[аСтронавт] а ФБР решили навести ей визит:)))))
<Дженет> да, это была ты?
[ТрилогиЯ] Мы решили, что это собьет с пути федералов и всех остальных):-р
[Жан-Люк] Мы намеренно подняли переполох, мы создаем новые чаты, и если доктор Александер на самом деле создаст свой чат, федералы уже не смогут настолько быстро вычислить ее. Они решат, что это всего лишь очередная шутка:-)
Оглядевшись по сторонам и убедившись, что за ней не наблюдают, Кэтрин быстро напечатала: «Вы нашли Тимбоса?»
[Жан-Люк] О нем ничего нет
[ТрилогиЯ] сожалею
[Сладкая] мы пытались.:(
[БЕНГУР] Мы искали везде
Взгляд Кэтрин стал неподвижным. Расстроившись, она напечатала:
<Дженет> Ребята: вам лучше сейчас выйти из этого чата. Вы подвергаетесь опасности
[ДОГберг] Удачи
* ДОГберг крепко обнимает Дженет
* ТрилогиЯ присоединяется
<СЕРВЕР> Догберг покинул этот канал
<СЕРВЕР> ТрилогиЯ покинула этот канал
[Сладкая] всего хорошего тебе:-)
* Сладкая целует Дженет {{{{обнимаются}}}}
<СЕРВЕР> Сладкая покинула этот канал
[Жан-Люк] Ты когда-нибудь вернешься к нам?
Кэтрин смотрела на слова и представляла жесты людей, которых никогда не видела и, скорее всего, так и не увидит. Она не знала, действительно ли Сладкая была женщиной, а Астронавт – мужчиной, было ли им по двадцать лет или уже шел восьмой десяток, и вообще, находились ли они все в Соединенных Штатах.
<Дженет> Жан-Люк: скорее всего, нет
* Дженет обнимает вас всех
<Дженет> Спасибо за вашу помощь
[Мейнард] Мы ведь делали это еще и для Баррета. Он создал этот чат. Он создал нас самих
[БЕНГУР] Мы душой с тобой
<СЕРВЕР> Мейнард покинул этот канал
<СЕРВЕР> Бенгур покинул этот канал
[Карлос] Дженет: Да пребудет с тобой Господь и защитит тебя
Кэтрин посмотрела на окно, что высвечивалось справа. Осталось лишь два имени: «@ Дженет» и «Жан-Люк»
[Жан-Люк] Дженет
<Дженет> Да?
[Жан-Люк] Кем написаны эти свитки?
<Дженет> Женщиной по имени Сабина. Пророчицей
[Жан-Люк] Нет
<Дженет> Что «нет»?
Прошло некоторое время, прежде чем Кэтрин увидела ответ:
[Жан-Люк] Пророчица – ТЫ…
/выход
ПОКИНУТЬ СЕРВЕР
НЕТ ТРАНСПОРТА
Заголовок гласил: «Женщина прикасается к фотографии свитка – и излечивается от рака!»
Несмотря на то что это была вовсе не первая страница газеты «Нью-Йорк Таймс» или «Оджи», а всего лишь заголовок бульварной «Нэшнл Энквайерер», эти слова не могли не повлиять на кардинала Лефевра. Заголовок был еще одним свидетельством всеобщего умопомешательства. Ватикан утопал в море телефонных звонков и телеграмм изо всех точек мира: людям хотелось знать, действительно ли недавно найденный фрагмент папируса обладает целительной силой.
Подойдя к двери с бронзовым клеймом и надписью «Archivio Secreto Vaticano», он кивнул священнику, работавшему за компьютером. Многое изменилось. Компьютеры теперь были и здесь. Ватикан подключили к Интернету в 1995 году. Кардинал Лефевр помнил тот удивительный день четыре года назад, когда двадцать тысяч страниц рукописей внезапно оказались доступными всему миру, очутившись в виртуальном пространстве. Люди смогли наслаждаться потрясающими средневековыми миниатюрами и текстами с позолоченными буквами, и для этого необходимо было лишь щелкнуть кнопкой компьютерной мыши.
Он вошел в одно из основных хранилищ – каплю в море из пятидесяти километров полок с архивными материалами. Он знал, что люди неверно понимают смысл названия этой библиотеки: «секретная» в данном случае вовсе не означала, что документы были спрятаны от мира, засекречены, и, уж конечно, они не представляли собой запрещенные материалы. В данном случае подразумевалось, что они находились в частной коллекции Церкви. Ученые и студенты могли свободно с ними работать.
Однако в этот прохладный день в канун дня рождения Христа кардинал Лефевр направился через открытый архив в глубь библиотеки, где хранились в полном смысле этого слова секретные документы. Огромные помещения скрывали от посторонних тысячи нигде не зарегистрированных рукописей.
Специальный курьер только что доставил ему конверт с фотографиями. На обратной стороне каждого снимка карандашом был проставлен номер, дата – 15/12/99 – и инициалы «К.А.» – «Кэтрин Александер». Чернилами была сделана подпись: дата – 17 декабря 1999 года, номер дела и инициалы детектива.
Безусловно, некоторых фотографий недоставало; удалось получить лишь несколько снимков, поскольку ими пришлось поделиться с американским и египетским правительствами. Однако и этого количества достаточно для того, чтобы Его Преосвященство убедился в важности находки Кэтрин Александер, тем более учитывая тот факт, что он был одним из тех, кто составлял документ, опубликованный Священной Конгрегацией по вероучениям. В работе оговаривались функции и обязательства геолога, однако ее положения касались и археологов. В этом документе кардинал Лефевр четко выразил мысль, что теологи, отступающие от взглядов господствующей Церкви, совершали грех согласно исправленному варианту катехизиса 1990 года, где говорилось: «Задача предоставить единственно верную интерпретацию Слова Божьего возложена исключительно на ныне действующий институт Церкви». Это положение распространялось и на древние документы, которые лишь с некоторой долей вероятности могли быть отнесены к христианству.
После появления новой версии катехизиса от исследователей Библии и историков последовал громкий протест. Доктор Александер направила в Ватикан письмо, в котором резко выразила протест против того, чтобы отступление от взглядов господствующей Церкви считалось грехом. Но что бы произошло, если бы Церковь пошла навстречу всем этим людям? Его Преосвященство не раз задавал себе этот вопрос. Если бы они получили официальное разрешение интерпретировать Слово Божье так, как им вздумается, воцарился бы полный хаос и Церковь бы рухнула. Всегда нужно назначать границы, задавать параметры, определять структуру. Правда заключалась в том, что кардиналу Лефевру каждый день приходилось вести борьбу от лица Конгрегации, тщательно следя за тем, чтобы инакомыслящие теологи не подрывали единство Церкви.
Особенно угрюмые мысли начинали одолевать его в тот момент, когда специальным ключом он отпирал внутренний архив. Он не мог забыть о том, как девушки украли ценности, принадлежавшие Церкви – если эти свитки были подлинно христианскими, – намереваясь их перевести, и, что еще хуже, ознакомить с их содержанием весь мир, при этом извратив их своими предвзятыми суждениями!
