Ее приняла экс-императрица, и гостям дали понять, что они должны оставить двух королев наедине, чтобы те могли поговорить, прежде чем они присоединятся ко всем в дворцовом зале. Они с Каролиной сидели у камина на резных стульях. Короткие ножки Каролины не доставали до пола. Каролине надоело слушать рассказы императрицы о ее былом величии, она нетерпеливо ерзала на стуле, опрокинула его и упала, размахивая ногами в воздухе, давясь от смеха.
Императрица заверещала, вся ее свита сбежалась посмотреть, что случилось. Вид принцессы Уэльской, распростертой на полу, с юбками, взбитыми выше груди, с мелькающими в воздухе ногами, так ошеломил их, что они стояли, открыв рты.
Императрица все повторяла:
– Ах, мадам, вы меня напугали.
А Каролина оставалась в этой нелепой и смешной позе, чего делать явно не следовало.
Наконец она поднялась, задыхаясь от смеха, с покрасневшим лицом, с размазанными румянами, в сбитом парике.
Она настойчиво пересказывала эту историю за обедом, ради шутки демонстрируя заметный акцент.
– Я упала мит майне ноги в воздухе. Так я и лежала, а она… – кивнула на императрицу Каролина, – все, что она смогла сказать было: «Mon Dieu! Comme vous mavez effraye».
Случай этот потом повторился. Невероятно, чтобы такое мог вытворять кто-нибудь, кроме Каролины.
* * *
Она часто думала о своей дочери. Дорогая Шарлотта скоро должна родить. Она ждала вестей от дочери. Шарлотта писала ей время от времени, она была любящей дочерью. Иногда, вспоминая о ней, Каролина погружалась в меланхолию.
Снова и снова она повторяла Пергами рассказ о том, как Шарлотта убежала от отца к ней, своей матери.
– Она любила меня, маленькая Шарлотта. Нет сомнения, а он ничего не мог поделать.
Дорогое упрямое создание, она увлекла и обманула принца Оранского, затем вышла замуж за принца Сакс-Кобургского, которого любила.
Шарлотта писала ей, как счастлива она в браке. Леопольд был красив и добр. Она избрала его и была счастливейшей из принцесс.
«В самом деле, она счастлива», – думала Каролина, это утешало ее.
Она часто говорила о дочери с графиней Олди, с которой очень подружилась во время путешествия по Востоку.
– Я так счастлива, что моя дочь познает радости, которых мне не суждено было пережить. Она любит своего мужа, а он ее, это самое большое счастье в жизни. У меня его не было, дорогая Олди, и я очень счастлива, что она его нашла. Как я могу быть уверена? О, я знаю мою Шарлотту. Она никогда не притворяется. Ее письма полны счастья. Я всегда смеюсь, читая их, искренним смехом, Олди, так смеются только счастливые.
Она узнала, что будущие молодые родители приобрели загородное поместье Клермонт, где и жили в счастливом ожидании. Шарлотта сразу сообщила ей эту радостную новость про ребенка.
– Дорогая Шарлотта, – шептала она, – подумать только, у моей маленькой девочки будет младенец. Вот что ей нужно для полного счастья. Я надеюсь, за этим ребенком последуют и другие. Представляю, как станет волноваться вся Англия. Будут звонить колокола, будут стрелять пушки. Люди всегда любили мою Шарлотту. И ее отец, о, он тоже будет рад, да и старая ведьма тоже, хотя она и недолюбливала Шарлотту из-за меня. Но она будет рада. Этот ребенок станет королем или королевой Англии. И король… Бедный, сумасшедший король. Я полагаю, он даже не узнает. Когда я думаю о нем, мне хочется плакать. Он один из всей семьи был добр ко мне. О, хорошо бы мне очутиться там. В первый раз после отъезда мне хочется назад в Англию.
Каждый день, встав утром с постели, она садилась у окна и смотрела на море.
«Как там Шарлотта? – думала она. – Близится срок. Она напишет мне о младенце. Бедная девочка, надеюсь, роды не будут трудными».
Когда приходили послания, прежде всего она искала письма из Англии.
* * *
– Теперь уже в любой день, – объявила она графине. – Должно быть, скоро. Если только расчеты верны. Шарлотта могла ошибиться, это на нее похоже. Она стала серьезней, выйдя замуж… Я чувствую это по письмам. Интересно! Три года я не видела дочь. Скоро будут новости. Она даст знать мне о самом прекрасном ребенке в мире.
А новостей все не было.
* * *
Она навсегда запомнила это утро.
Она любила просматривать английские газеты, и ей всегда их подавали. Они какое-то время лежали на столике, прежде чем она бралась за них, а уж потом неторопливо принималась за чтение.
Вот и на этот раз она открыла одну и стала читать. Нет, ей просто приснилось это.
Такое не могло быть правдой.
Пятого ноября после трудных родов принцесса Шарлотта разрешилась от бремени крупным мертвым мальчиком. Вскоре после родов принцесса скончалась.
Рождение и смерть
Вся страна скорбела по принцессе Шарлотте. Принц-регент затворником сидел в своей резиденции. Он никого не хотел видеть, даже леди Гертфорд. Он горько плакал, забыв все размолвки с дочерью, в воспоминаниях она осталась его любимым ребенком.
Сэр Ричард Крофт, акушер, пришел к нему полубезумным от горя. Принц пытался утешить его, а одновременно и себя.
– Говорят, ребенок был прелестным… прелестным… и это был мальчик.
– Так и было, сир. И у него, несомненно, ваши семейные черты.
Принц отвернулся и вытер глаза.
– Мне невыносимо даже думать об этом. Пожалуйста, оставьте меня с моим горем.
Сэр Ричард ушел, а на улицах люди узнавали карету и освистывали его. Ходили слухи, что он проявил халатность, плохо справился со своим делом, его обвиняли в смерти любимой всеми принцессы.
Регент дал волю слезам; а в голове у него вертелась одна мысль: «Главное сейчас избавиться от этой женщины. Еще не поздно. Если бы не она, я мог бы снова жениться. У меня родился бы сын. Мне должны добыть сведения об ее измене. Ну почему нельзя доказать очевидное?»
И это было необходимо сейчас… необходимо.
* * *
Королева находилась в Бат, на водах. В последнее время она чувствовала себя неважно, и ее доктора предложили ей туда поехать. Дочь Елизавета сопровождала ее, и они занимали Сиднейский дворец, расположившись там вместе со свитой.
Она была рада улучшению отношений с принцем-регентом впервые за многие годы. Старые баталии были забыты. «Он стал мягче», – убеждала она себя, а может быть, ей больше не нужна была власть. Теперь вся она принадлежала принцу, а королева питала к нему те же чувства, что и в его детстве, когда он был ее любимчиком.
Он женился на этой необузданной женщине, от которой она хотела бы его избавить. А жениться ему больше не надо теперь, когда у него есть дочь, у которой скоро родится ребенок. Надо надеяться, это будет мальчик, и народ снова полюбит королевскую семью. Лучше всего этого можно достичь, если родится ребенок. Она помнила, как люди толпились вокруг них, когда Георг был малюткой, как их восторженно приветствовали на всем пути в парк.
