Советский Союз хотел обезопасить Ленинград, отодвинув дальше границу, проходящую всего в 20 км от города, и предлагал в обмен в три раза большие территории в Карелии. Но переговоры зашли в тупик, а 26 ноября 1939 года случился тот самый Майнильский инцидент, послуживший поводом для начала войны.
Как бы то ни было, 29 ноября 1939 года СССР разорвал дипломатические отношения с Финляндией, а 30 ноября советские войска перешли советско-финскую границу. Началась советско-финская война, которую еще называют Зимней войной. И она является составной частью Второй мировой.
При этом в советской пропаганде делался акцент на то, что Советский Союз совершает освободительный поход в Финляндию, чтобы помочь финским рабочим и крестьянам свергнуть гнет капиталистов. Ярким примером этого является песня «Принимай нас, Суоми-красавица», музыку к которой написали известные советские композиторы братья Покрасс («И от тайги до Британских морей Красная армия всех сильней» – тоже их песня):
Мы приходим помочь вам расправиться,
Расплатиться с лихвой за позор.
Принимай нас, Суоми-красавица,
В ожерелье прозрачных озёр!
Первая половина боевых действий (то есть практически вся зимняя кампания) складывалась не в пользу огромной России. Были очень большие жертвы с советской стороны, наступление уперлось в ту самую линию Маннергейма. Финнов снабжали оружием Англия, Франция, Швеция, Италия и другие страны. Даже Южно-Африканский Союз безвозмездно передал Финляндии 22 истребителя Gloster Gauntlet II. В Финляндию прибыло более 11 тысяч иностранных добровольцев. Лондон и Париж в итоге вообще приняли решение начать войну с СССР. В Скандинавии планировали высадить англо-французский экспедиционный корпус. Авиация союзников должна была нанести авиаудары по нефтяным промыслам Союза на Кавказе. Из Сирии войска союзников планировали вести наступление на Баку.
Среди воевавших на стороне Финляндии были и русские белоэмигранты: в январе 1940 года в Финляндию прибыли знаменитый беглец из Советского Союза Борис Бажанов (в 1923–1927 годах – личный секретарь Сталина) и еще несколько русских белоэмигрантов из Русского общевоинского союза, после встречи 15 января 1940 года с Маннергеймом они получили разрешение на формирование антисоветских вооруженных отрядов из пленных красноармейцев. В дальнейшем из пленных были созданы несколько небольших «русских народных отрядов» под командованием шести офицеров-белоэмигрантов из РОВС. Только один из этих отрядов – 30 бывших военнопленных под командованием «штабс-капитана К.» – в течение десяти дней находился на линии фронта и успел принять участие в боевых действиях.
И лишь ближе к весне 1940 года наступил перелом. 12 марта 1940 года СССР заключил с Финляндией мирный договор, в результате которого к России отошли весь Карельский перешеек, Северное Приладожье, Печенга и ряд других территорий, а также СССР арендовал полуостров Ханко (прежде – Гангут) на 30 лет под базу ВМФ. Это то, что Россия получила.
А теперь – что она потеряла в результате этой войны.
Война привела к резкому ухудшению отношений США, Великобритании и Франции с СССР (14 декабря за агрессию против Финляндии СССР был исключен из Лиги Наций – аналог послевоенной ООН). Ход войны придал уверенности Адольфу Гитлеру в его расчетах на быстрый разгром Советского Союза – уж коли маленькая Финляндия с крохотной, плохо вооруженной армией сумела так здорово противостоять Красной армии, то вооруженные по последнему слову техники войска вермахта в два счета расправятся с ней.
В начале января 1940 года германский посланник в Хельсинки Блюхер представил в МИД меморандум со следующими оценками: несмотря на превосходство в живой силе и технике, Красная армия терпела одно поражение за другим, оставляла тысячи людей в плену, теряла сотни орудий, танков, самолётов и в решающей мере не смогла завоевать территорию. В связи с этим следует пересмотреть немецкие представления о большевистской России. Немцы исходили из ложных предпосылок, когда полагали, что Россия представляет собой первоклассный военный фактор. Но в действительности Красная армия имеет столько недостатков, что она не может справиться даже с малой страной. Россия в реальности не представляет опасности для такой великой державы, как Германия, тыл на Востоке безопасен, и потому с господами в Кремле можно будет говорить совершенно другим языком, чем это было в августе – сентябре 1939 года. Со своей стороны, Гитлер, по итогам Зимней войны, назвал СССР колоссом на глиняных ногах.
Можно сказать, что эта война сыграла с Гитлером злую шутку.
Спустя чуть более месяца, 17 апреля, выступая перед начальствующим составом РККА, Сталин заявил:
– Правильно ли поступили правительство и партия, что объявили войну Финляндии? Этот вопрос специально касается Красной армии. Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить безусловно, ибо его безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30–35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны.
2.
Впрочем, Зимняя война сыграла злую шутку и со Сталиным. Он, с его паранойей, понял, что разведке полностью доверять нельзя, коль уж она не смогла добыть правильные сведения о финской армии. Сколько раз Сталина предупреждали разведчики о сроках начала нападения на Советский Союз, но тот считал это провокацией, а разведчиков – бездарями.
Здесь уместно напомнить, что в мае 1935 года один из активных руководителей Иностранного отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР Артур Артузов был освобожден от обязанностей начальника внешней разведки и переведен на работу в военную разведку. А уже в августе 1937 года он, возвращенный в НКВД, и еще шестеро видных чекистов-разведчиков, которые ранее работали с ним в Иностранном отделе, были расстреляны. Все они обвинялись по зловещей 58-й статье, точнее, по тому из ее пунктов, где говорилось о «контрреволюционных преступлениях» и «шпионаже», а также в принадлежности к «антисоветской организации правых», якобы действовавшей в НКВД. Возглавивший разведку после Артузова комиссар госбезопасности 2-го ранга Абрам Слуцкий 17 февраля 1938 года скоропостижно скончался в кабинете первого заместителя наркома внутренних дел Михаила Фриновского. Его просто-напросто… отравили в одном из кабинетов Лубянки по приказу наркома НКВД Николая Ивановича Ежова. А уже в апреле того же года его посмертно исключили из партии как «врага народа».
После смерти Слуцкого исполняющим обязанности начальника внешней разведки был назначен майор госбезопасности Сергей Шпигельглас. Но и он продержался в этой должности менее четырех месяцев. 9 июня 1938 года его сменил старший майор госбезопасности Зельман Пассов. А судьба Шпигельгласа была решена:
