– Действительно, зачем нам эти проблемы? – горько усмехнулась Рита. – Ты мечтаешь плавать на корабле? Вот и плавай. Только я не мечтаю ждать тебя всю жизнь. Я мечтала любить тебя и быть всегда с тобой, а не ждать, пока ты в каждом порту будешь забавляться с красивыми любовницами! Так что я никогда не буду твоей женой! Понятно? Прощай, Капитан!
– Ты помнишь эти детские глупости? Перестань.
Но Рита уже не слушала его. Она вырвалась и побежала к воде. С разбегу она нырнула в воду и поплыла к другому берегу. Женька схватил свои вещи, запихнул всё в рюкзак и поплыл следом.
Рита шла по тропинке. Мокрое платье облепило ноги и мешало идти, по спине стекала с волос вода, на макушку капал дождик, а из глаз, как будто другой воды было мало, лились слёзы. От ночной прохлады начало знобить.
Женька наконец-то завёл старенький мотоцикл и догнал её.
– Садись.
Но Рита молча продолжала идти. Тогда Женька слез, поднял Риту на руки и посадил на мотоцикл впереди себя. Рита сначала попыталась брыкаться, но потом подчинилась мужской силе и притихла.
Мотоцикл мчался в ночной мгле, выхватывая светом от фары только маленький клочок дороги. В горячих объятиях Капитана Рита согрелась. Она уже не дулась на него и с нежностью потёрлась своей щекой об его щёку. Женька крепче прижал её к себе.
– Какая же ты у меня взбалмошная дурёха! – улыбнулся он.
– Нам, женщинам, по статусу положено быть такими.
– Ну раз положено, значит, придётся всю жизнь терпеть. Я же люблю тебя, а поэтому принимаю тебя такой, какая ты есть.
– Что-что ты сказал?
– Я люблю тебя.
– Что? Я не расслышала.
– Я люблю тебя! Я люб-лю те-бя!! Я о-чень люб-лю те-бя!!! – орал Женька во всё горло, невзирая на то, что они уже ехали по ночной Москве.
Рита рассмеялась. От охватившего её восторга она громко запела песню, а Женька подхватил. Они ехали и как полоумные орали детскую песенку: «Скатертью, скатертью дальний путь стелется и упирается прямо в небосклон. Каждому, каждому в лучшее верится. Катится, катится голубой вагон…»
У Ритиного подъезда они долго целовались, не желая расставаться, как будто за эту ночь они стали единым целым, и теперь их отделить, отодрать друг от друга невозможно.
Но стрелки часов неумолимо двигались, приближаясь к двум часам.
– Анна Брониславовна там с ума сходит. Пора идти, – нехотя отстранился Женька.
– Пора, – вздохнула Рита.
Они вошли в подъезд. Старенький вахтёр громко похрапывал. Они тихонько прокрались мимо каморки и подошли к лифту. Рита повернулась к Женьке.
– Неужели уже завтра ты уедешь?
Женька молча кивнул.
– И долго ты будешь плавать на своём идиотском корабле? – уныло спросила она.
– Зачем ты так говоришь? Этот корабль замечательный. И рейс очень интересный. Мы с группой учёных будем плавать по Тихому океану. Представляешь, как здорово?!
– Представляю, – без энтузиазма ответила Рита. – А когда ты вернёшься?
– К Новому году.
– Кошмар! И ты всегда будешь так надолго уплывать?
– Это же моя профессия. Смотря на какой корабль меня направят. Я мечтаю, конечно, попасть на большой лайнер. Если я закончу с красным дипломом, мне дадут возможность выбрать место будущей работы. Так что, я надеюсь, всё у меня получится. Тогда рейсы будут долгими, по несколько месяцев в году.
– А ты не распределяйся на лайнер. Иди лучше на маленький теплоходик, который по Москве-реке плавает. Зато ты часто будешь дома. И я тебя буду всё время встречать на пристани и махать платочком. Представляешь, как здорово?!
– Нет. Я не для того так долго шёл к своей мечте, чтобы как на трамвае бороздить туда-обратно загаженную речку. Я мечтаю о больших просторах, о морях и океанах, об удивительных дальних странах…
– Где тебя в каждом порту будут ждать красивые любовницы, – угрюмо продолжила Рита.
– Зачем ты вспоминаешь эти детские глупости? – рассмеялся Женька.
– Почему глупости? Это же тоже была твоя мечта.
– Нет. Теперь моя мечта – это ты. Я мечтаю возвращаться из дальних странствий, заходить в свой дом, тихо открывать дверь, проходить в спальню, а там ты спишь, разметав свои рыжие локоны по подушке. Я подойду, нагнусь к тебе и буду целовать, целовать…
Женька показал Рите, как он будет её целовать. Рита притянула его к себе и ответила с такой страстью, как будто он действительно только что вернулся из дальнего плавания.
Рита не хотела, чтобы он её дальше провожал, но Женька, невзирая на протесты, довёл её до квартиры и «сдал на руки» бабушке.
– Анна Брониславовна, простите, что мы так долго сегодня гуляли. Не ругайте Маргаритку, – сразу начал говорить Женька, не дав бабушке даже рта раскрыть. – Это моя вина. Простите, что не сдержал своего слова. Я завтра уезжаю, поэтому мне тяжело было с Маргариткой расставаться.
У Анны Брониславовны после этих слов гнев тут же улетучился.
– Неужели уже завтра? – охнула она. – Тогда, конечно, Евгений, я вас прощаю. Честно говоря, я не очень и беспокоилась. Я знала, что раз Рита с тобой, значит, с ней ничего плохого не может случиться. Вот если бы она была одна или с кем-то другим, тогда беды не оберёшься. Она бы обязательно влезла в какую-нибудь историю. А на тебя, в отличие от неё, можно положиться.
Рита усмехнулась. Слова бабушки её задели.
– Ох-ох-ох! Какой ты у нас хороший! Мальчик – паинька, а почему ты не расскажешь бабушке, чем мы с тобой занимались? – прощебетала она с ехидной улыбкой.
Анна Брониславовна удивлённо взглянула на Риту, потом на Женьку, потом опять на Риту. Женька засмущался, но виду не подал.
– Ничем постыдным мы не занимались, – сказал он невозмутимо.
– Естественно. Отношения между мужчиной и женщиной не могут быть постыдными. Всё было прекрасно! – улыбнулась Рита. – Мы с ним, бабушка, занимались любовью.
И, увидев, как щёки Женьки запылали, а лицо у бабушки вытянулось, Рита ушла в свою комнату, предоставив Женьке возможность самому выкручиваться из щекотливого положения.
Это была месть за отвергнутые чувства, месть за то, что Женька старался всегда быть на высоте, за то, что все его так и воспринимали, как очень порядочного человека. А Рите так хотелось от него хоть чуть-чуть безрассудства!
Женька, конечно же, выкрутился. Слишком сильна была у бабушки вера в его порядочность. И слишком хорошо бабушка знала, что Рита любит приврать. Поэтому Анна Брониславовна поверила Женьке, а не своей внучке.
Рита переоделась в халат, когда Анна Брониславовна зашла в её комнату.
– Зачем ты поддеваешь Евгения? Он такой хороший парень!
– Слишком хороший, даже чересчур! – ответила Рита.
