– Ну-ну, это было бы слишком просто! – иронично заявил жуткий дух и мгновенным ударом когтей отсек ему половину руки. – А знаешь, я, пожалуй, сыграю с тобой в состязание! – в голосе чудовища звучал нарочитый сарказм. – Кто кого убьет первым! Я дам тебе время, у тебя ведь ещё есть одна рука! Ты же знаешь, есть такие раны, от которых не умирают быстро!
Кишащий червями мертвец захохотал и ударом ноги перевернул Синзяо на спину, точно так же, как он сам ещё недавно переворачивал на улице заледеневшее тело убитого охотника. Наполненные мраком глаза маслянисто сверкнули, чудовище взмахнуло когтистыми руками и вспороло вождю живот. Синзяо, обезумев от животного ужаса и невыносимой боли, смотрел, как ужасающий дух потрошит его тело, быстрыми движениями вышвыривая наружу внутренности, и с надсадным сипением пытался уцелевшей рукой разбирать не поддающуюся обессиленным пальцам каменную кладку очага.
Глава седьмая
Душераздирающие крики, доносящиеся из лачуги, смолкли, сменившись едва различимым хрипением, и полуживой от ужаса Хэу посмотрел на Юо. Едва дверь жилища внезапно захлопнулась сама по себе, разгоняя во все стороны клубы валившего из щелей полога колдовского дыма, оба воина, не сговариваясь, бросились прочь от лачуги. Остановиться они смогли, только отбежав от неё на расстояние броска копья. Никто не решался открыто предать вождя, так как знал, что другой использует это против него без колебаний, но обуявший воинов страх не позволял им вернуться обратно. Они молчаливо решили ждать окончания сражения здесь, не приближаясь к обители злых и беспощадных духов. Синзяо сражался долго и, судя по звукам битвы, отчаянно. Ему явно противостоял не один и не два, а целое племя духов, и сможет ли вождь одолеть такое количество потустороннего зла, не понимал никто. В другое время они давно уже бежали бы из долины, но ведь Синзяо сразу предупредил, что на его стороне сам Великий Дракон и битва будет нелегкой. С огромным трудом пересиливая страх и инстинкт самосохранения, воины не сводили глаз с лачуги, готовые броситься прочь на пределе сил при первых же признаках гибели вождя.
– Почему он не выходит? – нервно прошептал Юо, косясь на Хэу. – Шум битвы затих, крики и стоны смолкли! Что, если его убили злые духи?! Тогда они захотят прийти и за нами тоже!
– Ждем до полудня и возвращаемся! – заявил Хэу. – К жилищу подходить не будем…
– Дверь открывается!!! – оборвал его Юо, сжимаясь в комок, словно вот-вот рванется бежать.
Оба воина обратили наполненные ужасом взгляды на вход. Полог лачуги откинулся, и из него в клубах колдовского дыма появился Синзяо с окровавленным копьём в руке. Он был бодр и свеж.
– Мои храбрые верные воины! – он потряс копьём. – Это я, Синзяо, ваш вождь и шаман! Я одержал нелегкую победу, но отныне лютое зло повержено! Идите же сюда, чего вы медлите!
Хэу и Юо бегом рванулись к нему, сожалея о том, что к моменту его выхода оказались так далеко от лачуги. Если Синзяо заподозрит их в малодушии и желании сбежать, бросив его, последствия будут самыми плачевными, и потому лучше как можно быстрее засвидетельствовать вождю свою преданность.
– Ты долго не выходил, после того как всё стихло! – попытался оправдаться Юо.
– Я восстанавливал силы и проверял, не осталось ли среди поверженных духов подранков! – сообщил Синзяо, демонстрируя им окровавленное копьё. – Никто из них не ушёл от меня!
– Кровь? – удивился Хэу. – Разве у злых духов бывает кровь? Они же лишены тела!
– Это колдовская кровь! – важно объяснил Синзяо. – Взирайте на копьё, мои храбрые воины!
Раскосые глаза приближенных расширились от изумления, когда прямо под их взорами густо покрывающая копьё кровь зашипела и начала превращаться в багровый пар, не оставляя после себя никаких следов. Спустя несколько мгновений копьё было чистым, словно только что отмытое.
– Ты действительно сразил духов! – благоговейно прошептал Юо и упал на колени. – Жёлтый Дракон Синзяо, ты самый великий воин и шаман в этом мире!
– И в потустороннем мире тоже! – подхватил Хэу, падая рядом и отбивая поклоны.
– Отправляйтесь назад, воины! – Синзяо расправил плечи, и голос его зазвучал раскатисто. – И сообщите моему племени, что отныне долина Оюнсу принадлежит им! Приведите людей сюда, пока враги не разыскали их! Я останусь здесь, мне необходимо провести ритуал очищения этого жилища!
– Ты не пойдешь вместе с нами, Жёлтый Дракон? – Хэу поднялся на ноги. – Люди могут не поверить нам. Ты обещал лично вернуться за ними и отвести к новому дому.
– Взамен на помощь в битве с армией зла Великий Небесный Дракон потребовал от меня клятвы никогда не покидать пределов долины Оюнсу! – объяснил Синзяо. – Зато теперь его милость падет на всё племя! – Вождь торжественно воздел копьё вверх. – Смотрите! Сейчас Великий Дракон пошлет нам снегопад, который скроет наши следы от врагов!
Воины задрали головы и увидели сгущающиеся в ещё недавно чистом небе тучи.
– Торопитесь! – велел Синзяо. – Как только племя вступит в долину, снегопад усилится и сделает тропу непроходимой и вражеские отряды вернутся домой ни с чем! Но нам Великий Дракон благоволит! Морозы внутри долины всегда будут мягкими, охотничьи угодья богатыми, а воды реки – изобиловать рыбой! Ступайте же немедленно, мои храбрые воины, и приведите сюда всех! Мне важен каждый человек!
Хэу и Юо поспешно развернулись и заторопились исполнять повеление великого вождя. Они сделали с десяток шагов, как с неба донесся далекий протяжный птичий крик. Хэу посмотрел вверх. Драконокрылая птица парила в небесах, и воин почувствовал, как вдоль позвоночника тонкой струйкой течет холодок, словно невиданная птица вперила в него укоризненный взгляд, а он дрожит, будто желторотый юнец.
– Жёлтый Дракон Синзяо! – Хэу обернулся к вождю, но тот уже скрылся внутри жилища. – Драконокрылая птица всё ещё здесь! Она взирает на нас сверху, я чувствую на себе её взгляд!
– Не бойтесь, воины, эта птица не опасна! – донеслось из хибары. – Раньше она прислуживала злым духам, теперь осталась не у дел! Можете убить её. Пусть это будет состязанием, объявите воинам: тот, кто принесет мне её мертвую тушку, будет щедро вознагражден!
С этими словами он задернул входной полог, и воины продолжили путь. До самого выхода из долины Оюнсу Хэу невольно косился на зависшую в хмуром небе огромную птицу, но та парила на недосягаемой для стрел высоте, и с её коробящим душу взглядом приходилось мириться.
Ожидающее возвращения вождя племя обнаружилось в крайнем смятении. Женщины испуганно закрепляли детей и поклажу на волокушах, воины торопливо мастерили ловчие западни прямо на месте стоянки. Едва Хэу и Юо вышли из кустов, к ним бросился один из воинов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
