Обойдя танкетку, я прошёл чуть дальше и вышел к бочагу. Не озеро, но вода тёмная. Там и отмылся. Меня особо серьёзно не подмывали, брезговали видать. Лежал я на улице, под открытым небом, а погода не радовала. Хотя не простыл и не замёрз, думаю амулетом обогревали. Отключили, когда я очнулся, вот и стал замерзать, в одеяло закутался. Кстати, одеяло хорошенько отстирал, и повесил сушится на ветке. Оно ещё в волосках было, и псиной воняло, долго стирал. Выжать его трудно было, толстое. Дважды бочаг посетил, отмываясь. Кстати, волосы заметно подросли, надо будет парикмахера посетить, не ношу такие длинные. Однако перед этим определится где я, ясно что рядом с Польшей где-то. А точнее? Западные области? Скорее всего. Время интересует тоже. Война началась или нет? А может портал сработал сюда из-за моих желаний? Я вроде думал об этом, о начальном периоде войны, когда портал активировался. Да у меня там такой сумбур был на злости, о чём только не думал. Почти час у бочага провёл. Время местное я определил, как часа два дня. Нужно выходить к людям, да узнать где нахожусь наконец. Вот так встал, одеяло пока в хранилище, надо солнечное место найти, чтобы подсохло. И пока шёл, по следам танкетки, надеюсь к дороге выйти, то размышлял. В хранилище четыре тонны бумаги, мусора по сути. Надо избавится. Вот так бросить? Не стоит. Были бы спички, сжёг бы. Устроил сожжение, как в Берлине нацисты это делали. Нет у меня ничего, это и останавливало. Ладно, будет ещё время. Да и эти книги как дрова можно использовать. Хотя нет, не знаю, что за чернила там, мало ли траванусь? С настоящими дровами проще.
С такими мыслями я и вышел на неширокую, но явно укатанную лесную дорогу. То, что обнажён, изредка отмахиваясь от насекомых, меня не смущало. Посмотрел в одну сторону, пусто, во вторую, также, и задумался куда идти. Да в принципе какая разница? Пошёл налево. Тут песок, мягко, а то без обуви, а подошва нежная. Пока шёл, определил, что автомобили тут ездят редко, старые следы, недельной давности, чаще телеги проезжали. Вот их следы колёс, и копыт коней, куда свежее. Самый свежий след как раз и вёл в ту сторону, куда я и шёл. И знаете, местные меня увидели раньше, чем я их. Видать издали заметили и затаились. А потом вышли на дорогу. Трое, с оружием. Бандиты, это ясно. Я не испугался, тело уже разработал, зарядку сделал, полностью им владел, дадут сблизится, уделаю их. Вооружены двое винтовками «Мосина», а третий вообще редкой австрийской винтовкой, довольно мелкого калибра, хотя и армейское оружие. Только патроны к ним редкость, трудно достать. Одеты кто во что, были и детали польской военной формы, но гражданской всё же больше. Среди деревьев ещё несколько человек появились, двигаясь к нам. Ждём. Всех за раз я не уделаю, поэтому жду удобного и подходящего момента. А бандиты, судя по ухмылкам, ожидали развлечения. Да и вообще встретить в лесу голого парня, это… Впрочем, и вот так встретить в лесу местных бандитов, не так и легко, и просто. Они не сидят под каждым деревом. Тут или я везучий, или дело случая. На засаду не похоже. Я бы сказал, те шли по лесу и засекли меня. Вот это может быть. Жаль вещмешков нет, видимо где-то оставили. К нам из леса вышло ещё шестеро, тоже вооружены кто как, да и одеты также в мешанину. Один из бандитов, кряжистый такой, лет сорока пяти, сразу видно военная кость, не удивлюсь что офицер, капитан или майор, где-то в этом диапазоне, смерил меня стальным взглядом и спросил:
- Кто такой?
Чистый русский язык, без малейшего акцента только убедил меня, что тот из бывших офицеров. Те не особо любили с такими бандитами работать, но у этого видимо были личные мотивы.
- Не помню. Очнулся в лесу обнажённый. Вас встретил.
Тот смерил меня взглядом, и велел своим людям:
- Работайте тихо. Нас никто не должен видеть и слышать.
Понятно, его группе дали какое-то задание и те идут его выполнять. Меня как свидетеля решили убрать. Значит, не просто так, а на немцев работают. Получается, войны ещё нет? Те трое, что первыми ко мне вышли, толкая в спину стволами винтовок, пару раз и прикладом прилетело, отчего я ойкнул и пробежал пару шагов, повели на другую сторону дороги, вглубь леса, не туда откуда пришли эти шестеро. Они как раз обратно двинули. Едва мы углубились в лес, как я отработал молниеносно. Только один почти успел отпрыгнуть назад, открывая рот, чтобы заорать, ещё и винтовкой закрылся, как я в длинном прыжке, уже падая, коснулся его пальцами и отправил следом за двумя, в хранилище. А это у меня пока одно оружие, что я мог быстро и надёжно использовать, моё личное хранилище. Упал я плашмя, животом на хвою, ещё и грудь отбил о несколько шишек. Перекатившись на спину, быстро встал, осмотревшись, и побежал вглубь леса. Насчёт выследить основную группу, и пострелять по ней, благо было чем, я думал, и прикидывал шансы. Они есть, не без этого, но небольшие. То есть, удар-отскок сработать может. Устроить засаду, пострелять, может уничтожу одного-двух, и дальше просто валить нужно, и как можно быстрее. Второго шанса так поработать по ним, мне уже не дадут. Да я думаю и этого достаточно, если бывшего офицера снять, операция, которую им поручили, точно будет на грани провала. Знаю я такой тип людей, предпочитают всё держать под контролем и все нити управления в своих руках иметь. Зам может и не потянуть. Бежал я, делая круг, собираясь выйти к дороге примерно там, где проходил ранее. Ещё чуть дальше мои следы вели от танкетки к дороге.
Выходить я пока не стал, а достал первого из бандитов. Конопатый и светловолосый. Хранилище убивает, не могу я там живое переносить, это не перстень, на что и был расчёт. И вот так быстро разоружил и снял всю одежду, оставив голое тело. Потом так со вторым поработал, и с третьим. Размер ноги у меня сорок второй, я всё также Герман Одинцов, несмотря на попытки магов скрутить мне мозги амулетом видений, засылая в разные тела, чего на самом деле не было, до сих пор в этом окончательно не уверен. Ага, два месяца меня в коме держали. Ага, душу мою вернуть пытались, отправив в амулет
