— Я хочу знать, — натянуто сказал воин Рубу, — все, что знаешь ты о порученном нам деле. Ты, как мне кажется, хотя бы из простой вежливости мог бы уже поделиться этим со мной!
— Позволь уточнить, — отозвался Руб. — Ты правда хочешь, чтобы мы снова разговаривали друг с другом?
— Разве я не это только что сказал?
— И после того мы тоже будем разговаривать?
— Да.
— Я в восторге! И сейчас же объясню, конечно как смогу, в чем состоит наше задание. Многое неизвестно, а многое лично мне не понятно, поэтому… нам необходимо проявить терпение.
— Разумеется, необходимо! Ты что, принимаешь меня за полного олуха?
— Вовсе нет! Однако ты мгновенно пришел в ярость и хотел убить меня из-за маленькой оплошности! Поэтому не удивляйся моим словам.
— Ладно, дальше.
— Так вот, дальше. Наша миссия состоит в том, чтобы я кое-что доставил слаймерам. Доставил им свет. Он облечен в определенные оттенки красок, которые необходимо нанести в одном укромном месте, на большой высоте, внутри их поселения в Хрустальных Сотах. Отсюда и мой патронташ с красками.
С этими словами Руб указал на кожаную сбрую, которую, как заметил Бронт, он снимал только на ночь, да и тогда заворачивал в плащ и укладывал рядом с собой.
— И что это за краски?
— Я пока еще не знаю, какие цвета придется использовать. Я пойму только тогда, когда увижу, к чему они подходят. Полотно всегда подсказывает, какие оттенки нужны.
— Значит, в некоем подземелье и при этом, насколько я понимаю, на головокружительной высоте мы должны построить леса, отбивая чьи-то атаки, чтобы ты мог нанести несколько мазков красок, но каких — ты не знаешь и сам?
— Совершенно верно.
— Можно один вопрос?… — Бронту пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить вежливый тон. — Это нелепейшее и труднейшее предприятие имеет какую-то цель, кроме как заставить нас выложиться на полную катушку?
— Кадастер сказал, хотя я плохо его понял, что целью этой работы, по его словам, является спасение мира.
— Спасение этого мира? Спасение будущего нашего мира?
— Ну да, вроде бы так.
Бронт поправил кирасу и заново замотался в плащ. Похоже, грядущее дело все-таки можно считать достойным человека вроде него.
— Что еще ты можешь мне рассказать о нашем предприятии?
— Я знаю о нем не больше тебя. Взгляни на юго-восток. Тебе не кажется, что там что-то блестит?
Там, на горизонте, разливалось темно-фиолетовое свечение. И на его фоне поблескивал слабый золотистый огонек — всего лишь крошечная пылинка на кончике пальца, — который вроде бы исходил из некоего источника на плато.
— Должно быть, там Минион, — сказал Бронт. — Давай поднажмем. Может, успеем погрузить наши… леса еще до наступления ночи.
Уже опустился вечер, когда они добрались до широкой низины, по которой, словно россыпь драгоценных камней, раскинулся Минион. Путники издалека услышали гул города — слабый отзвук, который теперь превратился в оглушительную музыку, смех, возгласы и грохот бесчисленных колес по плитам и булыжникам. Перед ними раскинулось море ламп и фонарей, свечей и факелов, сигнальных огней, светильников и шандалов — озеро света и шума.
Дойдя до границы города, они угодили в оживленное движение, даже здесь, на почти не застроенной окраине. Как раз тут располагались городские стойла для таскальщиков, бакалейные лавки, кирпичные заводы, тележные и каменотесные мастерские, а также одиночные, зато шумные трактиры.
Очевидно, торговля процветала здесь и днем и ночью, а посреди этой суеты то и дело проносились через толпу ландо богатых кутил, залитые ярким светом фонарей и гремящие песнями, — это самые удачливые здешние игроки, веселясь, отклонялись от обычных маршрутов.
Руб решил, что подходящие перекладины могут найтись в тележной мастерской.
— Нам нужны прочные, не слишком широкие доски и толстая, в большой палец, веревка, чтобы нанизать их на нее лесенкой.
— Наверное, у тех, кто обслуживает гуртовщиков, должна иметься подобная веревка, — предположил Бронт.
— Отличная мысль! Посмотри-ка, это не колесная мастерская?
Мастер, у которого были высоко зачесанные, выкрашенные в серебристый цвет волосы, стоял у пилорамы вместе с двумя дородными помощниками.
— Гм… — ответил он на их вопрос. — У меня имеется три четверти куба досок, я могу продать оптом. Сколько вам надо?
— Ну… — задумчиво протянул Руб, прикидывая количество, — не меньше пятисот погонных локтей доски, пригодной для малярных работ. Восьмисот досок будет достаточно.
— Во имя Разлома! — пробормотал Бронт. — Неужели мы столько с собой потащим?
— Груз, — с сожалением произнес Руб, — будет приличный. Однако леса получатся тонкие, прямо паутина, поскольку им придется покрыть огромное пространство, но при этом они должны выдерживать мой вес.
— Тогда я, пожалуй, пойду нанимать таскальщика. Ему потребуется время, чтобы уложить такую тяжесть.
Бронт, терпеливо огибая раскачивающиеся ландо с поющими седоками, дошел до ближайших стойл. Рядом со стойлами находился чрезвычайно шумный трактир, и Бронту пришлось перекрикивать гул, отыскивая таскальщика, готового им служить. Таковой нашелся на чистой соломенной подстилке. Он лежал на животе, положив подбородок на громадные скрещенные ручищи.
— Чем могу вам помочь? — пророкотал он.
— Хочу нанять одного из твоих соплеменников для перехода через туннели с подъемом наверх, в Хрустальные Соты. Таскальщик должен уметь защищаться в случае неспровоцированных вооруженных нападений.
— Ты много хочешь сверх обычной переноски груза.
— Это верно. Мне нужен прежде всего парень, который способен постоять за себя.
— Ясно. Все мы можем, если доходит до нападения. — (Бронту показалось, что нападать на таскальщика дело как минимум безрассудное. Например, у этого ноги, хотя и гораздо короче рук, отличаются такой же массивностью и состоят из многочисленных суставов для максимальной грузоподъемности. А кулаки у него размером со щит.) — Но должен признаться, работенка, какую ты предлагаешь, мне не по нутру. Лезть в хрустальные шахты само по себе ничего, особенно если за это последует достойное вознаграждение…
— Нам сказали, чтобы ты сам назначил цену.
Таскальщик на некоторое время задумался над предложением, как задумался бы любой на его месте.
— Пусть так. И туннели тоже можно пережить. Но лезть наверх, в Соты! Н-да. Правда, у меня есть один товарищ, который в данный момент находится в стесненных обстоятельствах. Вот он-то от золотишка не откажется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
