5 Pigeonneau. Т. II. Р. 117.
6 Относительно торгового значения руанской ганзы см.: Freville.
Мёпкнге sur le commerce maritime de Rouen; Cheruel. Histoire de Rouen pendant l’6poquc communale.
326
При Людовике VII она монополизирует в своих руках всю
торговлю на нижней Сене, со времени же Филиппа Августа, именно с 1194 года, к этому присоединилась такая же монополия и на всем верхнем течении реки7. «Никто, - говорится
в соответствующей грамоте Людовика VII, - не должен привозить или вывозить из Парижа водным путем какие-либо
товары, если он не принадлежит к числу marchands de Геаи
или не состоит в товариществе с одним из членов этой корпорации»8. Для того, чтобы оценить значение подобной привилегии, необходимо иметь в виду, что водные пути составляли
в описываемое время единственные доступные и удобные торговые пути. Недаром, именно так называемое стапельное право, право, предоставлявшее в руки данной компании если и не
всю вообще торговлю, то, по крайней мере, господство и контроль над торговлей на известном участке того или иного важного пути, составляло важнейшее право всякой местной торговой гильдии и основу ее монопольного положения в торговле всего данного округа9.
К началу тринадцатого столетия почти вся торговля Франции, по крайней мере, на протяжении важнейших торговых путей, оказалась разделенной между таким монопольными торговыми компаниями. Ганза в Руане, компания marchands de Геаи в
Париже, луарская компания, jurade в Бордо, batellerie Орлеана, Сомюра, Анжера и Нанта - все это были крупные торговые товарищества, монополизировавшие в своих руках торговлю каждая в своем районе, причем влиянию их подчинялись
теперь уже не отдельные города, но целые обширные территории. Так, влияние руанской ганзы распространилось на всю
Нормандию, влияние парижской компании - на Иль де Франс10.
В области внутренней торговли Франции евреям, таким образом, все более приходилось встречаться с возрастающей даже
0
7 Levasseur. Histoire des classes ouvridres et de Г Industrie en France avant 1789 (2-me edition). Paris, 1900. Т. I. P. 335 suiv.
8 Leroy. Dissertation sur I’origine de I’Hdtel de Ville. Pdice № 3.
Речь идет о торговле по нижнему течению Сены до г. Манта, то
есть до границ Нормандии.
9 В Париже ни один иностранный купец не мог провезти своих
товаров без представителя от компании marchands de Геаи, за что
должен был отблагодарить последнего подарком, разумеется, не низкой стоимости или же уступить ему половину своих товаров по цене, указанной в декларации (Pigeonneau. Т. I. Р. 119).
10Pigeonneau. Т. I. Р. 177.
327
не конкуренцией, по с чисто монополистическими тенденциями торговых компаний национальных купцов, тенденциями, делавшими для них невозможным какое-либо участие в торговых операциях вообще. Не в лучшем положении оказывались
еврейские торговцы и в области внешних торговых сношений.
Торговля восточными левантийскими товарами с течением времени все в большей и большей степени сосредоточивается непосредственно в руках итальянских купцов, вытесняющих, таким образом, евреев и из той посреднической торговли, которая, как мы видели, на некоторое время еще оставалась в их руках
после потери ими торговых связей с Востоком. Особенно усиливается приезд итальянских купцов во Францию с двенадцатого столетия. С возникновением в половине этого столетия
знаменитых шампанских ярмарок почти одновременно образовалась и специальная организация итальянских купцов, посещавших эти ярмарки. Корпорация эта, известная под названием «союза итальянских купцов, посещающих ярмарки Шампани и Франции»11 и объединявшая купцов различных итальянских городов, сразу же приняла обширные размеры. Купцы
из Италии все в большем числе начинают встречаться и на
других французских ярмарках, на знаменитых парижских ярмарках Lendit и Notre Dame de Paris так же, как и на крупнейших ярмарках, обслуживающих западную Францию12. Одновременно развиваются и кредитные операции итальянских
купцов и банкиров во Франции. В короткое время вся Франция оказывается усеянной отделениями различных итальянских банков13. А так как, как мы знаем, денежные операции обычно в это время связывались с торговыми, то, по крайней мере, относительно некоторых из этих банкирских контор можно думать, что они в более или менее значительных размерах занимались и торговлей и прежде всего, конечно, торговлей восточными
пряностями и другими произведениями Востока. Участие итальянских купцов в торговле Франции, таким образом, становилось все более постоянным и интенсивным14. Конкуренция с
м См. Schulte. Band I. S. 160. Относительно торговли итальянских
купцов на шампанских ярмарках ср. также Heyd. Geschichte des Levanthandles im M.A. Band II. S. 702 f.
