Государственная бюрократия и дворяне (дворня) — опора такого государства, где нет граждан, нет вассалов, а есть только подданные.
Московские князья требовали беспрекословного подчинения и покорности и имели практически неограниченную власть. Не только простолюдин, но и боярин и князь должны быть «холопями государевыми», и в этом — вовсе не утрата прав или какие-то иные глупости, а высший государственный смысл.
И при этом совершенно неважно, КАКОВ сам государь…
Вот ведь удобство-то! Подданный может быть сколь угодно умен, опытен, достоин, совершенен. Великий князь московский может быть сколь угодно туп, бесчестен, лично ничтожен, ублюдочен, отвратителен. Но дело подданного — служить князю-ублюдку, как он служил бы самому Господу Богу, терпеть любые его качества и исполнять приказы, любые, в том числе и самые идиотские.
Какая удобная идеология!
Эпопея первопечатника Ивана Федорова, или Кое-что о русском книгопечатании
Называть его первопечатником могли только в Московии. Вероятно, не знали, что официальной датой начала книгопечатания считается 1455 год — Иоганн Гутенберг выпустил первую печатную Библию. Демон книгопечатания выпорхнул из бутылки, и печатные книги стремительно завоевывали Европу. В 1465 году они появляются в Италии, в 1468 — в Чехии и Швейцарии, в 1469 — в Голландии, в 1470 — во Франции, в 1473 — в Польше и Венгрии, в 1474 — в Испании и в Бельгии, в 1477 — в Англии.
Конечно, это печать латинскими буквами, но и начало русского книгопечатания относят к 1491 году, когда в Кракове Швайпольтом Фиолем выпущены первые книги кирилловского шрифта.
А после Ш. Фиоля был еще и Франциск Скорина, сын купца из Полоцка. Этот Франциск Скорина мало того, что печатал книги на церковно-славянском и на русском языках, так еще и имел ученые степени! В 1504 году получил степень бакалавра философии в Краковском университете, в 1512 году в Падуанском университете, в Италии, сдал экзамены на степень доктора медицины.
А за 1517—1519 годы Франциск Скорина издал в Праге 19 отдельных книг Библии, в том числе выпустил «Пражскую псалтирь» на славянском языке и «Библию русску» — свой перевод с церковно-славянского на русский язык.
В 20-е годы XVI века Скорина переехал в Вильно, где на средства, получаемые им от русских, членов виленского городского самоуправления, издал «Малую подорожную книгу» и «Апостол» на церковно-славянском языке.
По некоторым данным, Франциск перешел в католицизм.
Это не достоверно, но если даже Скорина жил и умер православным (что маловероятно — последние годы он провел в роли придворного врача и садовника короля Карла в Чехии), дело мало меняется. Сторонник веротерпимости и просвещения, старавшийся быть другом для всех, он последовательно ставил задачу просвещения всего народа: «своей братии Руси». Всей Руси.
Московский же первопечатник пришел после него и был первым только для Московии. Иван Федоров. Иван Федоров Москвитин. Родился где-то около 1510 года (Скорина уже учился в Италии) и, конечно же, никакого систематического образования не получил. Начинал как дьякон церкви Николы Гостунского в Кремле. В 1563 году открыл типографию вместе с Петром Тимофеевичем Мстиславцем.
Есть основания полагать, что именно Мстиславец, уроженец Западной Руси, принес саму идею книгопечатания на Московию.
Но и в этом случае — талантливый он был человек, Иван Федоров! Сам разработал печатный шрифт — на основе московского полуустава, которым писали писцы официальные документы. Стандартный почерк, стандартная величина буквы, стандартизированные приемы писцов помогли Ивану Федорову создать так называемый старопечатный стиль.
В марте 1564 года был напечатан «Апостол»: обильно орнаментированная, роскошная книга. В 1565 году вышло два варианта «Часовника».
В Московию печатная книга приходила с опозданием в полвека. Скажу откровенно, я плохо знаю, какие претензии возникли к Ивану Федорову со стороны официальной церкви. Но возникли. И в 1566 году Федоров и Мстиславец бежали в Литву. И там их союз распался. Мстиславец на средства купцов Мамоничей стал печатать книги в Вильно.
А Федоров по предложению гетмана Г. А. Ходкевича основал в его имении в Заблудове типографию и в 1569 году напечатал «Евангелие учительное», в 1570 — «Псалтирь».
Позже он переехал во Львов, основал новую типографию, издал в 1574 году «Азбуку» с грамматикой — первый русский печатный учебник и новое издание «Апостола» со своим послесловием «Повесть… откуду начася и како сверится друкарня сия».
