— Я знаю эту историю, – ответил Кайна, в глазах его появился неподдельный страх. – До нас она тоже дошла. Король Холоу, который убил мужа сестры и ее малолетнего сына, а потом овладел девицей и сослал ее в отдаленный монастырь, где она сошла с ума после обряда очищения и умерла.
— Вы очень точно подметили суть, – заметил Тибальд. – Хотя у нас все было представлено немного иначе. Граф был обвинен в государственной измене и казнен, а его жена сошла с ума от горя.
— Ведь этот человек был вашим дедом и двоюродным дядей короля Виктора, – покачал головой маг. – Вы близкая родня, как могло так все измениться? Если только проклятие было снято.
— Да, оно было снято, – кивнул Тибальд. – Теперь я точно знаю это. Мой настоящий отец, принц Сэдрик и девица Лонвал, дочь графа Годфри и Дарии Лонвал, любили друг друга. Они и сняли проклятие. Поэтому ни я, ни Виктория, ни Виктор не унаследовали жестокосердия и нетерпимости наших предков.
Королева с интересом слушала мужа, увлеченная историей их семей. Сама она знала только официальную историю, которую Холоу предоставлял Вандерширу, оправдывая свои зверства.
— А Николь? – вспомнила вдруг она.
— Она не относится к Кальтбэргам, – ответил ей муж, ласково взглянув на них с девочкой. – Она дочь леди Николь Годфри-Лонвал, дочери Дарии и графа Годфри.
— Это она жила тут? – догадалась Виктория.
— Да, единственное, что я знаю о ней, это то, что после смерти родителей она жила при дворе, – Тибальд задумался и умолк ненадолго. Королева и маг терпеливо ждали продолжения. – Максимилиан был добр к ней, вернул этот замок, отнятый и разграбленный при аресте ее родителей. Но кто же мог знать, чем обернется для нее эта мнимая забота родственника. Теперь я понимаю, что мой отец сошел с ума не из-за эльфийских чар, которые наслала на него мать. Мои предки могли свести с ума любого, кто попадал к ним в немилость. Эрик не пожелал рассказывать мне о матери, хотя знал о ней все до момента моего рождения. После этого она удалилась от двора и поселилась тут.
— Неужели они отняли у нее ребенка? – ужаснулась Виктория.
— Я был прямым потомком наследного принца, – вздохнув, ответил Тибальд. – Отпрыском старшего сына Максимилиана. А у Эрика детей еще не было. Поэтому меня отдали ему, чтоб династия не оборвалась.
— Я чувствую только боль и страдания тех, кто жил тут, – произнес Кайна печально. – Этот замок наполнен скорбью и отчаянием.
— И это неудивительно, – вздохнул король. – Она была совсем одна в полной власти Максимилиана и Эрика. Одно навсегда останется загадкой, кто отец Николь. Кто забрал несчастную девушку отсюда и куда? Все, кто что-то знал о событиях тех дней, уже мертвы. Деревни вокруг опустели, а при дворе она не появлялась больше.
— Это так печально, – Виктория поднялась. – Бедняжка Николь.
— Она стойко все это выслушала и радовалась хоть каким-то сведениям о своих настоящих родителях, – с улыбкой ответил ей муж.
В воцарившейся тишине, пока все думали о темном прошлом Холоу и Лонвалхолла, отчетливо было слышно шорох листвы за окном и потрескивание огня в очаге. Где-то закричала ночная птица и вновь стало тихо.
— Я уложу ее спать, – Виктория поднялась, уже убаюкав дочку.
В коридоре послышались торопливые шаги и в дверь постучали.
Тибальд велел входить. Кайна пошел с королевой в спальную, чтобы помочь уложить ребенка. Виктория уже овладела всеми необходимыми для матери навыками, но еще боялась оставаться надолго без помощи мага. Новым слугам она не желала доверять ребенка.
— Ваше Величество, ужин уже готов, – сообщил старик-дворецкий. – Подавать в столовой?
— Да, мы спустимся через минуту, – ответил король, обращаясь с прислугой излишне мягко, но по-другому он не умел. Поэтому чаще доверял это жене, более непреклонной и суровой. – Пришлите няньку, чтобы посидела с принцессой, пока мы будем за столом.
— Слушаюсь, Ваше Величество, – слуга поклонился. – Еще одно. Прибыл какой-то человек, говорит, что из столицы, и просит аудиенции.
— Что за человек? Дворянин? – спросил король, заинтересовавшись таинственным гостем.
— Нет, не думаю, – дворецкий был осторожен в выражениях, не желая неподобающе охарактеризовать гостя, который мог оказаться важным человеком. – Одет как простолюдин, но при оружии и верхом.
— Что ж, пусть пройдет в столовую и ждет нас там, – решил Тибальд.
— Ваши друзья, господа Вестон и Уинтер, уже беседуют с ним, – сообщил дворецкий.
— Это не лишнее, мало ли что за странник забрел к нам в это неспокойное время, – усмехнулся король. – Эти ребята быстро выяснят, кто он и откуда.
— Да, Сир, – старик поклонился и вышел. Тибальд был доволен слугой, отметив его учтивость и сдержанность.
Через четверть часа король с королевой спустились в столовую, где их уже ожидали офицеры и гость. В просторном зале, украшенном только лишь подсвечниками на длинных ножках, стоял длинный дубовый стол, принадлежавший еще прежним владельцам замка. Стулья были новые, но неплохо сочетались со старым столом. На белоснежной скатерти красовалось дорогое серебро и канделябры. В большом очаге пылал огонь.
Виктория с любопытством посмотрела на молодого человека, ожидавшего аудиенции ее мужа. Тибальд приблизился к камину, около которого собралось все немногочисленное общество. Капитаны кивнули, приветствуя его, гость поклонился. Это был обычный парень, внешне ничем не отличавшийся от обычного жителя Холоу. Одежда его была простой, какую носили крестьяне, только искусной работы пояс и ножны с мечом шли в разрез с остальным нарядом.
— Добрый вечер, господа, – поприветствовал их король. Виктория одарила их улыбкой. – Представьте мне вашего собеседника. Вы уже узнали о цели его визита?
— Нет, он желает говорить только с королем, – ответил хмуро капитан Уинтер, которому редко не удавалось разговорить нужного человека.
— Назвался Смитом, – усмехнулся второй вандерширец. Тибальд прекрасно знал, что в Холоу в каждом селении было не меньше трех Смитов.
— Аллель? – услышали они голос мага за спиной. Кайна спустился с опозданием, задержавшись возле малышки. Теперь он медленно входил в столовую, во все глаза разглядывая гостя. Виктория, недоумевая, переводила взгляд с одного на другого, догадываясь, в чем тут дело.
— Простите, Ваше Величество, – гость взмахнул рукой перед своим лицом и на месте крестьянина оказался темноволосый литиат. – Я хотел убедиться, что вы с королевой тут, прежде чем обнаружить себя.
Он украдкой поглядывал на друга, остававшегося стоять в дверях.
