– Господин вы уходите? – пискнула служанка, которую я уже выбросил из головы.
– Радуйся, ухожу.
– Заберите меня с собой, пожалуйста! – взмолилась она, – скоро сюда ворвутся солдаты, спасите меня.
– Извиняй, но мне и троих-то тяжело держать левитацией, так что расслабься и получай удовольствие. – Подбодрив, таким образом, девчонку, я ускорился и смазанным пятном сиганул с башни, помогая себе магией ветра.
На наш полет никто не обратил внимания даже если всадники на драконах пробились через скрыт. То не посчитали нужным бросаться в погоню за тройкой беглецов, когда сражение в самом разгаре. А битва, не смотря на подавляющее превосходство, нападающих в численности была жаркой.
Казалось все защитники разом, объелись мухоморов и превратились в кровожадных берсерков. Маги выкашивали простых солдат десятками, а при особо удачных атаках даже сотнями. Повсюду шныряли големы, маленькие, такие как был у Фуке почему-то не использовали.
У атакующих магов, возможно, было больше, но они не спешили вступать в бой и потому гнали, вперед пехоту, а вот защитники, поставили своей целью унести в могилу как можно больше народу, и не стеснялись с выбором заклинаний. Но долго наблюдать за битвой я не смог, поскольку по пологой дуге долетел до края острова, и отправился в свободный полет к Халгении.
Держать полноценную левитацию просто не хватало сил, поэтому я лишь облегчил наш вес, и мы неспешно парили вниз. Приводить в себя Табиту, я по-прежнему опасался, а потому отчаянно пытался достучаться до разума дракона при помощи псионики. Вообще телепатическая связь на большом расстоянии у меня только с Луизой получалась, но я надеялся на большую чувствительность драконов, да и на ретранслятор сигнала в виде бессознательной хозяйки дракона.
Не знаю, что помогло. Толи мои усилия по подманиванию Сильфиды, толи она сама постоянно крутилась рядом, и, почувствовав хозяйку, подлетела ближе. Но уже через пять минут свободного полета я удобно разместился на широкой спине драконихи. И прижав к себе девчонок, любовался остающимся за спиной Альбионом в ореоле радуги. Красиво, а то, что мы смогли оттуда уйти просто замечательно.
Жаль, что уйти смогли не все, я уже начал привыкать к рыжеволосой девице, и постоянным склокам Луизы и Кирхе. Правда там, на Альбионе осталась еще одна девушка, с которой я не прочь познакомится. Некто полуэльфийка Тифания. Да вот беда, я так и не придумал способа, при помощи которого ее можно обнаружить. А значит, наше знакомство откладывается, на неизвестный, но не слишком уж большой срок.
Хотя нет, вру на Альбионе осталось две девушки, с которыми я не прочь познакомится, но со второй, фамильяром мага пустоты, мне еще рановато встречаться.
А вообще нечего грустить, во всем надо искать положительные моменты. Да я потерял Кирхе. Зато теперь Табита станет гораздо ближе. Сейчас она немного не в себе, но я смогу ее успокоить, а поскольку кроме Кирхе и нас, у девочки больше не было друзей. Она сама потянется к нам за заботой, точнее ко мне. А уж когда я решу ее небольшую семейную проблему, более верного соратника будет не найти. Я задумчиво погладил синеволосую головку.
А еще необходимо разобраться с результатами моей аферы с кораблем. Моя регенерация определенно усилилась, но до возможностей знакомых мне метаморфов, как до луны пешком. Но ведь регенерация далеко не главная плюшка в пробуждении демонической сути. Куда важнее возможность попасть в свой домен, и собирать вокруг себя демоническую свиту. А так же усиливать свои возможности ударными темпами за счет пожирания этих самых сил у других разумных.
Для проверки своих сил, я попробовал погрузиться в свой домен. И у меня получилось. Я стоял на клочке земли, примерно два на два метра, парящем в пустоте. Не густо, но это всего кусочек моего домена, остальная часть отделена непроницаемой стеной, и видимо принадлежит моей основе. Мда, у меня не хватает сил связаться с самим собой даже в своем домене. Кстати, а я даже не представляю, что такое этот мой домен и где он физически находится, разве что на ум приходят объяснения Айи, о том, чем он так полезен. Хотя какое мне дело, до того где он и что это вообще такое? Это пусть основа думает, ему все равно заняться нечем, а у меня тут война на носу.
Я вернулся в реальность, так и не заметив нескольких десятков маленьких искорок, которые вплетались в основание моего маленького мира, отдавая свою суть на его расширение.
ОтступлениеКрепость Ньюкасл, ранее слывшая как неприступная твердыня, в настоящее время представляла собой руины. Стены замка от неоднократных попаданий заклинаний и пушечных залпов были превращены в груды камня. Тут и там были видны следы применения высших заклинаний, особенно хорошо были заметны следы применения стихии земли. Собственно благодаря им величественная крепость превратилась в унылые руины. И конечно, кругом валялись просто горы трупов, сожженные до неузнаваемости, или разорванные на куски они застилали землю.
Хотя осада и была кратковременной, но мятежникам – нет, уже не мятежникам, поскольку после смерти короля "Реконкиста" стала новым правительством в Альбионе, – был нанесен невообразимый ущерб. Триста обезумевших от горя, солдат Королевской армии против четырех тысяч убитых повстанцев. И еще четыре тысячи раненых. После таких жертв назвать это победой можно было с огромной натяжкой.
Крепость, расположенная на мысе плавающего континента, могла быть атакована только с одной стороны. Но не это стало залогом таких потерь, защитники по так и не выясненной причине позволили ворваться во внутренние переходы крепости, и только потом стали оказывать сопротивление.
Тем не менее, благодаря ощутимому численному превосходству, "Реконкиста" одолевала защитников. И тогда произошло самое страшное, для мятежников. Оставшиеся королевские маги, сотворили заклинание землетрясения чудовищной мощности, и похоронили под руинами крепости, как себя, так и атакующих.
Другими словами, заключительная битва в гражданской войне Альбиона – осада крепости Ньюкасл – борьба горстки сторонников короля против стократ превышающего по численности противника и нанесенный ими ущерб, сопоставимый с действиями десятка армий… стала легендой.
Через несколько дней после битвы человек, который совсем недавно был простым епископом, позже стал главнокомандующим "Реконкисты", а сейчас являлся Королем, а по его собственному мнению Императором Альбиона, Оливер Кромвель, в окружении многочисленной охраны прогуливался по руинам крепости. Ему было около тридцати пяти лет. Одет в круглую шапочку и зеленую мантию. Из-за чего его с первого взгляда можно было принять за священником. Из-под края шапочки выглядывали вьющиеся светлые волосы. Лицо его украшал длинный орлиный нос и умные пронзительно-голубые глаза.
