Однако в рукописи «Остальные элементы» трижды встречается перечень элементов, которые Станиславский включает в число этих «остальных» или «других» элементов самочувствия актера. Во всех трех случаях после «выдержки и законченности» следует «сценическое обаяние и манкость», что позволяет нам определить место этой главы в томе.
X. Этика и дисциплина
Эти две рукописи выделены нами из многих других материалов и заметок по этике и дисциплине и публикуются в данном томе на основании того, что они по форме изложения связаны со всеми сочинениями Станиславского о работе актера над собой и над ролью.
С самого зарождения «системы» этика и дисциплина рассматривались Станиславским как важнейшие элементы и необходимые условия творчества актера. Он предполагал посвятить этим вопросам особую главу в книге о работе актера над собой, а в заключительный период своей деятельности – целую книгу, которая должна была стать частью его многотомного труда об искусстве актера (см. составленный Станиславским перечень томов его сочинений, № 75).
Не располагая достаточным материалом для издания особого тома по вопросам этики и дисциплины, мы вернулись к первоначальному замыслу Станиславского и выделили названный выше материал в самостоятельную главу данного тома.
В первой части «Работы актера над собой», в главе «Приспособление и другие элементы», Станиславский, говоря о последовательности изучения элементов «системы», поместил «этику и дисциплину» между элементами «выдержка и законченность» и «сценическое обаяние и манкость». В соответствии с этим в рукописи «Остальные элементы» после раздела «Выдержка и законченность» идет начало раздела «Этика и дисциплина». Станиславский пишет здесь:
«Перехожу к этике и дисциплине.
Представьте себе, что вы приходите в театр, чтоб играть спектакль, снимаете пальто и не знаете, куда его повесить, так как служащего при артистической вешалке нет на месте.
Через несколько минут вам приходится искать затерявшееся пальто, чтобы надеть его, так как в театре ужасный холод, потому что истопник не умеет топить. Все артисты и прислуга злы и раздражены беспорядками. Пора гримироваться, а света нет. Парики и краски тоже не готовы из-за задержки освещения. А между тем уже дан первый звонок, потому что помощник режиссера человек строгий и ни с чем не считается, кроме своих обязанностей. За кулисами суматоха, все спешат и ругаются.
Как вы думаете, такое настроение полезно для артистического самочувствия перед началом спектакля и творчества?»
На этом текст обрывается. Дальше следует текст, относящийся к элементам «сценическое обаяние и манкость». Это дает повод предполагать, что Станиславский был намерен поместить главу «Этика и дисциплина» между главами «Выдержка и законченность» и «Сценическое обаяние и манкость». Однако трижды повторяющийся в тетради «Остальные элементы» перечень этих элементов, написанный рукой Станиславского, и, по-видимому, позднее текста, перепечатанного на машинке, определяет иной порядок глав. Во всех трех случаях «Выдержка и законченность» и «Сценическое обаяние и манкость» следуют друг за другом. Кроме того, раздел «Этика и дисциплина» сюжетно связан с разделом «Сценическое самочувствие», где также говорится о первом выступлении учеников театральной школы на сцене театра в спектакле «Горячее сердце». Эти два обстоятельства и определили место главы в томе.
Станиславский делал записи по вопросам артистической этики и дисциплины на протяжении многих лет. Поэтому большинство примеров взято им из дореволюционного театрального быта. К тексту главы «Этика и дисциплина» в полной мере относится замечание Станиславского, сделанное им в предисловии к первой части « Работы актера над собой» [14] . И здесь характеристики, примеры и выражения часто почерпнуты из прошлого и не могут быть механически перенесены на современный театр и новых, советских людей [15] . Однако многие наблюдения и выводы Станиславского имеют прямое отношение и к современному нам театральному быту.
Рукопись «Этика» не датирована. По ряду признаков (фамилии действующих лиц повествования, почерк, орфография и т. п.) можно предполагать, что, основываясь на ранее накопленных материалах и фактах, Станиславский написал ее около 1930 года и просматривал в 1933 году. Заключительный фрагмент о задачах театра написан, по-видимому, позднее всего остального материала.
Станиславский предполагал значительно расширить и доработать главу об этике, о чем можно судить, в частности, по наброску плана, находившемуся среди других материалов по этике. Приводим его полностью:
« План (этики). Чтобы было всем хорошо в театре, надо:
1. Поддерживать, а не разрушать авторитет начальства, администрации, режиссеров, их помощников. Чем они слабее, тем большей поддержки они требуют . А у нас в театре – наоборот.
