Первый вывод: не расслабляться! Вывод второй: следует постоянно держать несколько готовых к активации плетений и три, лучше четыре, пассивных щита. Как показала практика, времени плести что-нибудь убойное никто не даст. Вывод третий: не соваться к гнездам огульно, лучше предварительно выведывать обстановку. Вывод четвертый: повторно лезть не имеет смысла, ему не рады, идеи драконьей стаи не найдут понимания среди местного бомонда. Вывод пятый, самый главный: воздушный боец из него никакой. Что из этого следует? Из этого следует шестой вывод: необходимо обучаться драконьим премудростям. Без решения остается небольшой вопрос: где найти учителя на время запланированной операции?
При случае следует узнать, что это были за драконы и почему они напали без предупреждения. Подобное поведение больше подходит… хищникам, охраняющим свою территорию. Догадка неприятно кольнула разум, отозвавшись горечью и разочарованием. Выходит, его затея пуста, изначально обречена на провал? Андрей стукнул кулаком по земле — ну уж нет, он не свернет с намеченного пути!
Сменив ипостась, он нырнул в холодные воды горного озерца…
* * *
Как позже сказал Седой — он знал Натигара. Изумрудный, в самом расцвете сил дракон уцелел после уничтожения Леса, но встречаться с ним не стоило. Молодой дракон повредился рассудком, ему хватило воли покинуть атакующий клин, но на этом лимит везения закончился. Никто не знал, что взбредет в его голову в следующий момент…
От охотничьих отрядов изумрудного спасли отвесные скалы и спячка, в которую он улегся на пятьдесят лет. Таким образом, он протянул три тысячелетия. Спал, просыпался лет на пять и опять впадал в сонное забытье года на три или четыре. Неизвестно, сколько продолжалось бы такое существование, прерванное самозваным благодетелем. Встреча двух драконов закончилась смертью хозяина пещеры. Если бы не предпринятые гостем меры безопасности, то без головы остаться мог он. Изумрудный был первым и, как надеялся Андрей, последним драконом, которого он убил.
Андрей долго исследовал подходы к пещере, намечал пути отступления. Кто знает, как оно сложится? Обжегшись на молоке, приходилось дуть на воду. Десятки автономных сторожевых модулей, переориентированных на сбор информации, кружили вокруг горы с гнездом.
Хозяин оказался на месте. Крупный дракон, с чешуей насыщенного изумрудного цвета, занимался чисткой пещеры от грязи и остатков трапез. Мусор и кости подхватывались маленькими смерчами и относились вихрями к стремительной реке, протекающей в лиге от гнезда, где сбрасывались в воду. Неплохой способ зачистить следы своего пребывания.
Андрей долго раздумывал, какую линию поведения выбрать? Оказывается, он совсем не знает психологию крылатого племени. Карегар не зацикливался на подобных вопросах. Ягирра обучала его магии и также не особо освещала психологию хвостатых и чешуйчатых, априори он приравнивал поведение драконов к человеческому, перенося на хвостатых присущие людям черты характера. Насколько далеки предположения от действительности, стало понятно, когда вышепоименованный хрустальный дракон, по доброте душевной, чуть не стал мужем одной зубастой красавицы. То, что для одних было естественно, как воздух, для него оставалось тайной за семью печатями. С какого боку подойти к изумрудному соплеменнику — было неясно. Может, существуют особые ритуалы? Тарг его знает, как себя вести!
Как ни выворачивай мозги набекрень, но общаться придется. Метод проб и ошибок никто не отменял. Андрей, заготовив несколько защитных и атакующих плетений, полетел навстречу судьбе.
За две лиги до гнезда в небе полыхнула тонкая, ажурная конструкция сигнального купола — изумрудный получил известие о приближающемся госте. Андрей подождал реакции хозяина, дракон остался стоять на площадке у своей пещеры, сторожевые модули, о которых гость в этот раз не забывал, контролировали верхнюю и заднюю полусферы. Никаких опасных сюрпризов и озлобленных вторжением местных жителей не наблюдалось. Обстановка вселяла некую уверенность.
Подлетая к площадке, Андрей вытянул вперед лапы и часто забил крыльями. Следуя проснувшемуся наитию, он посмотрел на изумрудного дракона. Тарг, во встречном взгляде желтых глаз плескалось безумие. Моментально активированный щит поглотил «ледяную стрелу», направленную в незащищенное при посадке брюхо. Андрей сложил крылья, свалившись сверху на безумца. Мощный удар отбросил его к скальной стене. Изумрудный не собирался подставлять шею под клыки, развернувшись, он взмахнул хвостом. Во все стороны брызнули золотистые чешуйки, правый бок хрустального дракона окрасился темной кровью. Жаркое пламя растеклось по защитному щиту. Второй взмах вспорол воздух, Андрей, отскочив в сторону, зарядил по хозяину «прессом». Ставший тугим воздух отбросил противника к зеву пещеры, вспоровшие скалу «каменные ножи» пробили выставленные щиты и, словно бабочку, насадили дракона на острия. Яркий всполох. Начав отрабатывать атакующую связку, Андрей просто не смог остановиться: свист «секиры», и обезглавленное тело, дернувшись на каменных иглах, обмякло. Рядом распластался ошеломленный внезапной и скоротечной схваткой «благодетель».
Мыслей никаких. Залитая кровью площадка напрочь отбивала любой мыслительный процесс. Обрушив мощным фаерболом своды пещеры и похоронив своего визави, Андрей слетел к реке.
Тарг! Черт рогатый и прочие исчадия ада! Да что ж это такое?! Кому он наступил на хвост или отдавил копыто? Почему? Почему Судьба или Близнецы так играют с ним? У кого-то слишком изощренная фантазия. Поотшибать бы рога этому фантазеру. В первый момент он хотел бросить затею и махнуть домой. Мол, не по Сеньке кафтан, но… как потом смотреть в глаза остальным? Фрида, Ланирра, малыши, родители… Что он скажет им?
Андрей, смыв свою и чужую кровь в ледяной воде, погрузился в сэттаж. Транс позволил привести мысли в порядок и восстановить энергетические потоки, короткое слияние с астралом подхлестнуло регенерацию тканей.
В схватке с изумрудным было множество несуразностей, сейчас, находясь в сэттаж, Андрей мог сказать, что встретил ребенка. Да, «ледяная стрела» выглядела грозно, но она не повредила щит. Боевой вариант разнес бы защиту вдребезги. Большой ребенок не понял, за что на него набросился нехороший дядя. А «нехороший дядя», подхлестнутый громадной порцией адреналина, воспринял игру как нападение. С другой стороны, игра и игрушки были не столь безобидны. Впавший в детство дракон мог оторвать «залетной бабочке» крыло или голову, ему было невдомек, что «бабочке» может быть больно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
