Конрад сжал маленькую ручку Наоми.
- Если со мной что-нибудь случиться, кто позаботиться о моей Невесте?
Мари ненавидела то, что ей приходиться на него давить, но речь шла о жизни Кэрроу.
- Конрад, если бы не я, то у тебя сейчас не было бы Невесты.
Вампир посмотрел вниз на Наоми таким всепоглощающим чувственным взглядом, что даже Мари вздохнула.
- Я сделаю то, о чем ты просишь, ведьма. - Не успела Мари облегченно расслабиться, как он добавил, - Но я пойду один. Я так смогу переместиться гораздо быстрее. И дальше.
Бауэн покачал головой.
- Мы точно не знает, куда ты переместишься и что это окажется за место. Ты хоть немного слышал о том, что собой представляет война в Лоре? По крайней мере, тебе придется столкнуться со смертными, которые будут там во всеоружии.
- Один, - повторил вампир.
- Но как Кэрроу узнает, что ты не причинишь ей вреда? - спросила его Наоми. - У тебя же красные глаза.
Конрад действительно был падшим вампиром, его глаза были залиты кровью от того, что слишком много своих жертв он выпил до смерти. Но благодаря Наоми и упорству своих трех братьев Росов он устоял и не перешагнул за край пропасти.
Мари сказала:
- Я могла бы сказать ему то, что знает только Кэрроу. И показать ему фото, чтобы он узнал её.
- Ты уверен, mon grand? - спросила Наоми.
Он кивнул, просто сказав ей:
- Марикета это заслужила.
- Хорошо. - Танцовщица встала на цыпочки, потянувшись к нему и запустив пальцы в его густые черные волосы. - Тогда верни Кэрроу назад. И возвращайся домой целый и невредимый ради меня.
- Я вернусь вместе с ней. - сказал он Наоми. После чего повернулся к Марикете. - Я слишком многим обязан Мари и всегда буду перед ней в долгу.
Мальком проснулся поздно, утренний туман окутал его веки и он с трудом сумел открыть глаза. К нему во сне только что пришло одно из воспоминаний Кэрроу, прежде он ничего подобного не видел.
Мальком видел себя, закованного в цепи и выставленного на посмешище перед жителями города Эш, и Кэрроу. Она смотрела на него и думала, что он замечательный и благородный человек.
Он сел, уставившись в густой серый туман, пораженный до глубины души поведением Кэрроу. Когда-то он и сам хотел быть благородным, каким она его видела. Однако, это невозможно, он не сможет, но чтобы его женщина считала его таковым?
Этого было бы достаточно для меня.
Но тут его сердце упало. Она думала так до прошлой ночи, когда он доказал, что был кем угодно, но вовсе не благородным человеком.
Почему он не может остановиться и перестать наказывать её? Он что собрался выместить на ней всю свою боль, столетия одиночества и страданий?
Он откинулся на спину, закрыв лицо рукой. Все те вещи, что он сказал ей, все те, что сделал...Он открыл ей тайны, о которых никогда и никому не говорил - даже Каллену. А потом он взял её, в грязи, как обыкновенную шлюху.
Угрызения совести терзали его настолько сильно, что ему даже физически стало больно. Найти Кэрроу. Извиниться. Сделать так, чтобы она поняла. Со всеми этими мыслями он поднялся и оделся, спеша к ней.
Когда он добрался до хижины, туман рассеялся и появилось солнце, первый раз с того момента, как они сбежали. И тут же он почувствовал сжижение на тех участках кожи, что не были прикрыты одеждой.
Прикрыв чувствительные глаза, он увидел. что дверь была открыта. Внутри метались две ведьмы. Собирали вещи?
Его сердце рухнуло куда-то в желудок. Кэрроу покидала его? Он слишком много ей рассказал. Я обнажил душу, но, конечно, она сочла это недостаточным.
Он впал в панику при мысли о том, что может потерять семью, которую только что нашел. Как хотелось бы ему взять назад свои неосторожные слова или поступки. Итак, ты наконец оттлкнул ее, Слэйн.
Он поднялся вверх по ступеням лестницы. Не смотри на меня так, как смотрели другие, channa. Он не сможет вынести подобного с её стороны, не сможет жить с тем с фактом, что сам её оттолкнул.
Тем временем, она одела свои сапоги и взяла меч. Судя по звуками, Руби сновала в задней комнате. Они на самом деле собирались уйти от него.
Он с трудом поднял руку к глазам и проглотил желание сказать что-нибудь, потому что не доверял своему голосу. Тогда Кэрроу заметила его в дверном проеме.
Он даже не вдыхал, боясь...
- Вот ты где. - Она подбежала к нему и встала на цыпочки, чтобы поцеловать.
Как только ее губы коснулись его, он застонал от облегчения, дергая ее на себя. Он сжал свои вокруг нее и набросился на ее рот.
Она вздыхала, отвечая так сладко.
Пока они не услышали шум, идущий сзади.
Кэрроу отстранилась с робкой улыбкой. Потом она крикнула: - тебе нужна помощь, Руби?
Она с раздражением , ответила: -Я сказала вам что справлюсь.
Сгорбившись и раздражаясь от необходимости такого напряжения, девочка вытащила поклажу. Она подволокла ее к ногам Малькома, потом выпрямилась, потирая поясницу. Ее лицо раскраснелось от усилия.
- Я собрала это для тебя!
- Тогда мне... - он прочистил горло.
- Тогда мне придется ехать?
Руби нахмурилась, переводя взгляд на Кэрроу, потом снова на него.
- Да, капитан Очевидность.
- Замечательная работа, детка. Теперь пойди захвати парочку счастливых ракушек в дорогу.
Как только девочка вышла, Кэрроу скривилась:
- Где-то тут должна быть еще дохлая рыба, на случай, если ты голоден.
Как только паника улеглась, его ярость возросла.
- И куда, по твоему, ты собираешься? По плану, который ты выложила, предполагалось, что искать буду я.
- У меня предчувствие, что надвигается что-то ужасное. Не знаю, когда или как, случится ли это через несколько часов или дней. Но мы должны уйти. Мы будем скрываться от солнца в тени деревьев и можем продолжать путь ночью, но времени у нас не остается.
Когда он не ответил, она добавила:
- Слушай, если не веришь мне, можешь спросить Руби...
- Я пойду с вами.
- Правда?
Теперь он видел, что у него нет другого выхода. Как она и сказала прошлой ночью, ведьме не было необходимости ждать возвращения домой, чтобы бросить его. Она легко могла бы сделать это прямо здесь.
А он не мог вечно держать в плену ее и малышку.
Глаза Кэрроу засветились.
- Так т-ты доверяешь мне?
Мальком не доверял. Он наконец осознал, что не способен на доверие - по крайней мере, испытывая недостаток в неопровержимых доказательствах, которые никогда не сможет получить. Но алтернативой отъезда с ней была бы вероятность ее потерять, поэтому он выбрал меньшее из двух зол. Он сделает этот шаг в неизвестность.
- Я хочу, чтобы вы с Руби вернулись доиой, и хочу вернуться с вами.
