верно, — он расправил крылья за спиной, почти закрыв луну. — И в чём заключается твой вопрос?
— Как часто ты видишь свой клан?
На мгновение воцарилась тишина.
— Зачем тебе это?
— Просто любопытно.
— Странная тема для любопытства.
— Ну, так? Просто ответь на вопрос.
— Я часто навещаю их.
Я придвинулась ближе к нему.
— Судя по тому, как вели себя Даника и Жасмин, прошло уже несколько недель, если не больше.
— Ну, я давно их не видел, и иногда связываюсь с Николаем или Дезом по телефону или здесь, в городе.
— Так сколько времени прошло с тех пор, как ты был дома? — спросила я, и крылья Зейна откинулись назад, прижимаясь к нему. Я скрестила руки на груди. — Что? Это твой дом, Зейн.
— Что-то не похоже. Только не после того, как мой отец ушёл и… — он оборвал себя на полуслове и, развернувшись, направился к выступу. — Я уже давно туда не ездил.
— Разве ты… Разве ты не скучаешь по ним? — спросила я. — Я имею в виду, что я не так давно уехала из общины, а я уже скучаю по всем так сильно, что это больно.
— Это не одно и то же, — он запрыгнул на карниз и уселся там, глядя на город внизу. — Мой клан всё ещё здесь, в этом городе, и я могу навещать их, когда захочу.
— Да, можешь, — сказала я, сжимая руки в кулаки. — Должно быть, приятно иметь такую привилегию.
Он повернул голову в сторону, и несколько долгих минут прошли в молчании.
— Ты не понимаешь. Возвращаясь туда… все мои мысли об отце, и как я не смог спасти его, и как не смог уберечь… уберечь Лейлу от боли. Это место хранило хорошие воспоминания. Великолепные, но сейчас… всё не так.
Я уставилась на его фигуру.
— Я знаю, каково это, Зейн, или ты забыл?
Зейн выругался.
— Нет, не забыл, извини…
— Не извиняйся. Просто… просто послушай меня, — сказала я. — Ты сказал мне, что я не виновата в смерти моей матери, и не хочу показаться высокомерной лохушкой, но я сильнее тебя. Я могла бы покончить с жизнью Райкера в мгновение ока, но я этого не сделала. Ты не мог спасти своего отца…
— Это не одно и то же.
— Неужели?
Зейн плавно поднялся и повернулся.
— Я отвлёкся на личное дерьмо, Тринити. Моя голова была вне игры. Если бы я не отвлекся, я мог бы остановить атаку.
Я не знала, правда это или нет, но у меня было ощущение, что всё не так просто.
— Значит, ты просто хандрил и ничего не делал, когда он умер?
— Нет. Я сражался с призраком.
Я вскинул руки вверх.
— Слушай, может, ты и отвлёкся, но это не значит, что ты ничего не делал. Его смерть не была твоей виной, и я понятия не имею, что случилось с Лейлой, но уверена, что и это не было на твоей совести.
— О, это была полностью моя вина, — он присел на крыше. — Я чуть не убил её, но дело не только в этом. Это ещё не всё, — он вздохнул, оглядываясь через плечо на улицу. — Я скучаю по ним. Да, это так. Мне просто нужно личное пространство. Вот почему я съехал. Вот почему я не стал управлять кланом.
— Потому что ты чувствуешь, что подвёл своего отца?
— Потому что я не уверен, смогу ли я… смогу ли я это сделать, — Он возник передо мной, расправив крылья. — Я не знаю, смогу ли я возглавить клан, когда больше не верю в правильность того, что они делают.
Мои глаза распахнулись от этого признания.
— Все эти убийства демонов без разбора?
Он кивнул.
— Если нам говорят, что что-то правильно, это ещё не значит, что так оно и есть.
Я не знала, что на это ответить. Тот факт, что Зейн ставил под сомнение то, что все демоны зло, уже будет считаться достаточно плохим, но это было тем, что, на мой взгляд, Альфы будут очень, очень недовольны услышать.
Как и мой отец.
Но после встречи с Ротом, Лейлой и, да, даже Кайманом, я подумала, что в словах Зейна был смысл. Они помогали мне, в то время как мой собственный клан изначально хотел, чтобы я просто… двигалась дальше.
— Это замечательно, — сказала я, наконец.
— Что?
— Ты, — сказала я, кивнув. — Замечательно, что ты позволяешь себе видеть то, что, вероятно, видят менее одного процента Стражей.
Он склонил голову набок.
— А что думают Истиннорождённые?
Я пожала плечами.
— Я думаю… Я думаю, что мне многое предстоит узнать, ну, точнее всё.
— Да.
— Но…
— Я закончил этот разговор, — сказал он, и я открыла рот. — Серьёзно.
Я захлопнула рот и кивнула. Я была удивлена, что он поделился тем,