2. От каждого опытного театрального человека ученик или молодой артист может многому научиться, а у нас ученики и молодежь больше, чем кто-нибудь, привередничают. Надо уметь брать полезное. Недостатки перенимать легко, а полезное – трудно.
3. Почему нельзя в коллективном деле опаздывать и нарушать общий строй. То же и с опаздыванием на выход или в антрактах репетиций, а тем более спектакля. Сжальтесь хотя бы над бедным помощником режиссера. Актер запрячется в уборную и уверяет, что он давно здесь. Поди ищи его!
4. Для коллективного дела приходится исправлять свой характер, применять его к общей работе. Так сказать, создавать себе корпоративный характер.
5. Истерия в театре… Глупость и самоуверенность. Самовлюбленность… Себе на уме. Игра в искренность. Дурной характер… Каботинство.
6. Важность домашней работы. На репетиции узнавать, что делать дома.
7. Актер следит, слушает и записывает замечания только о своей роли. А вся пьеса [как будто] к нему не относится.
8. Непременно записывать замечания. Во-первых, получается история всей роли, по которой легче ее реставрировать или возобновлять пьесу. Во-вторых, мало записать – надо дома обдумать и сделать замечание своим.
9. Незнание общих принципов своего искусства заставляет репетицию превращать в урок – потеря времени.
10. Народная репетиция – военное положение, так как режиссер один, а сотрудников сотня. При военном положении каждое нарушение порядка взыскивается строже. Девяносто девять не ждут [одного].
11. Режиссер должен понимать положение участвующих в толпе и затруднения артистов, а артисты – режиссера. Друг друга щадить.
12. Как недопустимо отпрашиваться раньше окончания репетиции. Разве может режиссер рассчитать и знать заранее, как покатится репетиция. Дезорганизует репетицию и треплет нервы режиссеру.
13. Недопустимо, чтобы режиссер показывал себя, муштруя актера. Недопустимо, чтобы и актер показывал себя, выматывая нервы режиссера.
14. Контора требует к сроку дать пьесу, не понимая, что этим она ставит в безвыходное положение актера, толкает его на ремесленные рельсы, портит спектакль и только затягивает или совершенно обрывает правильную работу. Всегда, когда контора вмешивается по сцене, получается ерунда. Однако контора должна вмешиваться по кассовым и другим причинам. Чтобы избежать этого, надо, чтобы сам актер думал и заботился о судьбе и необходимостях самого театра.
15. Актер обязан для других играть во весь тон. Однако партнеры должны понимать, что если актер будет изнашивать роль, чтобы тянуть за собой ленивого, плохо работающего, тупого актера, это тоже не дело.
16. Учить[ся] работать над ролью [не] только на репетициях, при подталкивании другими (за чужой счет). Зубрить текст на общих репетициях – преступление.
17. Интриги и самолюбие. Лучшее средство против них – понять, что как чистые отношения, так и дурные на сцене тотчас же передаются зрителям. Кроме того, объяснить им бренность актерской славы. Единственно, что интересно в искусстве, – его изучение и самая работа.
18. С третьего спектакля переходить на ремесло – преступление в коллективном творчестве. Это портит спектакль.
19. Подлизывание к прессе – не товарищеское дело.
20. Кокоты и кокотки в театре.
21. Какой смысл на сцене творить иллюзию, а в жизни ее разрушать.
22. Актер и в жизни носит кличку своего театра и создает его доброе имя. И в жизни – беречь театр.
23. Обязанности актера [по отношению] к поэту и режиссеру.
24. Болезнь и поздние извещения – режиссеру, конторе.
25. Погоня за ролями – не плохо. Человек хочет работать в любимом деле. Укажите в другой отрасли такую жажду к работе. Плохо то, что актер хочет делать то, чего он не может или что другой в труппе делает лучше его. Нужна правильная самооценка.
26. Актеры говорят: нет времени работать над «системой». Пусть рассчитают, сколько у них свободного времени пропадает зря в антракте (или акте) (занят в первом и в четвертом). Какое настроение за кулисами получится? Скажут – отвлекает от роли, которую изображаешь в спектакле. Делайте упражнения для роли, на роли, которые играете. От этого будете лучше играть.