Чуть позже принял Иван Федоров предложение князя К. К. Острожского об основании типографии в Остроге и выпустил там «Новый завет» и «Псалтирь» в 1580, «Хронологию» Андрея Рымши и первую полную славянскую библию — «Острожскую библию» в 1581. Он же выпустил первый в мире книжно-предметный указатель: «Книжка, собрание вещей нужнейших». Вот тут он был и правда первым!
Умер первопечатник во Львове, похоронен в Онуфриевском монастыре. В католицизм не перешел.
Он был действительно прекрасный мастер, знавший и любивший свое дело: прекрасные шрифты, множество гравированных на дереве украшений, заставок, концовок, заглавных букв, изображений Луки и Давида. Книги украшались гербами Ходкевича, Острожского, города Львова, а также издательским знаком самого Ивана Федорова. Все издания снабжены предисловиями издателей и послесловиями, написанными самим Федоровым прекрасным разговорным русским языком.
Он был очень разносторонний мастер. Уже на Западной Руси изобрел многоствольную мортиру, отливал пушки.
Глава 20
МОСКОВИЯ: ЯВЛЕНИЕ МИРУ 1568—1598 ГОДЫ
Итог войны
В 70-е годы XVI века, изо всех сил подхлестывая уже зашатавшуюся, уже предельно изнуренную Московию, Иван бросается на Ливонию, захватывая ряд важных опорных городов: Пернов (Пярну), Венден, Пайду и Другие.
В 1577 году московитская армия не смогла взять Ревеля, но последний раз захватила большую часть ливонской территории. Был захвачен в плен маршал Гаспар фон Мюнстер, которому тогда уже за шестьдесят, ослеплен и бит кнутами, под кнутами и умер.
Военачальников других городов сажали на кол, разрубали на части. В Амерадене можно было в течение 4 часов слышать крики сорока девушек, которых московиты насиловали в саду.
А тем временем, пока московиты тешились своей последней страшной пляской в Ливонии, в Речи Посполитой произошло событие, которое царь Иванушка, по свойственному ему уму и учености, не считал нужным принимать всерьез: в 1576 году королем Речи Посполитой избран трансильванский (румынский) господарь Стефан Баторий.
Яркий, интересный человек был Стефан Баторий Человек, сочетавший в себе качества великолепного политика, умелого воина и щедрой, душевно здоровой личности. Человек с широкой, обаятельной улыбкой, умевший вместе с тем рявкнуть и хрястнуть кулаком но столу так, что подскакивали рюмки на столе и своевольные польские вельможи перед столом, за которым закусывал Стефан Баторий. Речи Посполитой нужна была сильная рука, нет слов. И этому государству очень повезло, что ее державу взяла рука рыцаря, а не полусумасшедшего развратника.
В 1579 году Стефан Баторий, получив необходимые средства от сейма, начал наступление на Полоцк и быстро взял город. Допустим, это был еще город Литвы, только захваченный Московией. Верно! Но Стефан Баторий тут же пошел на Великие Луки и тоже захватил город после нескольких сокрушительных штурмов. Тут-то и возникла резня в городе, когда венгры не пощадили даже монахов, и Стефану Баторию пришлось останавливать резню лично.
На поражение Иван реагирует в уже знакомом духе: он пишет письма виленскому воеводе, уже знакомому нам Николаю Радзивиллу и канцлеру Литвы Воловичу, где объясняет, что отказался от защиты Полоцка из соображений гуманности, не желая кровопролития, и надеется, что они поступят так же.
Стоит вспомнить его переписку с Девлет-Гиреем! Но и здесь он так же виляет, льстит, подличает и лжет.
Тогда же за войском Батория начинает ездить посольство Московии, предлагающее отдать Литве две трети Ливонии (65 городов, а 35 оставить у Московии) и все время готовое на новые и новые уступки. Баторий просто не обращал на него внимания.
Тогда же Иван пытается вступить в переписку уже с самим Стефаном Баторием, о котором много раз отзывался крайне пренебрежительно. Даже когда Баторий согласился принять послов Ивана и обсуждался церемониал, Иван не утерпел: послы должны были сказать, что Иван-де «государь не со вчерашнего дня». А коли спросят, что послы имеют в виду, следовало ответить: «Кто государь со вчерашнего дня, тот и знает, что имеется в виду».
Баторий готов был пропустить мимо ушей оскорбление, но окружение короля Речи Посполитой настояло на подробном ответе.
Письмо Батория сохранилось, и все оно, от первой до последней страницы, — плевок в физиономию Ивана. Помянув преступления армии Ивана в Ливонии, убийства им своих же людей, бегство московитов в Литву, Стефан Баторий прямо обвиняет московита в трусости. «И курица прикрывает птенцов своих крыльями, а ты, орел двуглавый, прячешься!» — писал Баторий. И вызвал Ивана на поединок, на дуэль.
