Очнулся я оттого, что на меня что-то капало, и слышались рыдания. Открыв глаза, я увидел, что голова моя покоится на коленях у Ал’лилель, а она поливает меня слезами и зовет по имени. Заметив, что у меня дрогнули ресницы, она принялась трясти меня изо всех сил.
– Каин, очнись, Каин! Ты жив, Каин? – ее голос дрожал.
– Пока жив, но если продолжишь так меня трепать, то эта недоработка скоро будет исправлена, любимая, – с трудом разлепил я пересохшие губы.
Услышав мой голос, Ал’лилель снова заплакала, но в этот раз прижав меня к себе. Я почти не чувствовал ее прикосновений. Холод, который недавно охватил все тело, по-прежнему оставался в нем, я чувствовал его, хотя и лежал под палящим солнцем. Пошевелив рукой, я убедился, что тело свое ощущаю, как и раньше, но вот тепла тела Ал’лилель – нет. Решив отложить свои изыскания на потом, я попытался подняться, но был остановлен твердой рукой моей возлюбленной.
– Каин, лежи, тебе пока нельзя вставать, а я проверю, все ли у тебя в порядке, – произнесла моя ненаглядная, смешно хмуря брови.
Она опустила на меня ладони и принялась медленно водить ими по телу.
– Странно. Никаких повреждений нет, но ты ужасно холодный. Я даже подумала сначала, что ты умер. Все, теперь можешь подниматься и начинать целовать меня.
Я посмотрел на ее смеющееся лицо и заключил ее в объятия. Автоматически отметил ее удивленный взгляд, брошенный мне за спину. Уж таких-то взглядов я ощутил на себе предостаточно.
– Что там, Ал’лилель? – спросил я, убедившись, что за плечами по-прежнему ничего нет.
– Классный у тебя плащ, – с завистью протянула она. – Хочу такой же.
– А я хочу тебя, – сказал я, сильнее прижимая к себе ее гибкое тело.
Ал’лилель начала отбиваться.
– Нет, Каин, не здесь, ты с ума сошел! Я не хочу провести свой первый раз в окружении сотни трупов!
Я со вздохом отпустил ее и, поцеловав в губы, сказал:
– Тогда, думаю, нужно побыстрее уходить отсюда, пока никто не заинтересовался такими бурными магическими всплесками.
Она согласно кивнула. Мы в обнимку дошли до оставленной лошади. Подсадив девушку, я спросил:
– Не возражаешь, если мы поедем в замок моего отца?
Ал’лилель задумчиво на меня посмотрела:
– А когда я стану твоей спутницей?
Я засмеялся, обнимая ее ногу:
– Как ты думаешь, для чего я тебя туда везу? Сейчас это, наверное, самое спокойное место для того, чтобы провести обряд.
Она улыбнулась в ответ:
– Тогда у меня возражений нет.
Я шел, держась за стремя и отвечая на бесчисленные вопросы Ал’лилель о том, что делал, как жил без нее эти годы. Она хотела знать все. Я рассказывал и рассказывал, все время поглядывая на нее и улыбаясь, – она была прекрасна. Развевающиеся волосы, звонкий голос, раскрасневшееся личико… Наконец-то я мог этим любоваться, не опасаясь, что в следующий миг ее у меня отберут.
Так мы и двигались до самого замка отца, разговаривая и подшучивая друг над другом. Ночами мы спали, обнявшись и прижавшись друг к другу, но большего, чем поцелуи и объятия, Ал’лилель мне не позволяла. Грозно хмуря брови, она заявляла, что все произойдет только в замке и только после обряда, а то она знает случаи, когда молодые люди пользовались доверчивостью юных неопытных девушек, а потом бросали их.
Спорить и настаивать я не стал, решив, что несколько дней ожидания – ничто по сравнению с тем количеством лет, что я ее добивался.
