Меньше всего сейчас Лил хотелось обсуждать то, что произошло. Не желая, чтобы леди Стейн заметила её тревожное состояние, девушка отошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Во двор въезжали сразу несколько дорожных экипажей, сильно припорошенных снегом. Успевший сесть в седло, герцог подъехал к одному из них и с кем-то раскланялся, возможно, даже перемолвился словом. Из-за устроенного Лил ледового городка экипажи не могли подъехать близко к крыльцу. Гостям пришлось выходить прямо на аллее и идти пешком к парадному входу. Первым наружу выскочил Виктор и опрометью бросился к дому.
— У нас гости! — взволнованно произнесла Лил, поворачиваясь к леди Элен.
Девушка выбежала из гостиной в холл как раз в тот момент, когда вошёл Виктор. Маркиз схватил её в свои объятия, приподнял и от избытка чувств закружил вокруг себя. У них были какие-то пару мгновений побыть наедине, пока не набежали слуги и не добрались до входа остальные приехавшие.
— Как же я скучал! — признался Вик, покрывая лицо Лилианы поцелуями.
Эти слова стали последней каплей. Из глаз девушки неожиданно даже для неё самой потекли слёзы. Вокруг поднялись шум и суматоха. Леди Элен и Роза отдавали приказания слугам. Со всех сторон слышались возбуждённые голоса и приветственные восклицания. Но сейчас для Виктора существовала только его жена, точнее невеста, бледное личико которой по неизвестной причине было залито слезами. Не обращая ни на кого внимания, маркиз подхватил Лилиану на руки и понёс на второй этаж. Он ничего не понял из того, что ему пыталась сказать Элен, не услышал, что кричал вслед отец. Всё его внимание было сосредоточено на Лил. Пинком ноги распахнув дверь, Виктор вошёл в спальню и опустил свою драгоценную ношу на кровать. Затем снял с себя верхнюю одежду, небрежно бросил её прямо на пол, сел рядом с девушкой и с тревогой в голосе спросил:
— Что случилось?
Мужчина с трудом удержался от расспросов о Каунти. Но Лилиане необходимо было сейчас успокоиться и прийти в себя. Виктора сильно волновала её бледность.
— Ничего, — девушка села и положила голову любимому на плечо. — Обыкновенные слёзы радости.
— Ты больна? Выглядишь очень бледной.
— Наоборот, слишком здорова, — улыбнулась Лил, отстраняясь.
— Не пугай меня, Лил. Объясни, что происходит, — потребовал Виктор. — Ты едва не лишилась сознания там, внизу.
— Такое бывает с женщиной, когда она ждёт ребёнка, — просто ответила Лилиана.
Она не представляла, какова будет реакция Виктора, когда он узнает о её беременности. Лишь надеялась, что обрадуется, потому что однажды он признался, что хочет от Лил детей. Вик сидел и молчал. Привычка скрывать свои истинные чувства не изменила ему и на этот раз. Однако отменного лицедейства хватило лишь на несколько секунд. Маркиз вскочил на ноги и начал нервно расхаживать по комнате.
— Нам нужен врач! Ты должна быть постоянно у него под присмотром. Что-то не так. Мне не нравится эта бледность.
Виктор резко остановился, взъерошил рукой волосы и вдруг кинулся перед девушкой на колени.
— Неужели это правда, Лил? — хватая и целуя её руки, взволнованно произнёс маркиз. — Любимая, ты преподнесла мне огромный сюрприз. Забудь, что я говорил только что. Всё будет хорошо. Ты здорова и родишь здорового малыша.
Лилиана улыбнулась, понимая, что этими словами Виктор по большей части успокаивает не её, а себя, и уже представляла, кто из них двоих труднее перенесёт беременность. Между тем, маркиз поднялся с колен, снова сел рядом и сказал:
— Я люблю тебя.
За признанием последовал поцелуй. Виктор старательно сдерживал себя, не позволяя поднимающейся изнутри страсти возобладать над нежностью.
— У меня тоже есть для тебя сюрприз, — тихо произнёс он. — Правда, не настолько приятный, как твой. Скорее, совсем неприятный. Впрочем, решать тебе.
— Заинтриговал. Говори быстрее.
Лил села, подобрав под себя ноги. Она смотрела в обожаемые серые глаза и поневоле вспоминала другие. Грегори Каунти обязательно будет счастлив. Он встретит женщину во много раз лучше неё, Лил. Чистую и невинную, без обмана, пусть и вынужденного, за плечами.
— Я понял, что не смогу больше называть тебя Марианой. Никогда. Принц и отец настаивали, чтобы и развод, и свадьба были для общества тайной. В таком случае для непосвящённых ты бы так и осталась Марианой, а наш брак продолжали бы считать левиратным. Никакого скандала. Всё тихо, мирно. С юридической стороны не придраться. Другое имя? Подумаешь. Просто псевдоним. Мало ли что придёт в голову капризной знати? Ну, захотели сёстры поменяться именами. Что с того? Главное, что по документам ты Лилиана Стейн.
Виктор перевёл дыхание, обнял девушку и прижал к себе, словно желая защитить её от всего остального мира.
— Вот только я не хочу больше жить во лжи. Не хочу, чтобы ты жила во лжи. В общем, теперь весь двор знает нашу историю. Само собой, после такого скандала нам запрещено появляться во дворце. Ты будешь скучать по придворной жизни?
— О, да, конечно, — рассмеялась Лил. — Это лучшая новость из всех! Я надеюсь, мы навсегда избавились от этой повинности?
— Сомневаюсь, — покачал головой Виктор. — Судя по тому, что король предложил мне возглавить тайную королевскую службу безопасности, он не собирается отпускать меня от себя.
— Ты согласился? — с замиранием сердца спросила Лилиана.
— Нет.
Девушка выдохнула.
— А кто все эти люди, которые с тобой приехали?
— Наши друзья, — улыбнулся маркиз. — Те, кому плевать, принимают нас в обществе или нет. Леской, Ревьер, Доросский, Шевер с женой, Ванесса Милтори с дуэньей, мой отец. Все, кто хочет присутствовать на нашей свадьбе.
* * *
Алену Второму не спалось. Он ворочался с бока на бок, то и дело вздыхая. Мирелла не выдержала и возмутилась:
— В чём дело, мой король? Бессонница? Или тревожные мысли не дают вам покоя? От первого есть специальное снадобье. От второго — хорошее средство.
— Средство? Какое средство? — встрепенулся мужчина, принимая сидячее положение.
— Выговориться. Поведайте мне, что вас мучает.
Королева тоже села и приготовилась слушать.
— Я всё думаю о младшем Стейне. Как он мог так легко пренебречь своим положением в обществе? Зачем рассказал всю правду? Ведь мог же скрыть? Представляешь, он отказался от должности главы тайной королевской службы! Да за это место столько людей грызётся! А он сказал «Нет». Почему? Может, он сумасшедший?
— Зачем ему эта должность? У Виктора Стейна есть всё для счастья: любимая женщина, любимое дело и свобода. Положение в обществе? Когда это младшего Стейна волновало, что о нём думают другие? Его и раньше-то со скрипом принимали во многих благородных домах. Что-то не больно он расстраивался.