12 Pigeonneau. Т. I. S. 243.
13 C m. Piton. Op. cit.
14 Я не говорю о посещении итальянскими судами французских
гаваней, так как этот факт относится уже к позднейшему времени.
328
сильными и постоянными итальянскими торговыми домами, к
тому же находившимися в несравненно более выгодных условиях по сравнению с еврейскими купцами, оказывалась для этих
последних совершенно непосильной, и в результате уже к тринадцатому столетию, как говорит Пижонно, «царство евреев во
Франции кончилось, началось царство ломбардцев»15.
Если, таким образом, вся левантийская торговля перешла в
конце концов в руки итальянских купцов, вместе с чем евреи
лишились всякого хотя бы посреднического участия в ней, то в
торговых сношениях Франции с северными странами, и прежде всего с Англией, они могли принимать еще меньше участия, так как с самого своего возникновения вся эта торговля находилась почти исключительно в руках так называемой лондонской ганзы, образованной фландрскими городами с участием и
многих городов северной Франции. В результате всех описанных обстоятельств еврейская торговля начала заметно падать
во Франции еще в одиннадцатом столетии, в течение же следующего столетия евреи оказались окончательно вытесненными
и устраненными из области как внутренних, так и внешних
торговых сношений Франции.
Ту же картину мы находим и в Англии. И здесь торговые
гильдии возникают уже с конца одиннадцатого столетия. Еще
до норманнского завоевания в Англии были распространены
религиозные гильдии и общества. «Вполне возможно, что тогда же могли образоваться подобные общества для торговых
целей»16. Первое определенное указание на существование
именно купеческой гильдии мы встречаем в 1093 году17. Купеческие компании, по-видимому, однако, уже в это время и, во
всяком случае, с начала двенадцатого столетия представляли в
Англии широко распространенное явление. С царствования
Генриха I (1100-1135) начинается целый ряд жалованных
грамот, выдававшихся городам королем и высшими лордами, причем во всех этих грамотах выдающееся место принадлежит признанию местных купеческих гильдий18. Как и во Фраи-
13 Pigeonneau. Т. I. S. 248-252.
16 Эшли. Экономическая история Англии в связи с экономической
теорией. Перевод под ред. Петрушевского. М., 1897. С. 80; ср. Кеннин-
гэм. С. 112, 162.
17 Gross. Gilda mercatoria. Gottingen, 1883. P. 32.
18 Gross. Gilda mercatoria. P. 37 f. Существование купеческих гильдий с несомненностью может считаться доказанным, по крайней мере, для 92 английских городов из 160 городов, посылавших своих пред329
ции, товарищества крупных торговцев первое время являлись
исключительными вершителями городских судеб. Слова гильдия и коммуна имели в это время тождественное значение19.
Как и во Франции, купеческие гильдии первым делом поспешили обеспечить себе монопольное положение в торговле.
Торговая монополия составляла, можно сказать, первоначальную цель в образовании гильдий. Монопольное право гильдий
устанавливалось здесь в еще более решительных и определенных выражениях, нежели во Франции. «Знайте, - говорится, например, в грамоте Генриха II Оксфорду, - что мы выразили
гражданам Оксфорда согласие на все вольности, какие имели
они во времена деда нашего Генриха, и, именно, на свою торговую гильдию, так что никто из непринадлежащих к гильдии не
должен торговать ни в городе, ни в его предместьях»20.
Внешняя торговля Англии, получившая более значительное
развитие лишь с двенадцатого столетия, с самого начала сосредоточивалась преимущественно в руках фландрских торговцев, образовавших со специальной целью торговли с Англией
так называемую лондонскую ганзу, в которую вошли все более
значительные города Фландрии и к которой несколько позднее
примкнули и города северной Франции21. Рядом с фландрскими купцами очень рано видную роль во внешней торговле
Англии начинают играть и отдельные немецкие города, прежде всего Кельн. Еще в половине двенадцатого столетия ганза
