Поэтому, проходя мимо присматривающего за этим жилым крылом дворца распорядителя, он словно невзначай остановился и защелкал пальцами. Будто бы припоминал что-то.
— Да, господин Невменяемый?
— Кто у меня в комнате убирает?
— Самая доверенная и опытная служанка.
— Пусть будет осторожна и не порежется осколками. Зеркала разбились.
— Не извольте беспокоиться! — заверил распорядитель с поклоном. Ему было не привыкать к причудам высших правительниц и их гостей. Такой профессионал научен лишних вопросов не задавать и в любом случае крепко держать язык за зубами.
Хотя наверняка донос о разбитых зеркалах и о жутком беспорядке в спальне элитного гостя пойдет по инстанции. Да и Молли о порче узнает. А вот как отреагирует? И что ей сказать в ответ?
Но, выходя в парк, Кремон уже знал, как себя вести предстоящим вечером. А заметив толпящихся возле флигеля вчерашних приятелей, больше ни минуты не сомневался в правильности принятого решения: надо опять как следует напиться и погулять!
Иначе огромные и доверчивые глаза дочери не дадут заснуть даже с помощью волшебного плода из Поднебесного сада.
Глава тридцать первая
ВТОРОЙ ПОВОРОТ ИСТОРИИ
И опять гулянка удалась на славу. Правда, сам Невменяемый на этот раз значительно сдерживал себя от чрезмерного возлияния, оставался вполне адекватен и даже сам в финале вечера помахал рукой дежурящим на коньке крыши боларам, показывая условным сигналом: «Дрова пора грузить!» Громогласно попрощался с завывшими от печали собутыльниками, щедро метнул одному из них отощавший кошелек с остатками монет и, улетая, выкрикнул с бравадой:
— Пейте за мое здоровье и за великое Царство Огов! А завтра я снова буду с вами!
В царском дворце ничего с первого взгляда не изменилось. Но наверняка доклады о прибытии Героя к Галиремам полетели немедленно. Потому что не успел Кремон войти в свою комнату и подивиться идеальной чистоте, целехонькому шкафу и равнодушно отражающим зеркалам, как следом за ним в комнату деловито вошла Молли. Но теперь ее поведение резко отличалось от утреннего. Видимо, такое поведение нового подданного переполошило соправительниц не на шутку, и они применили к своей любимице самые строгие меры воздействия. Мать крошки Паулы выглядела влюбленной, покладистой, ласковой и умиротворенной.
— Дорогой, я так по тебе соскучилась! Давай забудем нашу утреннюю размолвку как плохой сон? — Она нежно прижалась к его груди, буквально заставляя себя обнять и прижать покрепче. — Мы ведь любим друг друга, и отныне наши судьбы связаны воедино.
Если бы это говорилось от всей души или хотя бы простыми фразами, но она задействовала все свои колдовские силы, пользуясь внушением. Поэтому Невменяемый, стараясь не морщиться от частого покалывания амулета на лодыжке, только и сумел, что притвориться и максимально воспользоваться складывающейся обстановкой:
— Конечно, дорогая. Я тоже без тебя не мыслю своего существования, так что никакие размолвки нас не разлучат.
— О-о… желанный! — Молли с наивысшим мастерством опытной искусительницы стала действовать своими ручками, вводя мужчину в состояние похоти.
Но он неожиданно перехватил эти ручки, нежно поцеловал и решительно приказал:
— Все ласки откладываем на утро! Сейчас немедленно съедаем волшебные плоды! — Метнулся к тумбочке, достал оттуда два завяленных фрукта и один протянул Галиреме: — Ешь!
А сам быстренько заглотил второй. Как это ни странно выглядело после такой горячей и пылкой страсти и попытки соблазнить, но Молли согласилась почти моментально. Что лишний раз подтвердило ее притворство и откровенное нежелание заниматься любовными игрищами этой ночью. То ли она и в самом деле слишком увлеклась своим новым любовником, то ли окончательно охладела к Великому Герою. И ей наверняка гораздо приятнее показалась перспектива побывать в Сонном Мире, чем без особого желания выкладываться в вынужденных постельных сценах. Она без раздумий съела плод, метнулась под душ, дисциплинированно и без соблазнительных выкрутасов улеглась в кровать. Но так как перед сном требовалось хоть какое-то время для настроя, равнодушным голосом спросила:
— Когда зеркало разбилось, ты не порезался?
Голень болела нещадно, и рана беспокоила весь день, но жаловаться не имело никакого смысла:
— Как видишь, колотых ран на теле не наблюдается.
— А как это случилось?
— Да все цепочкой потянулось: вспомнил о тебе, потом о Пауле, взбесился от осознания, что не могу ее видеть и общаться, и в приступе бешенства вырвал дверцы шкафа.
— О-о-о! С нервами у тебя непорядок…
— Не люблю, когда от меня прячут близкого человека.
— Никто от тебя дочку не прячет, надо только придумать какой-то приличный повод, а то она и так к тебе тянется, словно к близкому родственнику.
— Скажем ей, что я ее дядя, — предложил Кремон, — Но предупредим, что об этом никто знать не должен. Большая и страшная тайна.
— А что, вполне прекрасный выход из положения, — почти сразу согласилась Молли. — Но потом не обижайся, если ты от поведения нашего сокровища на стенки кидаться станешь.
— Не стану, справлюсь.
— Ну вот и отлично! — с некоторым злорадством в голосе заулыбалась Галирема. И даже вполне охотно выслушала инструкцию по поведению в Сонном Мире.
— Значит, так, в этот раз постараемся работать в паре. На Матери-поляне нет никаких ориентиров, но я все равно постараюсь тебя отыскать. Ни в какие хороводы не рвись, только постарайся находиться на ветках дерева, которые нависают над поляной чуть выше верхнего уровня цветов. Я буду лететь по часовой стрелке, так что посматривай мне навстречу. Поняла?
— А если ты меня не найдешь?
— Массу удовольствия ты можешь получить, и не влетая на поляну, — с сарказмом напомнил Кремон. — Тем более что я очень постараюсь тебя разыскать. Чтобы мы узнали друг друга в любом случае, вначале обменяемся вот такими жестами. А потом…
— Ну что будет потом, я и сама догадываюсь, не маленькая, — хихикнула Молли.
— Вот и не угадала! А потом мы будем учиться разговаривать и понимать основные серии запахов. И для начала опробуем самые простейшие слова и выражения. Запоминай каждый жест, который будет соответствовать определенному словосочетанию.
Следующие полчаса у них ушло на согласование предстоящего изучения языка Сонного Мира. Видимо, Галиреме и самой стало интересно, потому что она отнеслась к предстоящему эксперименту с должным вниманием и уважением.
Но вот дальше все-таки не сдержала свой норов и закапризничала совсем на иную тему:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
