Читаем без скачивания Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— То есть искать новый канал доставки? — спросил Альберт. — Слишком велик риск. Партия большая, и уже выплачены деньги. Очень большие деньги.

— Подожди, — недовольно взглянул на него кавказец. — Но…

— Это твое предложение, — перебил его Альберт. — А следовательно, его нужно обсудить. Надеюсь, ты не будешь говорить, что именно этого хочет Карл? — вкрадчиво спросил он.

— Он сказал, что нашел покупателей, — раздраженно ответил Навруз. — И я…

— Ты много на себя берешь, — резко сказал Бакин. — Все уже заметили, что ты стал на полголовы выше!

— Точно, — кивнул Павел.

— Навруз, — обратился к игравшему желваками кавказцу Абрам, — мы об этом говорили не раз. Должных выводов ты не сделал. Кроме того, вовлек нас в войну с Сенатором и независимыми солдатами…

— Да какая там война, — пренебрежительно бросил Навруз. —Подумаешь…

— Мы потеряли троих убитыми, — громко проговорил Чарли. — И нескольких парней прилично отделали. А из-за чего? Из-за того, что ты решил — Малкина принадлежит тебе. Сейчас наши люди разыскивают Жанну не для того, чтобы оградить ее от кого-то. Мы должны ее ликвидировать.

— Я бы не советовал этого, — неожиданно высказался Абрам. — Хотя бы потому, что Карл не одобрит. И второе. В чем именно вы обвиняете Малкину? — посмотрел он на Навруза, а затем перевел взгляд на Шарлина. — Вот ты, Чарли, красиво сказал — ликвидировать. За что? — повторил он свой вопрос. — За то, что сначала один решил захватить у нее какого-то полковника? — Он взглянул на Аркадия. — Затем второй решил, что Жанна из его гарема, и послал в ресторан боевиков. И что же? Сначала погибает один из наших на лестнице у квартиры Малки-ной, а остальных здорово отколотил какой-то пьяница, которого пристрелил Смит. Навруз вовлекает нас в войну с независимыми солдатами и Стратегом. Мы опережаем их и наносим удары. Слава Господу, что парни действовали не по шаблону, а расправились со Стратегом руками Руки, которого чуть позже убили милиционеры. Но это не все. — Он достал платок и вытер лысину. — Мы расстреливаем в спортзале пятерых независимых солдат. Милиция рьяно взялась за дело. Погибает наш боевик на квартире…

— Подожди, — остановил его Альберт. — Все это мы знаем. Ради чего ты затеял этот рассказ?

— Ты тоже хорош, — недовольно взглянул на него Абрам. — С твоей помощью люди Навруза забрали Малкину из ресторана, чем окончательно ее перепугали. Потому она и прячется. Все почему-то молчат о том, — он повысил голос, — что только Жанна знает, где лежат бумаги ее отца, которыми он пытался шантажировать Карла. Надеюсь, все понимают причину отеческой заботы Карла о Жанне? — насмешливо поинтересовался он. — Наверное, все. Кроме нее. Жанна думает, что это в знак благодарной памяти. Но никто не знает другого, — бросил он и, замолчав, достал из нагрудного кармана рубашки коробочку с витаминами. Сидевшие за столом с интересом уставились на него. — Вы все желаете знать причину, по которой Карл не возвращается в Россию, — разжевав витаминку, усмехнулся Абрам.

— А секрет прост: он боится нынешнего премьер-министра. Степашин в недалеком прошлом — глава МВД. Что это такое, все знают, посему объяснять не стану.

— Абрам, — недовольно сказал Альберт, — не говори загадками. Что именно ты знаешь о Малкиной? Мы все прекрасно помним, что ты был подручным Карла, когда тот начинал. Именно ты нашел ему прекрасного адвоката, Малкина. Но не надо загадок, — повысил он голос. — Мы не…

— То, что Малкина убили, надеюсь, понимают все? — негромко перебил его Абрам. — Но вышла небольшая накладочка. Отец Малкиной погиб вместе с ее сыном, но документов в машине не было. А Карлу на другой день позвонил некто из Швейцарии и дал понять, что, если с Жанной что-то произойдет, нетонкая кожаная папка Бориса Анатольевича, Жанниного папы, будет отправлена в Генеральную прокуратуру. Я сегодня утром звонил Карлу и рассказал о вашей охоте на Жанну. И он позволил мне объяснить вам, почему делать этого ни в коем случае нельзя. А в Россию он не торопится, опасается, что налет на продавцов Жанны был не случаен и кто-то его пытается подставить. Могу вас обрадовать, — улыбнулся он, заметив, как удивленно переглядываются остальные. — Карл не будет ставить на свое место сына. Лев останется в Италии. Карл не намерен бросать дела и уходить на пенсию. Но его, — он кивнул на Навруза, — потребовал заменить. Вот, — вытащил он из кармана маленький магнитофон, поставил на стол, нажал кнопку воспроизведения.

