Читаем без скачивания Кентерберийские рассказы. Переложение поэмы Джеффри Чосера - Питер Акройд

Есть в искусстве алхимии и множество других хитростей. Не могу вам изложить их в правильном порядке – не настолько я сам ученый, – но кое-что постараюсь припомнить. Конечно, я не смогу описать их как следует, по науке. Красная глина известна еще как армянская глина, хотя она вовсе не из Армении. Есть зеленая ярь-медянка и белая бура. А еще есть разные сосуды и сосудики, которые мы используем для возгонки и очистки, одни – глиняные, другие – стеклянные. У нас есть колбы и реторты, пузырьки и трубки, тигли и алембики – перегонные кубы. Нет нужды перечислять их все. Они дорого стоили, но оказались бесполезны. Я не упоминал про красные воды и про бычьи желчные камни? А еще – нашатырь. И мышьяк. И сера. Запутаться во всем это можно, правда? Я бы целый день мог вам перечислять те травки, что мы пускали в дело. Репейник, например, что пахнет так приятно, валериана да еще лунник.

Так мы день и ночь корпели над углями и тиглями, и вокруг нас пылало множество лампад. Печь полыхала в полную силу, и мы доводили разные жидкости до кипения. В качестве каустика мы использовали негашеную известь, а еще мел и яичные белки; мы толкли в порошок золу и собачий кал, глину с мочой; сверху посыпали очищенную соль и купорос, потом вмешивали квасцы и пивные дрожжи, человеческий и конский волос, свиное сало и пот рыжеволосого ребенка. Иногда амальгама получалась желтой, а иногда – серебристо-белой. Мы плавили ее и подвергали брожению, распыляли и перегоняли.

Сейчас я объясню вам природу четырех летучих элементов и семи твердых тел, как помню это со слов учителя. Первый летучий элемент – это ртуть, второй – мышьячный аурипигмент золотистого цвета, третий – нашатырь, вулканическая влага, а четвертый – самородная сера. А твердые элементы таковы: Солнце – это золото, серебро – Луна; Марс – железо, а Меркурий конечно же – ртуть; Сатурн – свинец, Юпитер – олово. А седьмой элемент, сама Венера, – это медь.

Тот, кто занимается этим проклятым ремеслом, обречен на неудачу и крах. Он распродаст все свое добро и останется ни с чем. Можно не сомневаться: он все потеряет. Ну же, алхимики-новички, давайте-ка, попытайте счастья! Если вы готовы прожигать деньги, тогда разводите химический огонь. Думаете, это такая легкая наука? Какое там! Да будь вы священником или каноником, монахом любого ордена, – вот вам мое слово: премудрости вам этой вовек не постичь! Можете днем и ночью корпеть над книгами, а все без толку. Слишком велика эта тайна. А уж для мирянина и вовсе неприступная. Ну, да не важно, кто за это дело берется – ученый или невежа, обоих ждет неудача. Чересчур трудная эта штука – алхимия!

Ах да, я забыл еще упомянуть кислоты, которые мы используем вместе с металлами и маслами. Они ведь помогают размягчить материал или, наоборот, сделать его тверже. А еще они нужны для очистки – да, тут не один толстый том понадобится, чтобы понять все эти хитрости! Ну, лучше обойдемся без названий. Я и так уже называл такие вещи, о которых лучше бы молчать. Я уже столько наговорил, что даже самый гадкий бес в аду – и тот бы взвыл.

Что же мы ищем? Философский камень, магический эликсир – вот что! Если бы мы его заполучили, то и горя бы не знали. Но, увы, все наши труды шли прахом. Богом клянусь – все наши хлопоты, все наши уловки были напрасны: камень нам так и не дался. Мы только теряли время и деньги и от этого едва не сошли с ума. Но надежда умирает последней: это как непрерывный зуд – желание найти ключ к тайне! Если есть такое желание – значит, найдутся и силы бороться. Как видите, это страсть, которую нельзя утолить. Это острая шпора, которая гонит нас вперед. Мы не отступимся от своей цели, не изменим ей. Это поиск длиной в жизнь. В надежде на будущую славу мы рискуем всем остальным. Мы никогда не расстанемся с нашими металлами и тиглями. И пускай ночью нам нечем укрыться, кроме рваных простыней, а днем нечего надеть, кроме грубого плаща, все равно мы истратим все до последнего гроша на поиски волшебного эликсира.

От этих алхимиков вечно несет серой. Куда бы они ни пошли – от них воняет, как от козлов. Это такой едкий, такой тошнотворный запах, что за милю учуешь. Поэтому их всегда узнаешь издалека по зловонию и по ветхой одежонке. А если кто-нибудь тихонько спросит, отчего они одеваются как последние нищие, то те ответят: «А иначе нас убьют из-за наших секретов. Тс-с!» Вот как они обманывают простачков.

