- Да, - пробормотала Софи, уставившись на Сандора. Она никогда не думала, что Дексу хотелось иметь при себе гоблина.
Декс опустил взгляд на свои ноги.
- Кажется, я знаю, что ты имеешь в виду. Теперь мои родители беспокоятся. Сильно. Мне приходится спорить с ними, чтобы пойти куда-нибудь, даже чтобы увидеться с тобой. Не то что бы это было часто в последнее время. - Он пнул землю, но потом запрокинул голову. - Ох! Вот чем ты была занята, да?
Софи кивнула.
- Ты могла рассказать мне.
- Я не должна была говорить об этом.
- Но Кифу ты рассказала?
- Фитц - его лучший друг, а Васкеры ему как семья. Ему нужно было знать.
- Теперь, когда новость известна, вы же не будете там много пропадать вместе?
- Возможно, будем. Мы по-прежнему работаем кое над чем.
Она думала о том, чтобы рассказать ему, но Декс всегда предпочитал держать в стороне от Васкеров. Он никогда не хотел знать их, любого из них.
Декс вздохнул и бросил сорванный им цветок, топча его ботинком.
- Я думал, что-то изменится после того, как мы вернулись домой, - пробормотал он.
- Каким образом?
- Не знаю. То есть, мы прошли через этот огромный путь. А потом я вернулся, и все просто ожидали, что я вернусь к нормальной жизни и буду вести себя так, словно ничего и не произошло. Но оно произошло. - Он указал на свое дерево. - Я тоже был там. Я тоже чуть не погиб. Словно никому нет до этого дела, кроме моей семьи.
- Многим людям есть дело, Декс. - Софи секунду колебалась, а потом взяла его за руку, ожидая, что он посмотрит на нее. - Мне есть.
- Правда? Тогда почему так получилось, будто меня не существует, с тех пор как начался учебный год? Даже раньше... с того дня, когда Олден...
Когда он снова это произнес, это был почти шепот.
- Тогда, когда это случилось? С Олденом?
Она едва могла кивнуть.
- На следующий день стало еще хуже.
Он крепко сжал ее руку.
- Это не твоя вина, если это то, о чем ты думаешь.
- Ты не можешь так говорить. Ты даже не знаешь, что произошло. - Она попыталась вырваться, но он крепко держал ее.
- Я знаю тебя. И знаю, что ты бы никогда не позволила плохому произойти к кем-либо, если бы могла помочь.
Слезы жгли ей глаза.
- Спасибо, Декс. Надеюсь, ты прав.
- Я прав. И видишь, я могу помочь, когда ты рассказываешь мне все. Держу пари, если бы ты рассказала мне, над чем вы с Кифом работаете, я бы тоже смог помочь.
- Наверно.
- Наверно я прав, или наверно ты расскажешь мне?
- Наверно, я не знаю. - Она повернулась к их деревьям, их маленьким, слабым деревьям, которые становились сильнее день ото дня. - Идем, пожалуй, нам следует вернуться к нашим семьям.
Декс продолжал держать ее за руку, пока они шли, и Софи не могла решить, как она себя из-за этого чувствует. Но она не пыталась вырваться, даже когда они пошли обратно к могиле Олдена. Большая часть народа ушла, как и Советники, но Васкеры были на месте. Грэйди и Эделайн, кажется, пытались убедить их пойти домой, но Делла не хотела покидать дерево.
Декс пошел к своим родителям, а Грэйди поймал взгляд Софи.
Я буду ждать у входа, передала она, уходя так быстро, как только могла, чуть не переходя на бег. Она не могла снова смотреть на Фитца и Биану, а они не хотели видеть ее. По крайней мере, они знали, что она пришла на церемонию. Этого должно было быть достаточно.
Вход в лес был таким же пустым, как и в первый день, когда Софи была там. Она прислонилась к опоре арочного входа, пытаясь освободить голову. Но боковым зрением она уловила легкое движение.
Выше по тропинке, в тени ближайшего дерева расхаживала смуглая фигура. Ярко-красное дерево с крошечными лиловыми цветками - то же дерево показывали ей Грэйди и Эделайн.
Он вытер глаза, когда наклонился, чтобы опустить руки на камень, стоящий у могилы.
Могилы его матери.
- Уайли.
Софи не поняла, что сказала это вслух, пока он не обернулся на звук. Он косо посмотрел на нее. Потом глаза его широко раскрылись, и он сделал шаг назад, будто знал, кем именно она была.
- Софи? - спросил Декс, подбегая к ней. - Ты в порядке?
- Да, я... - Софи сделала шаг в сторону Уайли. Лишь один, просто, чтобы увидеть, как он отреагирует.
Он не двинулся с места.
- Мне нужна секунда, - сказала она Дексу. Он выглядел так, словно хотел что-то сказать, но сдержался. Сандор тоже не пошел за ней.
Кожа Уайли была светлее, чем у его отца, а черты лица были более тонкими. Но его глаза.
Его глаза были глазами Прентиса, только полными жизни и противоречивыми чувствами. Он выглядел примерно на двадцать лет, как она, должно быть, и подумала, но легче было представлять его ближе к ее возрасту и растущего никогда знающего своего настоящего отца. Если бы ему было двадцать, он бы знал его и любил в течение семи-восьми лет, прежде чем тот умер. Он бы чувствовал каждую душераздирающую секунду его утраты.
Из-за нее.
- Это была ты, верно? - спросил он, когда она подошла ближе. - Ты - та самая.
Софи заставила себя кивнуть.
Уайли сделал то же самое.
Она ждала, что он завопит, закричит, швыряя беспорядочно вещи, что-нибудь, все, что угодно. Вместо этого он довольно долго и пристально смотрел на нее, заставляя ее испытывать неловкость, а потом прошептал:
- Чего ты ждешь?
- Что ты имеешь в виду?
- Ты должна это исправить. Он сказал, ты бы исправила все.
- Кто сказал? Твой отец?
- Кто же еще это мог быть?
- Я не знаю. Я не понимаю, о чем ты говоришь!
Руки Уайли сжались в кулаки, и Сандор тут же появился подле Софи.
Уайли отошел назад.
- Он сказал мне перед тем, как это случилось... Если бы это когда-нибудь произошло... что я не должен беспокоиться. Что ты все исправишь. Так чего же ты ждешь?
- Я... не понимаю.
Он думал, она могла вылечить его отца? Она даже не была уверена, сможет ли вылечить Олдена, и единственная причина, почему у нее до сих пор была надежда - это потому что его разум был разрушен виной, а не разрывом памяти.
Она видела разум Прентиса. Крошечная его часть по-прежнему была там... возможно. Но остальное явно впало в безумие. Как она должна была исправить это?
Помимо того, что он пытался сказать ей. Подсказка из стихотворения... мог ли он рассказать ей, как его исправить?
Но как могло следование за птицей исцелить сломанный разум?
- Ты должна была все исправить, - повторил Уайли.
Она не знала, правда ли это, но подумала, что это не имеет значения, потому что была одна истина, которая перекрывала все.
- Прости. Я не знаю как.
Уайли вздохнул. Это тот тяжелый вздох, который был отчасти фырканьем, отчасти усмешкой и тяжестью от отвращения. Потом он развернулся и зашагал прочь, не говоря ни слова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