— Коллеги, — услышали все знакомый голос. — Вы услышите мое обращение после объяснения Абрама. Все, что он сказал, правда. Борис Анатольевич Малкин шантажировал меня. Он дважды спасал меня от правосудия, но собирал компромат и предъявил его мне. Что с ним произошло, все знают. Так вот. Жанну не трогать ни в коем случае. Но было бы неплохо как-то уговорить ее съездить в Женеву и по номеру своего счета забрать документы. Это возможно, но только с ее согласия. Навруза я увольняю. Надеюсь, вы поймете и поддержите мое решение.

— Нет! — Вскочив, кавказец отпрыгнул к стене. — Я…

— Сядь, — бросил Абрам. — Он не увольняет тебя совсем. Просто место председательствующего займет другой. Кто — решим.

В глазах Чарли промелькнула злая усмешка. Во взгляде Бакина Абрам увидел торжество.

— Так, — сказал он. — Нам нужен председатель. Свою кандидатуру я снимаю сразу. У меня полно дел. Англия, Германия и Голландия. Первая со своим отравленным мясом только прибавила хлопот. Приходится обрабатывать его по-новому и сдавать в придорожные кафе и столовые по более низким ценам. Но все равно: при самом хорошем раскладе мы потеряем около пяти тысяч долларов. По сравнению с тем, что могло быть, это капля в море.

— Я предлагаю Альберта Кононова, — неожиданно для всех проговорил Навруз.

— Решение, — сказал Абрам, — примем тайным голосованием. Результат оглашу я. Надеюсь, возражений не будет? — улыбнулся он.

— Нас шестеро, — высказался Чарли. — И может получиться пятьдесят на пятьдесят. Карл не назвал кандидатуру?

— Он предложил мне, — понял его Абрам, — но я отказался. Если будет так, как ты сказал, свяжемся с Кардиналом. И его голос будет решающим. Сейчас раздадут листки, и каждый впишет фамилию того, кто, по его мнению, достоин быть председателем.

— Понятно, — держа у уха сотовый телефон, усмехнулся Кардинал. — Ты, Абрам, воспользовался тем, что я отсутствую. Но ваше решение поддерживаю. Насчет Малкиной, значит, ты выложил правду. Надеюсь, вы найдете способ убедить ее. Нам, по-моему, вполне хватает Атамана, — недовольно добавил он.

— И еще. Вполне возможно, что-то Атаман сообщит милиции. Что — не знаю. Атаман непредсказуем.

— Эд, — сказал Абрам, — ты понимаешь, что говоришь?

— Очень даже понимаю. — Кардинал кивнул в ответ, словно тот мог его видеть. — Потому и сказал. Конечно, я сделаю все возможное и даже невозможное, чтобы этого не произошло, т исключать такой вариант нельзя. Все, о чем знал Атаман, нужно на какое-то время прикрыть. Собрать все бумаги в надежное место и немедленно закрыть счета по делам с Дальним Востоком. Именно за это может уцепиться МВД в случае откровенности Атамана. И еще. У меня неприятная новость: здесь ваш знакомый майор из управления. Он сделает все, чтобы взять Атамана. Хотя бы для того, чтобы поставить точку в его незаконченном деле. Так что нужны меры воздействия.

— Про кого ты говоришь?

— Майор Акимов.

— Подожди, — явно занервничал Абрам, — ты говоришь о…

— Именно. Это он вел дело Кузнецова. Тогда мы вовремя успеем принять меры.

— Хорошо.

— Значит, Кононов стал председательствующим. — Кардинал усмехнулся. — Поздравь его от моего имени. Правда, сейчас не совсем удачный момент. Но тем не менее, зная амбиции Альберта и то, что он очень давно хотел этого, поздравляю. А что с Алиевым?

— Он вернулся на свое место, — немного помолчав, ответил Абрам.

— Ясно, — засмеялся Кардинал. Правильный ответ он услышал в паузе. — Но имейте в виду — у него много родственников.

— Поэтому все будет не как обычно. И еще. Постарайся побыстрее вернуться. Здесь кое-что не совсем ясно насчет…

— Понял. Но раньше чем через пару дней — за это время ситуация с Атаманом должна проясниться — приехать не могу. До свидания. — Кардинал отключил телефон и усмехнулся. — Отсюда надо уезжать. Но не в столицу. Карл молодец, правильно делает, что не возвращается. Слишком многое сейчас зависит не от нас. К кому я сейчас могу обратиться? — задумался он. Не найдя ответа, поморщился. Нажал кнопку вызова.

В комнату вошел боевик.

— Свяжись с Милой, — приказал Эдуард. — Она мне срочно нужна. — Кивнув, боевик вышел.

— Да, — согласился с неожиданно пришедшей в голову мыслью Кардинал. — Это стоит попробовать. Черт возьми, — давая выход охватившему его раздражению, выматерился и саданул кулаком в стену. Коротко выругался снова и открыл бар.