Плот толкнулся в скалу, солдаты и гребцы попрыгали за борт. Вперед вырвался бочкообразный рангун, дешифратор донес его истошный крик: "Вперед! Вперед!". И тут же, словно не поняв собственного приказа, он бросился назад и, остановившись уже по колено в воде, потерянно оборачивался, словно допрашивая себя, как его сюда занесло.
Мария, непрерывно меняя фазы и силу импульсов, ведя аппарат по всей разбросанной линии атакующих, быстро путала в каждом единство движений. Рангун, командовавший отрядом, снова выбирался из воды на берег, снова орал "вперед!" и сам же, вместо броска на защитников, вдруг начинал вертеться - словно собака, преследующая собственный хвост. И его солдаты тоже вертелись, кто вправо, кто влево, у каждого неутомимо трудилась одна нога, другая отказывала - он бегал послушной ногой вокруг второй, окаменевшей. Наступающий отряд превратился в скопище живых волчков, вращающихся в разные стороны, толкающихся плечами, сшибающих один другого и падающих.
- Какой прекрасный приступ массового безумия! Какой роскошный концерт массовой эпилепсии! - восторженно кричал Бах. Он понял, что Марии помощь не понадобится, и, не отдаляясь от своего хроноорудия, весь отдался смакованию разгрома неприятелей.
Командир отряда чудовищным напряжением воли преодолел непослушание рук и ног и заковылял, спотыкаясь на ровной почве, к передовому хроноорудию. Ручной резонатор, покачиваясь в нетвердых руках, угрожающе нацеливался на Марию. Мария хладнокровно повернула хроногенератор на подходившего Бессмертного. Предводитель отряда вразброд замахал руками, выронил резонатор и стал стираться. Он еще был, и его уже не было - почти вплотную перед хроноорудием пошатывался призрак рангуна, а не рангун. Призрак повалился наземь и замер. Бах подбежал к нему: на земле лежало живое, слабо шевелящееся привидение - сквозь полупрозрачное бочкообразное туловище смутно проступали камни.
- Забери резонатор и сними сетку у него с головы! - крикнула Мария.
Бах с трофеем в руках убрался к своему орудию.
Борьба с командиром отряда отвлекла Марию от нейтрализации остальных. В отряде восстановилось подобие порядка. Уже несколько обезьяноликих солдат лезли на орудия, безошибочно установив, что в них основа обороны. Нападающие были слишком близко, чтобы ограничиться слабыми хроноимпульсами. И люди, и Старейшины позади людей, и рядовые дилоны увидели зрелище, которое могло померещиться лишь в малярийном бреду. У нападающих в телах разорвалось единство времени. Вдруг появились одни свирепо оскаленные морды, морды орали и мчались, а шей, их несущих, не было, и туловищ не было, и ноги отсутствовали. А на другом краю отряда бежали одни ноги без туловищ и голов и чуть повыше ног раскачивались и самостоятельно нацеливались несущиеся сами собой резонаторы. И где-то перли одни лохматые туловища без голов, без ног и без рук.
Еще продолжавшаяся инерция атаки оборвалась. Нападающие валились один за другим. Все пространство перед двумя хроноорудиями было усеяно телами хавронов. Мария остановила хроногенератор. Единство времени медленно восстанавливалось - безногие и безрукие туловища обретали конечности, у безголовых обрисовывались головы.
- Неплохо, - буднично оценил обстановку Кнудсен. - Теперь разоружаем лохматых, пока их силы не восстановились.
Трое хронавтов снимали с хавронов защитные металлические сетки и собирали брошенные резонаторы. Бах наклонился над сраженным рангуном. Это был его старый знакомый Варана, Бессмертный No 44, вместе с Кагулой, Бессмертным No 29, встречавший пленного Баха в городе рангунов. Варана приходил в себя; он еще не мог подняться, но в глазах возрождалось сознание.
- Привет тебе, Варана, вельможа кровопийцы и Верховного Злодея Ватуты! - обратился Бах к пленному. - Теперь наши роли переменились, не так ли? Но в отличие от вас, обрекших меня на казнь, я не собираюсь насильственно превращать в смерть ваше бессмертие. На короткий срок привили тебе любимую болезнь дилонов, маленькую рассинхронизацию организма - и все. Как себя чувствуешь, дружок Варана?
Варана с усилием приподнял голову, оперся руками о скалу. Ответ - на хорошем человеческом языке - прозвучал стоном:
- Спутаны времена мои. Ах, как спутаны времена мои!
К Баху, услышав его разговор с рангуном, подошли Мария и Кнудсен. Аркадий с дилонами относил в тыл отобранное оружие. Бах продолжал допрашивать пленного:
- А что мой добрый друг Кагула? Все ходит на задних ножках перед Верховным Злодеем? Что так смотришь? Не узнаешь меня?
У Вараны уже хватило сил на обстоятельный ответ:
- Я узнал тебя, иновременник. Ты Бах, археолог, академик и человек, что, как ты сам объяснил, означает одно существо. С твоим другом Кагулой плохо. Ватута заточил Кагулу.
- Заточил своего любимца? Своего спасителя в битве с Кун Канной? Я не ослышался?
- Ты не ослышался, человек и Бах. Кагула отказался воевать с вами. Кагула сказал, что он вам друг, а не враг. Сейчас Кагула в цепях у ног Ватуты. Властитель грозит, что так будет с каждым, кто ослушается. Никто не ослушался, но многие колеблются.
Варана показал, что хочет подняться. Бах помог ему встать на ноги. В разговор вступила Мария:
- Ты не колебался, верно? Я три раза поражала тебя, пока спутала твое жизненное время. Ты зашатался лишь после второго хронопопадания.
Бессмертный No 44 бесстрастно возразил:
- Я колебался. Но в душе, а не на ногах. Кагула своим непослушанием поразил мою душу, ты поразила мои ноги.
- Колебался в душе, но всем телом бросился на нас! И вел на нас озверелых хавронов!
- Повелительница! Хавроны выполняли мой приказ, я выполнил приказ Властителя.
- Ты назвал меня Повелительницей? - Мария внимательно всматривалась в рангуна. - Значит ли это, что ты выполнишь мое повеление? Ты отрекаешься от Ватуты?
- Я в твоем плену и в твоей власти. Приказывай, Повелительница - так тебя назвал сам Ватута. Так тебя называем мы все.
- Очень хорошо! Анатолий, разреши мне действовать? - Кнудсен молча кивнул. - Варана, мы пойдем на приступ позиций Ватуты. Мы хотим выручить нашего друга Кагулу. Повелеваю тебе принять командование над хавронами, которых ты отберешь. С нами пойдут, конечно, не все.
Варана поднял голову.
- Пойдут все, Повелительница. Еще не было случая, чтобы хавроны ослушались моих приказов. Я командую гвардией Ватуты. - И он добавил с радостью: - Спасем Кагулу! Спасем Кагулу!
Кнудсен распорядился:
- Собирайте хавронов. Плот в порядке - отправимся на плоту. Миша, погрузи один хроногенератор. Идем мы трое, Аркадий остается. Поторопимся. Ватута, наверно, нервничает, что долго нет победных реляций, и может сообразить, что это означает поражение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
