Он вскидывал брови и молчал. Знал: девчонка не сдастся и однажды получит своё. Хотелось как-то успокоить её, но он не умел. Зато белый Сильвэй старался за двоих: тёрся о девчоночьи ноги и преданно заглядывал в глаза.
Суматоха напряженных дней закончилась: мерцатели осели в Долине, возы наполнились товарами, и караван медленно пополз вперёд, оставляя горную местность позади. Предрассветные сумерки меняют цвет неба, сцеловывают одну за другой звёзды.
- Прохладненько, - бормочет Дара и дышит паром на озябшие руки.
- Скоро рассвет, - говорит он, - выглянет солнце и потеплеет.
- Расскажи мне о городе, - просит девчонка, - не в двух словах, а... красочнее.
- Это не самый лучший город, Дара. Я помню твоё обещание стать моей третьей ногой. Надеюсь, так и будет.
- Ты невыносим, - вздыхает обречённо, - считай, воспитательный момент мы прошли. Я не буду сбегать, ловить ворон, прятаться от тебя или слишком восторженно пялиться по сторонам. Теперь о городе, пожалуйста. Что за дурацкое название - Зоуинмархаг?
Геллан пожимает плечами:
- Никогда не задумывался над этим. Здесь каждый город, селение - отдельный мирок со своими властителями и устоями жизни.
- И что, нет над вами короля - главного самодержца, который вас всех в кулаке держит? - блестит глазами девчонка.
- Нет. Здесь любой замок даже без земель - личная территория.
- Говорю ж: средневековье! - фыркает Дара и гнёт своё: - Так что там с Зоуинмархагом? Какая ведьма им владеет?
- Не ведьма. Один из немногих городов, где властитель - мужчина.
- Ого! Оказывается, не всё пропало в датском королевстве!
Геллан не всегда понимает, о чём говорит небесная девчонка, но старается улавливать смысл мыслеобразов, а не вслушиваться в незнакомые слова.
- Властитель Панграв не тот, кто устранится и будет смотреть на всё со стороны. Он купается в своей власти. Ему нравится... играть, плести интриги, следить за понятным только ему порядком. Возможно, в Зоуинмархаге по-другому нельзя: слишком разные там люди околачиваются. Лучше Панграву дорогу не переходить и на глаза не попадаться без надобности.
- Можно сказать, ты меня запугал. Трепещу. Как думаешь, он захотел бы умыкнуть небесный груз?
Геллан слегка натягивает поводья.
- Только сумасшедшему придёт в голову подобная мысль. Небесный груз можно отдать, но выкрасть, выманить - чушь.
- А Иранна говорила...
- Меньше бы ты подслушивала, Дара, - леденит он холодом в голосе, - небесные грузы крали после... миссии, когда становились они просто вещами, раритетами. А если кто рискнёт, пожалеет сотни раз.
- Не злись, пожалуйста. Ты же знаешь: я вначале болтаю, а потом думаю. Там ты покупаешь охранные руны? - переводит разговор на другое.
- Да. У магов.
- Вы ж их терпеть не можете.
- Стакеров тоже терпеть не могут, но когда становится жарко, не гнушаются просить о помощи. Иногда мы все... нуждаемся в помощи. Не имеет значения, нравимся друг другу или нет.
Девчонка понимающе кивает, и какое-то время они едут молча.
- Я волнуюсь, - говорит она в рассветных сумерках.
Он знает: мысли её, пугливые, как мерцатели, мотаются со стороны в сторону, скачут и бегают по кругу.
- И дело не в том, что увижу много нового. Тревожно как-то...
- Всё будет хорошо, Дара, - говорит он, чтобы её успокоить, но уверенности и спокойствия не чувствует: если было бы можно, плюнул бы на ярмарку в Зоуинмархаге и никуда не поехал.
Они вошли в городские ворота на рассвете следующего дня. Добрались без происшествий. Дорога даже девочкам показалась лёгкой. Слишком лёгкой.
- Дара, Мила, едете всегда рядом, как можно ближе ко мне, - командовал сухо и сурово.
Девчонки послушно жались и не возражали. Рядом бежали Зинн и Кинн, распугивая безродных шавок глухим рычанием и демонстрацией острых клыков.
- Какие узкие улочки, - заметила Дара, - похоже на лабиринт, где можно заблудиться.
- Скоро мы попадём на рыночную площадь - там попросторнее, но тоже легко потеряться.
Он заметил, как поглубже натянула капюшон Дара, скрывая лицо. Она внимательно рассматривала неровную мостовую, кидала осторожные взгляды на разношерстный сброд, на призрачные тени в серых хламидах, что жались к стенам неказистых домишек, на подвесные мостики, что, покачиваясь, ловили за пятки нерасторопных горожан.
Она походила на мальчишку и не очень выделялась среди мужчин, сопровождающих повозки с товаром. Он пожалел, что Мила не носит штаны. Пожалел, что маленькая сестричка едет на лошадке, а не сидит в фургоне, спрятанная от чужих взглядов за прочной парусиной. Ей было неуютно и страшно, но любопытство пересиливало: Мила впервые въезжала в город на лошади и хотела получить свою порцию впечатлений.
Ярмарка оглушила и закружила цветной спиралью. Девчонки словно свежего воздуха глотнули.
- Не отставать и не останавливаться, - сурово скомадовал он, видя, как разбегаются глаза и открываются рты у Милы с Дарой, - позже я проведу вас по рядам, и вы сможете купить, что захотите.
- Ну да. Вначале дело, развлечения потом, - легко согласилась Дара и похлопала рукой по Софкиному боку. - Ничего, мы всё успеем.
Мила кивнула. Орущий на разные голоса хаос пугал и одновременно притягивал. Девчонки спешились и обосновались рядом с меданами, которые неспешно выкладывали товары.
Целое действо: расправлялись шкуры, выставлялись горшочки с диким горным мёдом, мешки с тончайшим невесомым пухом и в самом конце - украшения. По всем товарам заботливо прошлись проворные пальцы с яркими ногтями, чертились знаки удачной продажи, и только затем подключились бойкие голоса. Горластые меданы знали, как привлечь покупателей.
Первой и почти молниеносно ушла разноцветная шкура за неприлично большие деньги, а затем пошло-поехало. Дара не ошиблась: украшения тянули магнитом всё женское поголовье ярмарки. Хорошенькой бирюзовой Уме можно было не нахваливать товар: достаточно гордо выпячивать грудь, украшенную колье, да умело потряхивать бусиками на запястьях.
Мила с Дарой в торги не вмешивались, но азарт захватил девчонок настолько, что они только удовлетворённо ахали да провожали глазами уплывающий с прилавков товар.
Пора и делом заняться, пока они увлечены торговлей. Геллан незаметно отошёл в сторону и направился к дальнему концу рынка. Кто-то резко сжал его руку. Инстинктивно хотелось ударить, но тут же он почувствовал эту энергию: девчонку трудно спутать с кем-то ещё.
- Дара. - постарался, чтобы голос звучал как можно суровее.
- Геллан. Я же твоя третья нога, помнишь?
Он закрыл глаза и досчитал до десяти.
