Media закрыли
FilmStruck. Газета
The New York Times назвала эту новость “ужасающей”; появились списки лучших фильмов, которые можно было посмотреть на сервисе до его исчезновения. Это подтолкнуло компанию
Criterion запустить свой собственный цифровой потоковый сервис под названием
Criterion Channel. Сегодня
Criterion доступен в любом месте, где есть интернет, – это гиперкурированная версия
Netflix. Эта библиотека включает в себя богатый набор руководств по просмотру, исторические интервью с режиссерами, видеоэссе от критиков и подборки фильмов по годам. Подобные индивидуальные рекомендации и контекстные материалы отличают библиотеку от алгоритмической домашней страницы
Netflix.
Я поговорил с Пенелопой Бартлетт, которая до 2022 года являлась директором программ канала Criterion. Бартлетт стала в Criterion составителем программ – то есть сотрудником, который выбирает фильмы для показа (еще один вид кураторства) – в 2016 году, после работы на кинофестивалях и продюсирования. По ее словам, этот труд “сродни тому, чем занимается составитель программы в артхаусном кинотеатре: подбирает тематические программы, компонует фильмы в интересные, привлекательные пакеты”. Например, это могут быть ретроспективные показы конкретных режиссеров, фильмы определенных актеров, отражающие развитие их карьеры, или киносеансы из двух полнометражных фильмов.
“Вот это действительно вдумчивая кураторская работа персонала Criterion Collection, а не какой-то алгоритм”, – говорит Бартлетт. Даже если учесть помощь алгоритмических рекомендаций, широта доступного в Сети контента может вызвать своего рода паралич принятия решений. “Людей часто ошеломляет колоссальный выбор в потоковом вещании. Мы часами решаем, что посмотреть”, – продолжает Бартлетт. Программа Criterion “просто пытается помочь людям наслаждаться фильмами и открывать их для себя, используя захватывающие, но в то же время контролируемые способы, чтобы вы могли справиться за вечер”.
Бартлетт описала свою роль как попытку “держать людей за руку”. “Иногда люди немного пугаются этих режиссеров, снявших тридцать фильмов. Вы не знаете, с какого начать, а в итоге не смотрите ни одного, потому что не знаете, что выбрать первым”, – объясняет она. Алгоритмическая рекомендация, основанная на том, какой фильм смотрели больше всего раз, может оказаться не самым лучшим методом. Цель Criterion выходит за рамки поверхностных рекомендаций: “Это не просто что-то, что я должен посмотреть, но и то, почему я должен это посмотреть, и что еще я могу посмотреть вместе с этим”. Criterion действует как своеобразный знак одобрения контента, продиктованный не количеством зрителей или продажами, а чисто художественным качеством, которое определяют кураторы из персонала компании.
Criterion помог мне обнаружить мой собственный вкус в кинематографе. Одним из моих любимых режиссеров стал гонконгский режиссер Вонг Карвай – за искрящуюся визуальную эстетику и медленное, ностальгическое, романтическое повествование. Еще подростком я увидел его фильм 2000 года “Любовное настроение” в местном магазине сети Blockbuster – на полке с иностранными картинами, в виде DVD с логотипом Criterion на футляре. С тех пор со мной навсегда остались показанные в фильме двойные браки в Гонконге середины века и неудачные любовные отношения (не говоря уже о том, что герои питаются супом-лапшой на вынос). Именно благодаря этой компании и неизвестному, но уважаемому мною сотруднику Blockbuster я вообще познакомился с творчеством Вонга. После “Любовного настроения” я перешел к более ранней картине “Чунгкингский экспресс” – комедийному нуару о несчастном полицейском – и фильму “2046” – более мрачному сиквелу “Любовного настроения”, попавшему под влияние научной фантастики.
Если бы не случайное открытие в магазине Blockbuster, я мог бы полностью пропустить работы Вонга в период моего становления, поскольку у меня отсутствовал доступ к кинофестивалям или артхаусным кинотеатрам, – однако теперь все эти фильмы можно найти в Сети. Потоковый канал Criterion Channel сочетает в себе мгновенную, свободную от географической привязки доступность интернета с глубоким ответственным курированием библиотеки или музея – лучшее из обоих миров, но без постоянного отвлечения со стороны бесконечных лент. Это представление о том, как мог бы работать интернет, если бы мы решали, как он должен работать.
Плата за культуру онлайн
Еще один шаг на пути к лучше курируемому интернету – тщательное продумывание бизнес-моделей для используемых нами платформ. Существует аксиома, возможно, возникшая из одного комментария на форуме блога MetaFilter в 2010 году: “Если вы не платите за это, то вы не клиент, а продукт, который продается”. Когда цифровые платформы бесплатны и зарабатывают на рекламе, их контент сводится к методам привлечения внимания. Но если вы оплачиваете непосредственно сам контент, он становится более экономически стабильным, и в него, как правило, инвестируется больше ресурсов – а это хорошо как для создателей, так и для потребителей. На таких стриминговых сервисах, как Netflix и Spotify, с пользователей берут абонентскую плату за доступ к контенту, но эти средства распределяются по всему контенту на платформе, и обе компании все чаще обращаются к рекламе, поскольку рост числа новых подписок замедлился.
Альтернативная система – небольшие потоковые сервисы, где вы можете подписаться на определенный набор курируемого контента и поддержать непосредственно его создателей. Criterion – один из таких вариантов для потокового видео, но существуют и другие, специализирующиеся на британском телевидении, триллерах или аниме. В 2015 году появился стриминговый сервис Idagio, предназначенный исключительно для классической музыки. В разговоре со мной создатель сервиса Тиль Янчукович назвал его “справедливым стримингом” – подобно кофейным компаниям, которые гарантируют отсутствие эксплуатации фермеров, выращивающих кофе. В то время как Spotify выплачивает деньги артистам и лейблам, отталкиваясь от количества прослушиваний длительностью более тридцати секунд, Idagio, размещающий гораздо более длинные записи, нежели обычная поп-песня, производит выплаты на основании процентной доли времени прослушивания определенного лейбла, вплоть до секунды. Например, если пользователь тратит 30 процентов своего времени на прослушивание записей компании Deutsche Grammophon, то этот столетний немецкий лейбл классической музыки получит 30 процентов средств, поступивших от этого пользователя. Как правило, чем лучше выдерживаются пропорции платы создателям контента – тем платформа устойчивее.
Последние десятилетия существования интернета в основном базировались на обеспечении максимально свободного доступа к контенту. В 1990-х и начале 2000-х годов сайты казались незначительными побочными расходами для бизнесов, а не основными продуктами. Затем, с появлением Google Search и AdSense, основной бизнес-моделью в Сети стала реклама. Поскольку увеличение трафика означало увеличение количества денег, ограничение доступа не имело смысла. С появлением социальных сетей такие компании, как Фейсбук, Твиттер и Ютьюб, поглощают все большую часть рекламных доходов, захватывая внимание пользователей с помощью алгоритмических лент и продавая собственную рекламу, вынуждая авторов и публикаторов играть по этим правилам. Только в последние годы мы начали понимать, что продажа внимания может быть более сложным и менее устойчивым делом, нежели продажа самого контента с отказом от посредничества в