Ладно, хватит об этом. Я продолжу рассказ. Прежде чем ставить горшок на огонь, мой хозяин смешивает различные металлы. Делать это умеет только он – ну, раз он от нас ускакал, я могу говорить не стесняясь, – и только ему известны все свойства свинца и серебра. Уж поверьте мне, у него блестящая репутация среди специалистов, хоть и с ним много раз приключалась беда. Какие у нас беды? Ну, например, случается, что горшок вдруг взрывается или разваливается на куски. Ведь эти металлы – такие летучие, такие неистовые, они даже стену пробить могут. Нам приходится укреплять камни известковым раствором. Эти куски металла прошибают половицы, отскакивают к потолку. Иногда разлетаются вдрызг по всему полу.

Мы терпим страшный убыток. Я дьявола своими глазами никогда не видал, но уверен: это он к нам в комнату так наведывается. Думаю, даже в аду не увидишь такой ярости и такого гнева, таких раздоров да печалей.

Когда горшок взрывается, каждый винит во всем остальных. Все принимаются браниться. Один говорит, что горшок слишком долго держали на огне. Другой возражает – мехи были надуты недостаточно сильно. Тогда все смотрят на меня, потому что за мехи отвечаю я. «Дело не в этом, – говорит третий. – Просто металлы неправильно смешаны». «Чушь! – спорит четвертый. – Хватит препираться, лучше меня послушайте. Просто в огонь нужно класть не буковые дрова, а дубовые. В этом все дело». Я никогда не мог разобрать, кто из них прав, а кто – нет. Только знаю, что спорам этим нет конца.

«Хватит, – говорил наш хозяин. – Что было, то прошло. В следующий раз буду бдительнее. Мне кажется, горшок уже был с трещиной. Потому-то и беда случилась. Что ж, за дело! Не надо огорчаться. А ну, глядите веселее! Можно подумать, конец света настал».

Потом мы сметаем весь мусор в кучу. Расстилаем на полу холстину, а на нее вываливаем мусор. Потом роемся в обломках металлов и химикалий, выискивая хоть что-нибудь ценное. «Глядите, – говорит кто-нибудь из нас, – вот тут кусочки металла. Они, конечно, повреждены, но их можно заново использовать. В этот раз все плохо обернулось, но когда-нибудь нам все-таки повезет. Нужно только верить в удачу. Нет такого купца, который бы все время процветал. Бывает, у него все грузы в море затонут, а бывает, что все благополучно приходит в порт».

«Хорошо, – говорит наш хозяин, – ты понятно высказался. В следующий раз я прослежу за тем, чтобы все делалось правильно. Если я ошибусь, то валите вину на меня. Что-то у нас было не так, это точно».

А потом снова вспыхивают споры. Один, например, говорит, что огонь слишком горяч. Горячий ли, холодный ли он был – ничего у нас не выходило. Мы никогда не добивались желанной цели, сколько ни бились. Но мы продолжали трудиться как окаянные. Мы обезумели от алчности и страсти. Когда мы все вместе собирались, то каждый глядел на остальных, словно Соломон Премудрый. Слыхали такую поговорку: «Не всё то золото, что блестит»? Не всякое яблочко в пищу годится, хоть и манит красотой. Так и с нами было. Мудрейшим из нас считался самый отъявленный дурень. Бывает, тот, кого мнят самым честным и достойным, – он и есть самый подлый вор. Вы еще поймете всю правду этих слов до того, как я покину ваше общество. Ну, так слушайте мой рассказ.

Часть вторая

Живет на свете один каноник (вы, наверное, знаете, о ком я говорю?), который своим присутствием мог бы заразить целый город – будь тот величиной хоть с Ниневию, хоть с Рим. Никто бы не сумел живописать его нескончаемые проделки и уловки. Можно прожить тысячу лет – и за все эти годы не постигнуть всего его коварства. Никто не мог бы превзойти его во лжи. Он так лукав в речах, так скользок в выражениях, что легко одурачит любого собеседника. Он бы облапошил даже дьявола, хоть он и сам – настоящий бес. Он обвел вокруг пальца множество людей и, пока жив, проведет еще многих. Но вот что любопытно. Люди порой проделывают немало миль, только чтобы побеседовать и посоветоваться с ним; они вовсе не догадываются о том, что он – просто замаскированный мошенник. Если хотите, я поясню вам, что это значит.

Мой рассказ будет о канонике, как я уже говорил, но только прошу других каноников не думать, будто я клевещу на все их братство. В каждой бочке найдется гнилое яблочко. Боже упаси, чтобы на весь орден ложились грехи одного человека. Я вовсе не собираюсь огульно поносить вас всех, славные каноники, – я лишь хочу разоблачить одного из вас. Мой рассказ обращен не только к вам, а ко всем. Вы ведь помните, что среди двенадцати апостолов нашелся только один предатель – Иуда. Разве другие святые мужи должны разделять его вину? Нет, вина лежит на нем одном. Но я скажу еще вот что: если Иуда проберется в ваш дом, немедленно гоните его прочь! Иначе потом не оберетесь стыда и срама. Итак, не сердитесь на меня за мой рассказ. Просто слушайте.