– я явилась к нему на поклон с полным осознанием своего решения…
Глава 38
Эргилий стоял и молча смотрел на меня, хотя совершенно точно знал, зачем я его позвала. Судя по всему, в этот раз он не собирался обходиться без полноценного двустороннего диалога.
– Мне нужна помощь, – сказала я через силу. – Твоя.
– Я всегда к твоим услугам, – чуть поклонился он. В этот момент, несмотря на свой причудливый наряд, он походил на аристократа, к которому обращаются с просьбой. Издевается? Хотя выглядит непробиваемо серьёзным. – Ты ведь это знаешь.
– Знаю. Скажи, что мне делать, чтобы спасти Василия Петровича, если он ещё жив. Сейчас я дошла до той точки, что готова на всё. Даже готова умолять тебя, забыв о гордости.
– Не надо! – как-то горячо отозвался он и шагнул ко мне. – Я не хочу тебя ломать. Мне не нравится обречённость. Она отвратительна. Лучше злись и упрямься. Только не становись покорной, послушной и на всё согласной.
– Ты слышал, что говорил Вадим, да? – грустно усмехнулась я.
– Да. И видел твой взгляд при этом. Ты смотрела на него, как на насекомое. В этот момент он просто перестал существовать для тебя. Не знаю, что мне хотелось больше – разорвать этого парня на мелкие кусочки своими руками, или навсегда стереть это выражение с твоего лица. Не хочу, чтобы ты так на меня когда-то посмотрела. И не хочу ощутить чувства, которые ты в тот момент направляла на мальчишку. Уверен, это намного отвратительнее страха. Но даже не это было хуже всего.
– А что тогда? – невольно заинтересовалась я, с изумлением выслушав его признание.
– Мне вдруг представилась картинка, что ты стала бы послушной и готовой на всё, начала бы с радостью заглядывать мне в рот… И это так сильно разозлило меня, что сдержаться было нелегко. Давно я не чувствовал такой выжигающей ярости. Ты даже не представляешь, как давно. Наверное, в последний раз нечто подобное было в ученичестве. Потом я наглухо перекрыл лишние эмоции и, даже когда меня упаковали в шкатулку, не ощущал злобы, считая её бессмысленной. Лучше уж направлять силы на освобождение – так я рассуждал.
– И почему тебя разозлила моя возможная покорность? Ведь в таком состоянии я бы точно не мешала тебе своими эмоциями достигать целей.
– Не заставляй меня вновь представлять себе это. Мне нравится так, как есть. Ты злишься, но иногда я чувствую, как проскальзывает желание. Когда удаётся найти лазейку, подход, – это так… сладко.
Я вдруг поняла, что он стоит настолько близко, насколько это возможно.
– Я просто твой очередной мир, который ты завоёвываешь. А когда завоюешь, такого интереса не будет.
– Такой упрямый и своевольный мир вряд ли возможно до конца завоевать… – Его пальцы погладили мои губы. – Постоянно придётся закреплять победу… Снова и снова… Всегда…
Я хрипло выдохнула и отпрянула назад, с трудом скидывая с себя ворох образов о том, как он снова и снова собирается закреплять победу. И тут же рассердилась и на него, и на себя. Василий Петрович нуждается в моей помощи, а я позволяю себя отвлечь!
– Тшшш, я сделаю всё, что нужно, – заверил Эргилий, переходя к делу. К счастью, он не стал больше предпринимать своих попыток «завоевания». – Но кое-что попрошу взамен.
Началось! Я глянула на него со злостью. Он и бровью не повёл, хотя ярко чувствовал направляемые на него эмоции. Впрочем, злость его как раз совсем не пугала.
– И что же?
– Я хочу проводить с тобой немного времени по вечерам. И прошу, чтобы ты позволяла общаться с тобой в это время и поддерживала разговор, даже если злишься.
– Хорошо, договорились. – Не самая неприемлемая цена. – Что теперь?
– А теперь мы выйдем наружу и допросим этих вампиров и человеческого парня.
– Так это вампиры? Ну да, логично. Кем ещё они могли быть, если не оборотнями?
– Так и есть. Низшие вампиры. Не особенно умелые и абсолютно зависимые от хозяина существа. Против нормального вампира при прочих равных условиях выстоять не способны. Правда, накачавшись в вашем мире человеческой кровью, они при переходе стали бы невероятно мощными… пока кровь не переварится.
– А вот интересно, почему они не почуяли магию перехода? Допустим, видеть они его не видят, но ощущать-то должны? Или они настолько слабые? Что-то не сходится!
Конечно, Эргилий знал, в чём дело.
– А ты не заметила? Твоё состояние меняется и переход меняется. Ты управляешь им, хоть сама этого и не понимаешь. Очевидно, это второй твой дар. Раньше, пока ты ещё полностью не превратилась в магика, его энергетика была полыхающей, рвущей пространство, выбрасываемой вспышками. А теперь она ровная, спокойная. И скрытая. Надо думать, твоё подсознательное желание спрятаться и отгородиться от врагов из своего мира сделало своё дело. Теперь переход совершенно не ощущается там. И звуки не пропускает. Ты ведь заметила, что теперь всё, что за ним, размывается для тебя?
– А ты видишь это так же, как я?
– Да. Я смотрю твоими глазами.
Так вот почему переход перестал быть таким прозрачным, как раньше! Из-за моего желания отгородиться! Он реагирует на мои эмоции… И какая польза от этого умения? Ладно, об этом можно будет подумать позже. Сейчас есть главная задача.
– Так. То есть сейчас мы просто выйдем и допросим их… Развей мои сомнения – ты всё ещё не восстановился до конца?
– Да. Я застрял на одном месте – за шаг до восстановления, – ровно подтвердил он. – Но моих сил хватит для решения этой проблемы, можешь не сомневаться.
Я кивнула и молча направилась к переходу.
Даже не представляю себе, что почувствовал Вадим, когда я просто вышагнула в магазин и спокойно сказала:
– Привет!
Вид у него, конечно, был невероятно потрясённым.
Вампиры вроде бы дёрнулись в мою сторону, но тут же застыли на местах, будто залипли во внезапно уплотнившемся вокруг них воздухе.
Вадима же пока ничто не сковывало. Видимо, допрос Эргилий решил начать именно с него.
– Давно не виделись, Вадим. Меня ждёшь? – ласково уточнила я.
– Ты… ты… что с тобой случилось?! – Голос Вадима внезапно стал тонким и прерывистым.
Я опустила глаза и увидела, что вокруг вьётся тьма. Да, должно быть, выглядела я сейчас довольно жутко.
А потом за его спиной возник Эргилий и тяжело опустил руки ему на плечи. Вадим взвизгнул и рванулся. Напрасно. Он тоже это понял, немыслимо вывернув шею и встретившись взглядом с демоном.
– Поговорим? – ласково предложил демон шипящим потусторонним голосом. Тем самым, от которого у меня при первой встрече в шкатулке едва разум не помутился.
Судя по всему, Вадим сейчас чувствовал себя не лучше. Он как-то резко обмяк, перестал вырываться и застыл с разинутым ртом. Похоже, дар речи временно ему отказал.
Лицо у него выцвело так, как будто оттуда разом отхлынула вся кровь. Зато потел он
