времени все не было. Обсерватория представляла собой величественное здание, расположенное на вершине холма, откуда открывался захватывающий вид на город внизу. Мы припарковали машину и поднялись по ступенькам ко входу.
Архитектура внушала благоговейный трепет, смесь ар-деко и современного дизайна, элегантного и неподвластного времени.
Внутри мы осмотрели увлекательные экспонаты, рассказывающие об астрономии и устройстве вселенной.
– Ты знаешь об астрономии гораздо больше, чем я думала, – сказала я, в то время как Ари указывал на фотографии различных созвездий и небесных тел.
– Ммм, по какой-то причине я заразился звездной болезнью, когда был маленьким… и она так до конца и не прошла, – сказал он, подмигнув.
Я приподняла бровь, но затем взгляд привлек снимок черной дыры, и я забыла, что он сказал.
Но настоящий сюрприз ждал снаружи. Когда мы поднялись на крышу обсерватории, над нами раскинулось ночное небо, его бархатное великолепие было усыпано миллионами мерцающих звезд. Ари договорился, чтобы нам устроили уютное местечко с одеялами и подушками, в комплекте с высококачественным телескопом, направленным в небеса.
Я повернулась к нему с ухмылкой, сердце пропустило удар.
– Мы идем любоваться звездами?
Глаза Ари заблестели в лунном свете и он кивнул.
– Так и есть, – тихо сказал он.
Я устроилась на подушках, Ари настроил телескоп, и мне открылся бесконечный простор космоса. Мягкое сияние городских огней под нами, безмятежность ночи и обещание бесчисленных звезд над головой создавали картину абсолютного совершенства.
Он лег рядом, и мы уставились на ночное небо, переплетая пальцы.
– Я полюбил тебя в тот самый момент, когда увидел в первый раз, – внезапно пробормотал Ари, и у меня перехватило дыхание. Я отвернулась от сверкающих небес и посмотрела ему в лицо… вид был еще лучше.
– Правда?
Он повернулся, чтобы тоже посмотреть на меня.
– Мне было двенадцать лет, и уже тогда я все решил. Прекратил поиски. Нашел то, чего всегда хотел. Это может показаться глупым. Но так действительно случилось со мной.
Я схватила его за руку, чтобы успокоить, и потерлась щекой о шершавую ладонь.
Я всегда ассоциировала этот приют с началом всего плохого, что было в моей жизни. Но недавно, благодаря терапии, я поняла, сколько хорошего там было. Там я потеряла Ари. Но также и нашла его. И именно так собиралась начать думать.
– Я не смотрела на звезды с тех пор, как уехала из детского дома, – пробормотала я, нахмурившись. – Думаю, было слишком больно, потому что они ассоциировались… с тобой.
– Тогда я был банальным ублюдком, не так ли? – он ухмыльнулся, и я фыркнула, убрав руку со своего лица на грудь, чтобы у меня была возможность прижаться к нему.
– Ты все такой же банальный ублюдок. Но мне это нравится, – сказала я, подаваясь вперед, чтобы поцеловать его.
«Ари, как ты думаешь, я буду грустить вечно?»
Слова из прошлого сильно поразили меня.
– Блэйк, ты в порядке? – спросил Ари, и я поняла, что зависла над его губами… ничего не говоря.
– Мне больше не грустно, – прошептала я.
– Что?
– Мне больше не грустно. Когда мы были детьми, мы любовались звездами, и я спросила, думаешь ли ты, что мне будет грустно вечно. И все это время… так оно и было. Но теперь – нет, – слезы потекли по моим щекам. – Благодаря тебе.
Он изучал меня, во взгляде было столько любви, что стало трудно дышать.
– Не думаю, что могу приписать себе все заслуги, солнышко, – мягко сказал он.
Полное безумие, что это было правдой.
С того дня, когда я начала контролировать свою жизнь… Я не резала себя и не блевала… Даже не взвешивалась. Говорила себе «Я идеальная» каждый божий день, глядя в зеркало… независимо от того, был ли Ари внутри меня или нет.
Я добросовестно ходила на терапию каждую неделю, даже когда это было отстойно или больно.
Я заботилась о себе каждый день.
И, конечно, Ари тоже заботился обо мне.
Он сиял, когда мы смотрели друг на друга. Никто не гордился мной больше, чем он.
Но еще лучше было то, что я, наконец, тоже гордилась собой.
Ари приподнялся с подушек, лицо немного побледнело, когда он посмотрел на меня сверху вниз.
– Просто чтобы ты знала, мы уже женаты. И это не изменится.
Я посмотрела на него, сбитая с толку, прежде чем тоже села и подогнув под себя колени.
– Что? Что случилось?
Он вытащил из кармана фиолетовую бархатную коробочку и открыл ее, показывая обручальное кольцо, инкрустированное бриллиантами, которое идеально подошло бы к огромному камню, который не снимался с моего пальца с тех пор, как мы воссоединились.
– О, Ари…
– Блэйк, как хорошо известно, ты уже моя жена. Но у меня была придумана речь с того момента, как я увидел тебя на том рекламном щите. Она была о том, как сильно я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Но у меня не было возможности сказать это…
Он ухмыльнулся, потому что знал так же хорошо, как и я, что это было ужасной ложью, учитывая, что произошло той ночью.
Ари продолжал без раскаяния, и я удивленно покачала головой.
– Итак, мы повторим… если ты не против.
Я кивнула, уже расчувствовавшись, потому что чертовски сильно любила его.
– Солнышко. Я чертовски люблю тебя. Я одержим тобой. Ты – все, что я вижу. Ты – мое прошлое, мое будущее… Ты – все. Я увидел тебя в двенадцать лет, Блэйк, и моя душа узнала тебя. Поняла, что ты принадлежишь мне. При любых обстоятельствах, в любой жизни… Я бы нашел тебя. Я знаю это каждой клеточкой своего существа…
– Ари, – прошептала я, мир расплывался от слез – было так приятно, что они на этот раз были по-настоящему от счастья.
– Однажды я дал обещание, что проведу остаток жизни в попытке сделать тебя счастливой. И даже несмотря на то, что ты чертовски хорошо справляешься с этим сама… для меня все равно будет честью сделать все твои мечты реальностью. Так что, миссис Ланкастер…
Я хихикнула, потому что было немного странно получать предложение руки и сердца, когда у тебя уже был муж. И его фамилия.
– И, пожалуйста, помни, у тебя есть только один реальный вариант ответа, – напомнил он, доставая кольцо из коробки и дотягиваясь до моего пальца. – Окажешь ли мне честь, позволив делать тебя счастливой до конца наших дней?
Он надел кольцо мне на палец так, чтобы оно прилегало к другому кольцу.
– Да. Тысячу, миллион раз «да», – воскликнула я, падая в его объятия.
После этого он занялся со мной любовью под
