Висящий под потолком колокольчик зазвенел, и двери во вторую камеру распахнулись. Выходить из Чистой зоны всегда проще, чем входить, ведь проводить дезинфекцию не требуется. Ты просто заходишь в очередную камеру, за тобой закрывают двери, потом открывают двери перед тобой, ты проходишь дальше, и так далее, до самого «отстойника». Там получаешь оружие, боеприпасы, и в составе своего отряда выходишь наружу. Всё по графику, и вход, и выход, праздношатающихся тут нет, ради одного-двух человек процедуры обеззараживания никто проводить не будет.
У дверей оружейной возникла толкучка, и пришлось просачиваться через толпу под недовольным взглядом Штурвала, которого бесило, если его солдаты получают оружие чуть позже, чем самыми первыми. Это, в свою очередь, бесило Димку, потому что Штурвалу с его ростом и здоровенными кулачищами в толпе тереться не приходилось. Во-первых, офицерам всегда без очереди, во-вторых, Штурвала все знают, уважают и могут пропустить вперед себя, если очередь среди офицеров вдруг всё-таки возникла. Короче, ему хорошо, а остальным как быть?! Но Штурвала, похоже, это не волновало, и с этим Димке приходилось мириться — с командиром не поспоришь. И вообще, куда смотрит полковник?! Что, обязательно было создавать такую тесноту в «отстойнике»? Спустя пятнадцать минут Димка в очередной раз убедился в своей правоте, потому что вся куча народа вооружилась, а двери наружу оставались закрытыми ещё полчаса. Он стоял в толпе за Штурвалом и привычно материл начальство за бестолковость, как вдруг с улицы раздался оглушительный, отдающийся звоном в ушах рёв звуковой пушки, и стало ясно, что дело дрянь. Звуковую пушку врубают только в крайних случаях.
— Третий отряд! — Штурвал обернулся к своим, едва пушка стихла. — Выходим первыми! Наши позиции на крыше, задача — оборонять ветряки! Двигаться бегом! Внимательнее на лестницах!
Герметичные двери распахнулись, и отряд ринулся наружу, сразу же уходя влево, к лестницам на крышу. По ушам ударил грохот сражения, на броню обрушился ливневый поток, под ногами захлюпали лужи. Димка на бегу окинул взглядом охваченный битвой укрепрайон, утопающий в дождевых струях и рваных клубах порохового дыма. Ливень был жуткий и хлестал, словно из шланга, небо прорезали кривые разряды молний, громыхали раскатистые удары грома, всюду сверкали вспышки выстрелов, а по внутреннему двору скакал десяток Прыгунов, прорвавшихся через оборону. Два отделения охраны бегали за ними, стремясь срочно ликвидировать прорыв, но перестрелять прыгающих мутов было не просто. Прыгуны постоянно прыгали, затрудняя прицеливание, а попадания в конечности и корпус не наносили им ущерба. В такой ливень повреждения на мутантах регенерируются в считаные секунды.
— Ступени скользкие! — прокричал Штурвал, взлетая вверх по лестнице. — Смотреть в оба!
Димка полез следом, цепляясь за мокрые ржавые перекладины. Кольчужные перчатки проскальзывали, и для увеличения сцепления приходилось изо всех сил сжимать пальцы. Дважды со ступенек соскальзывала нога, и Димка пожалел, что не умеет сжимать пальцы и на ногах. Штурвалу проще, у него элитное снаряжение, там и ладони, и подошвы имеют вставки из твердой резины, исключающие скольжение. Неудивительно, что он опередил Димку метров на пять. Крыша плантаций не была ровной и имела несколько уровней. Ветряки находились на самом верху, и, чтобы добраться туда, требовалось преодолеть несколько лестничных пролетов. Димка отчаянно работал руками и ногами, в ужасе вспоминая прошлогодний прорыв мутов. Тогда они ворвались на территорию укрепрайона, и сразу два Прыгуна запрыгнули на спину солдату, карабкающемуся вверх по лестнице… А сейчас внизу их штук десять!
Взобравшись наверх, он первым делом отскочил от края крыши, сорвал со спины свой «Дабл» и тут же вскинул его, собираясь встретить Прыгуна выстрелом влёт. Но Прыгуны не стали атаковать его отряд. Половина из них уже валялась мёртвой, другая разбежалась по крышам строений внутреннего двора и пыталась сверху нападать на охотящихся за ними охранников. Стрелять картечью с такого расстояния было бесполезно, и Димка торопливо оглядел укрепрайон. Он утопал в бесконечном море мутантов, и сражение шло у заграждений последней линии обороны. Бескрайний поток монстров окружил укрепрайон полностью, прорвав оба кольца защитных сооружений. Первого кольца, которое в обиходе именовалось «минным полем» за то, что состояло из нескольких сотен мощных капканов, расставленных по периметру укрепрайона в пять рядов, не было видно вообще. Любой капкан, захлопываясь, мог запросто оторвать мутанту ногу, но сейчас там всё кишело мутами, бегающими по спинам своих покалеченных соплеменников. Второе кольцо защиты состояло из решетчатых заграждений и лабиринта из заостренной арматуры. Обычно наступление мутов захлебывалось именно здесь, потому что толпу мутантов, лезущую через ряды решеток и напарывающуюся на железные штыри, расстреливали из всего, что только имелось на вооружении укрепрайона. Потери атакующих были огромны, и мертвецов становилось настолько много, что муты забывали о сражении и бросались жрать.
Однако сейчас все решетки были опрокинуты, лабиринты кольев смяты и забиты пронзенными трупами. В толпе волосатых монстров было хорошо видно здоровенные горбатые силуэты Крушителей, громящих остатки заграждений, и бесконечные потоки мутов текли мимо них к третьей и последней линии обороны. Третья линия представляла собой мощную пятиметровую стену, возведенную из различных строительных компонентов, у основания которой стояла боевая техника старого времени. Башни некоторых грозных единиц ещё не потеряли возможность вращаться, и сейчас они шевелили орудиями, посылая в толпу мутов картечные заряды. Сама стена была усеяна зарешеченными огневыми позициями, откуда по мутантам били картечницы, ружья, арбалеты и дискомёты — мощные баллисты, выстреливающие в противника заточенные металлические диски. Прицельная дальность дискомета была невелика, но на малой дистанции разогнанный диск имел такую энергию, что при правильном прицеле с легкостью срезал с полдюжины мутантских голов. В ход уже пошло самое тяжелое оружие — огнеметные башни, а это означало, что боеприпасы на исходе и командование всерьёз опасается не удержать стену.
— Малинин! Ко мне! — крик Штурвала вывел Димку из оцепенения, и он бросился к офицеру.
Тот стоял у наблюдательной вышки, возвышающейся точно в центре решетчатого забора, огораживающего основания опор обоих ветряков. На вышке всегда находились два наблюдателя, ведущих осмотр местности и поддерживающих визуальный контакт с метеорологическими постами. Когда возникала угроза осадков, метеопосты снимали с высоток, и во время дождя всё наблюдение ложилось на вышку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