Эпилог
До замка отца мы добрались без приключений. Наверное, моя открытая аура отбивала у всякого желание приблизиться, даже любимая иногда испуганно на нее косилась. Нас беспрепятственно, без единого вопроса пропустили в ворота. Только удивленные взгляды воинов провожали нас до входа в главное строение. Я повел Ал’лилель сразу в главный зал, поскольку был уверен, что отца оповестили и о моем прибытии и о том, что я не один. Открыв дверь, я убедился, что оказался прав: все Старшие вампиры рода сидели за столом. Когда вошли мы с Ал’лилель, воцарилось глубокое молчание. Я подошел к столу, но здороваться с сидящими вампирами не стал, так как, не принадлежа к роду Серебряного Тумана, обязан был сначала представиться его Повелителю.
– Отец, я пришел к тебе как сын, а не как изгнанник рода. Ты выслушаешь мою просьбу?
Отец посмотрел на меня, затем обвел взором зал.
– Да, кто бы мог подумать еще двадцать лет назад, что я буду принимать у себя в замке Рыцаря Смерти… И кто бы мог подумать, что этим Рыцарем окажется мой собственный сын!
Я пожал плечами:
– Я к этому не стремился.
– Слушаю твою просьбу, сын, – отец приподнялся из кресла.
– Отец, я хочу, чтобы эта девушка стала моей спутницей жизни. Ты проведешь наш обряд?
Сидящие вампиры искоса посмотрели на меня, но никто не произнес ни слова.
Отец повернулся к Ал’лилель:
– А что скажешь ты, эльфийское дитя? Желание своего сына я услышал, но обряд нельзя провести, если вторая сторона не хочет этого.
Ал’лилель покраснела и едва слышно ответила:
– Да, я согласна. Я хочу быть с Каином.
Отец усмехнулся и спросил уже нас обоих:
– Когда вы хотите, чтобы я произвел обряд?
Мы отозвались хором, но сроки назвали разные:
– Сейчас, – сказал я.
– Завтра, – сказала она.
Взглянув друг на друга, мы засмеялись. Отец улыбнулся и принял сторону Ал’лилель:
– Думаю, твоя девушка права, ей нужно как минимум привести себя в порядок после дороги, а также выбрать соответствующее ее красоте платье для обряда.
Он подозвал управляющего слугами, отдал ему несколько распоряжений, а затем снова обратился к нам:
– Вами займутся слуги и подготовят к завтрашнему ритуалу.
К нам подошел управляющий и повел нас наверх. Там он нас силой разделил, заявив, что мне не положено смотреть на спутницу раньше времени. Поэтому меня он закрыл в комнате, а сам с Ал’лилель отправился дальше.
На следующий день я стоял в главном зале в ожидании, когда введут Ал’лилель, и с ужасом вспоминал вечерние и утренние процедуры, которым меня подвергли слуги. Но невольная гримаса сменилась улыбкой, когда я припомнил, как недоволен был моим черным плащом за спиной портной, долго не веривший в то, что я его не вижу, и требовавший, чтобы я его немедленно снял, так как он портит все его задумки.
Только убедившись – после нескольких неудачных попыток, – что снять плащ невозможно, он решил подобрать мне другой костюм, который бы с ним гармонировал. Когда он закончил свое творение, я подошел к зеркалу: на меня смотрел абсолютно незнакомый вампир, в чем-то черно-красном, но очень красивом.
Зазвучал гимн рода. Я уставился на парадную дверь и во второй раз за утро не поверил своим глазам. В зал ввели девушку просто невероятной красоты, одетую в воздушное белое платье. Я застыл и открыл рот от изумления. Такой Ал’лилель я еще не видел. При виде меня она скромно потупилась. Я подошел и взял ее за руку, не веря в то, что все происходящее – это реальность, а не сон. Все время, пока продолжалась церемония, я не выпускал руку своей невесты, словно боясь ее потерять. Видимо, испытывая схожие чувства, она сама постоянно проверяла, рядом ли я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
